Сильмарильон
Шрифт:
Они прошли через Анах, и Димбар был захвачен и северные границы Дориата тоже.
Враги спустились по древней дороге и двинулись дальше по краю Бретиля к переправам Тенглина. Оттуда дорога уходила на охраняемую долину, но орки пока еще не углублялись туда далеко, так как в глуши обитал какой-то тайный ужас, а на красном холме за ними следили чьи-то внимательные глаза. Потому что Турин снова надел шлем Хадора, и по всему Белерианду разнесся слух - под деревьями, и над потоками, и над долиной - что Шлем и Лук, павшие в Димбаре, восстали вновь.
Тогда многие, оставшиеся без вождя, снова воспрянули
Тогда Моргот засмеялся, потому что теперь шлем дракона открыл ему, где находится сын Хурина, и вскоре Амон Руд был окружен шпионами.
Ближе к концу года гном Мим и сын его Ибун покинули Бар -эн-Данвед, чтобы собрать коренья для своих запасов, и были захвачены орками. Тогда Мим во второй раз обещал провести своих врагов тайными тропами к своему дому на Амон Руде. Однако он все же пытался замедлить исполнение своего обещания и потребовал, чтобы Гортола оставили в живых.
Тогда предводитель орков засмеялся и сказал Миму:
– - Ну конечно же, сын Хурина, Турин не будет убит! Так
был предан Бар-эн-Данвед, и орки ночью неожиданно появились на нем, многих из отряда Турина убили во сне, но некоторые выбрались на вершину холма и бились там до конца, и кровь их оросила серегон, скрывавший камень. На Турина набросили сеть и уволокли оттуда.
Когда же все стихло, Мим выполз из своего жилища. Солнце поднялось над туманами Сириона, а Мим стоял возле мертвых людей на вершине холма. Но он чувствовал, что не все из лежавших мертвы, и взгляд его все время обращался к одному из них - то был эльф Белег.
Тогда с долго накапливавшейся ненавистью Мим шагнул к Белегу и потянул к себе меч Англашель, но Белег, с трудом поднявшись, выхватил у него меч и замахнулся на гнома, и Мим в ужасе бросился бежать. А Белег крикнул ему вслед:
– - Месть дома Хадора еще найдет тебя!
Белег был серьезно ранен, но он был искусным исцелителем, поэтому он не умер, и силы постепенно вернулись к нему. Напрасно Белег искал среди убитых Турина, но не нашел его тела и понял, что Турин пока еще жив, но что его увели в Ангбанд.
Почти потеряв надежду, Белег покинул Амон Руд и отправился на север к переправам Тенглина, двигаясь по следу орков.
Он пересек Бритиах и двинулся через Димбар к проходу Анаха. И теперь Белег был недалеко от врагов, и даже в лесах он не сбился со следа. Но когда Белег ночью пробирался через эту злую страну, он наткнулся на кого-то, спавшего у дерева.
Белег остановился и увидел, что это эльф. Тогда Белег заговорил с ним, и дал ему лембас, и спросил, какая судьба привела его сюда, и тот назвался сыном Гуилина, Гвиндором.
Белег печально посмотрел на него, потому что Гвиндор был теперь сгорбленной тенью. В битве Нирнает Арноедиад этот храбрый вождь подъехал к самым дверям Ангбанда и был там схвачен. Моргот убивал лишь немногих захваченных в плен нольдорцев, потому что ценил их познания в кузнечном деле и добыче драгоценных
И Гвиндор рассказал ему, что когда он лежал, затаившись под деревьями, то видел большой отряд орков, и среди них был человек со скованными руками, а орки гнали его вперед кнутами.
– - Он был очень высок, - добавил Гвиндор, - какими бывают люди с туманных холмов Хитлума.
Тогда Белег рассказал ему о том, что привело его сюда, и Гвиндор пытался уговорить его отказаться от поисков, сказав, что Белегу удастся только разделить страдания Турина.
Но Белег не мог покинуть Турина в беде, и он опять вселил надежду в сердце Гвиндора. Они вместе продолжали путь, следуя за орками, пока не вышли из леса. Там, в пределах видимости пиков Тангородрима, орки разбили лагерь в открытой долине и начали попойку. Белег и Гвиндор ползли к долине.
Когда весь лагерь погрузился в сон, Белег взял свой лук и перестрелял всех волков-часовых. Затем эльфы пробрались в лагерь и нашли Турина, привязанного к высохшему дереву. Сам Турин то ли потерял сознание, то ли заснул от огромной усталости.
Тогда Белег и Гвиндор разрезали путы, и подняв его, унесли из долины, там они положили его на землю, и тут приблизилась гроза. Белег вытащил меч Англашель и перерезал ремни на руках Турина, но судьба в тот день сделала так, что лезвие соскользнуло и поранило ногу Турина. Тогда Турин внезапно проснулся и пришел в ярость, увидев кого-то, склонившегося над ним с обнаженной сталью. С громким криком он вскочил на ноги, решив, что орки снова явились мучать его, и схватившись с незнакомцем во тьме, Турин вырвал у него Англашель и убил Белега.
Но когда он стоял и готовился дорого продать свою жизнь, сверкнула молния, и он увидел лицо Белега.
Турин застыл, безмолвно уставившись на мертвеца, и понял, что он сделал.
В это время орки в долине проснулись, и весь лагерь пришел в смятение. И хотя Гвиндор кричал Турину, предостерегая его от опасности, тот ничего не ответил, сидя рядом с телом Белега.
Когда наступило утро, буря унеслась на восток. Однако орки, решив, что Турин уже, должно быть, убежал, покинули долину, и Гвиндор видел, как они шли. Таким образом, им пришлось вернуться к Морготу с пустыми руками, без сына Хурина.
Тогда Гвиндор заставил Турина помочь в захоронении Белега, и тот поднялся, как во сне. Они вдвоем поместили Белега в неглубокую могилу, рядом с ним положили Бельтрондинг, его лук, но Гвиндор забрал страшный меч Англашель, сказав, что этим мечом лучше мстить слугам Моргота, вместо того, чтобы ему бесполезно лежать в земле. А еще Гвиндор взял лембас Мелиан, чтобы подкрепить их силы в диких землях.
Так закончил свою жизнь Белег, Тугой Лук, самый преданный из друзей, он погиб от руки того, кого любил он больше всего, и это горе запечатлелось на лице Турина и никогда уже не исчезало. Но в нем снова проснулись мужество и сила, и он увел Гвиндора из Таур-ну-Фуина. Ни слова не сказал Турин, пока они скитались вместе, но Гвиндор всегда был рядом с Турином, и так они пробрались на запад, за Сирион, и дошли до Эйфель Иврина, где брал начало Нарог.