Сильмарильон
Шрифт:
К весне Ниниэль зачала и стала бледной и печальной. И в эти дни дошли слухи, что Глаурунг покинул Нарготронд. Тогда Турамбар выслал разведчиков.
С наступлением лета Глаурунг появился на границе Бретиля и улегся у берегов Тенглина, поэтому люди искали совета у Турамбара, и он сказал, что их сила будет напрасна против Глаурунга и что он сам выйдет на дракона, но им надо приготовиться к бегству.
Затем он вызвал добровольцев, и Дорлас вышел вперед, но остальные молчали. Тогда Дорлас стал упрекать народ и осыпал насмешками Брандира, но Хунгор,
Турамбар попрощался с Ниниэль, и ее охватили страх и предчувствия. И Турамбар с двумя спутниками отправился к Нан Гириту.
Но Ниниэль отправилась вслед за ними, и с нею незначительный отряд. Брандир пытался отговорить Ниниэль и ее людей от подобной опрометчивости, но они не обратили на него внимания. И Брандир последовал за ними, но из-за своей хромоты отстал.
Турамбар добрался до Нан Гирита и узнал, что Глаурунг лежит на берегу Тенглина, и он решил подобраться к дракону.
Турамбар и Хунгор почти теряли сознание от зловония и жара дракона, и Хунгор был убит камнем, свалившемся с туловища дракона.
Тогда Турамбар, собрав волю и мужество, полез на скалу один и оказался под драконом, вытащил Гуртанг и вонзил его до самой рукоятки в брюхо Змея. Почувствовав страшную боль, дракон рванулся и перемахнул через ущелье на другую сторону, извиваясь в агонии. И он затих.
Турамбар снова перебрался через реку, желая отыскать свой меч, который выскользнул из его рук, и заодно посмотреть на дракона. Он нашел его распростертым во всю длину, повернувшимся на один бок, а рукоять Гуртанга торчала из его живота.
– - Привет, змей Моргота! Добрая встреча еще раз! Издохни теперь, и пусть мрак поглотит тебя! Так мстит Турин, сын Хурина!
Затем он вытащил меч, но следом за ним хлынула черная кровь и ударила его по руке, и яд опалил ее.
А Глаурунг, открыв глаза, посмотрел на Турамбара с такой злобой, что тот качнулся и от этого взгляда, и от боли. Турамбар потерял сознание и упал. Рядом с ним лежал его меч.
Крики Глаурунга прокатились по лесам и донеслись до народа, сидевшего у Нан Гирита, и им показалось, что дракон торжествует, а Ниниэль сидела, дрожа от голоса Глаурунга, и омрачение снова овладело ею.
Такой и нашел ее Брандир, когда, хромая, он добрался до Нан Гирита, и тогда он с сочувствием устремился к Ниниэль, к тому же он подумал: Турамбар умер, но Ниниэль живет. Теперь, может быть, она пойдет со мной, и мы спасемся от дракона.
Он подошел к Ниниэль и сказал:
– - Вставай, время уходит. Если хочешь, я поведу тебя.
Он взял ее за руку, и она последовала за ним, и никто не видел их ухода.
Но когда они спустились по тропе к переправам, взошла луна и озарила все вокруг.
Ниниэль спросила:
– - Это и есть дорога?
И Брандир ответил, что не знает дороги, но нужно бежать, чтобы спастись от Глаурунга в чаще.
Тогда она сказала:
– - Черный Меч был моим возлюбленным мужем, и я пойду на его поиски. Как ты мог подумать
И она пошла вперед.
Она приблизилась к переправам и увидела Хауд-эн-Эллет, и ее охватил ужас. С криком побежала она на юг вдоль реки.
Брандир увидел ее со склона холма и свернул, чтобы пересечь ей дорогу, но он был еще позади, когда Ниниэль оказалась среди разрушений: там она увидела лежащего дракона, но не обратила на него внимания, потому что рядом с ним лежал человек, и она бросилась к Турамбару, тщетно зовя его по имени. Тогда, обнаружив, что рука его сожжена, она омыла ее и перевязала. Она поцеловала мужа и просила его подняться.
Но тут Глаурунг пошевелился в последний раз перед смертью, испустил дух, сказав:
– - Привет, тебе, Ниенор, дочь Хурина! Я обрадую тебя: ты нашла своего брата, и теперь ты знаешь его: это он, убийца в темноте, но самое худшее из всех его деяний ты почувствуешь в себе!
Посмотрев на лежащего Турина, она воскликнула:
– - Прощай, о дважды любимый! А Турин Турамбар турун амбартанен! Хозяин судьбы, которого одолела судьба! О как прекрасно быть мертвой!
Тогда Брандир бросился к ней, но она ускользнула от него и, подбежав к обрыву Кабед-эн-Арас, бросилась с него, и погибла в бурном потоке.
Тогда Брандир подошел к краю обрыва, взглянул вниз и в ужасе отвернулся - даже если бы у него не было больше желания жить, он не хотел бы найти свою смерть в этих ревущих водах. И с этого времени более ни один человек не смотрел на Кабед-эн-Аррас, ни один зверь, ни одна птица не появлялись у обрыва, и ни одно дерево не росло здесь. И место это назвали Кабед-Наэрамарт, Прыжок навстречу Ужасной Судьбе.
Брандир пришел в Нан Гирит, и люди спрашивали его:
– - Видел ли ты ее? Почему Ниниэль ушла?
И Брандир ответил:
– - Ниниэль ушла навсегда, дракон мертв и Турин тоже, и это хорошо.
Он продолжал:
– - Выслушайте меня до конца. Ниниэль, любимая нами, тоже умерла, она бросилась в Тенглин, не желая больше жить, потому что ей стало известно, что она на самом деле была Ниенор, до того как лишилась памяти, а Турамбар был ее родным братом, Турином.
Он кончил, и народ заплакал, и тут перед ними появился сам Турин. После смерти дракона он пришел в себя.
Увидев его, люди отпрянули в страхе, но Турин сказал:
– - Успокойтесь и радуйтесь: дракон мертв, а я жив! Но по какой причине вы пренебрегли моим советом и пошли навстречу опасности? И где Ниниэль? Потому что я хочу ее видеть. Наверное, вы не привели ее из дома?
Тогда Брандир рассказал ему все, что произошло, и о смерти Ниниэль, но жена Дорласа воскликнула:
– - Нет, вождь, он безумен! Потому что он сказал, что ты мертв, и назвал это доброй вестью. Но ты жив!
Турамбар пришел в ярость и поверил, что причиной была ненависть и зависть Брандира, и он со злобой говорил с Брандиром, и тогда Брандир рассказал ему, что он услышал, и назвал Ниниэль дочерью Хурина Ниенор.