Сингулярность
Шрифт:
Помочь. Как много в этом слове для него.
Хватит ли у него сил, чтобы преодолеть свою гордость?
— Я совершил ошибку, когда передал информацию Вальтеру… теперь весь Центр на иголках, вам не дадут просто зайти в библиотеку, как вы и заметили. А учитывая состояние Винтера, просто всех обойти у вас тоже не получится. — Прайд посмотрел в сторону летающих вокруг гор виверн. — Но, если произойдет что-то из ряда вон выходящее… все может измениться.
— Что ты предлагаешь? — спросил Винтер.
Элли и Прайд переглянулись, после чего последний спросил: — Ты ведь владеешь магией душ, паладин?
—
— Тебе известно, что душа дракона исчезает после смерти, если ее не запечатать, как в твоем мече? В отличие от вечных человеческих душ…
— Известно.
— Если ты откроешь драконам секрет, скрытый в человеческой душе, секрет, благодаря которому наши души тоже смогут не исчезать… я смогу уговорить некоторых драконов вернуться в ваш мир и побороться за вас.
— Это очень заманчиво, но мне неизвестны подобные секреты, как бы мне ни хотелось их узнать. Этот момент… слишком сложный. Мне жаль, но это так.
— Хватит и того, что ты хотя бы приблизишь нас к понимаю вашей души. Просто выплесни свои знания в магический сгусток, и поделись им с нами.
Элли выставила руку вперед, создав в нем фиолетовый сгусток энергии. Как и предложил Прайд, она выплеснула в эту энергию все свои знания о магии душ, знания, которые могут помочь драконам приблизиться к пониманию строению душ, как никогда. Парадокс, но являясь высшими существами, драконы так и не смогли понять строение души, в отличие от той же Элли, которая являлась некогда простым смертным человеком, лишь в последствии обретя бессмертие.
— Это все, что мне известно. Все мои знания в области душ.
Ласт забрала сгусток и сжал у себя в лапе, тем самым поглотив его.
— Полагаю, это можно считать равноценным обменом. Особенно учитывая факт, что на кону стоят наши жизни. — Добавил Винтер.
Ласт освободила Прайда от цепей и сказала: — Я передам эту информацию старшим драконам. Они наверняка будут удовлетворены столь щедрыми знаниями, и обязательно согласятся помочь вам.
Проводив Прайда взглядом, Ласт улетела прочь, потерявшись из виду среди бесчисленных гор. Начало разговора оказалось не очень радужным, зато закончилось все достаточно неплохо. Теперь их можно считать союзниками.
— И каков же твой план? — спросил Винтер.
— Ласт пошла уговаривать старших драконов призвать других к штурму родной земли, создав ложную угрозу войны между драконами и людьми. Это достаточно важное событие, чтобы Центр бросил все свои силы на борьбу со столь сильным врагом. Жертв будет много, возможно, даже среди нас.
— Но дело того стоит, так ведь? — сказала Элли, пытаясь разбавить его слова о том, что многим драконам и людям придется погибнуть.
— Стоит, полагаю. — Подтвердив ее слова, Прайд глянув в бесконечное небо над своей головой. — Я доставлю вас в Центр. Прямо сейчас.
— А тебе точно гордыня позволит? — усмехнувшись, спросил Винтер.
— Я делаю это не ради людей, и, возможно, даже не ради драконов…
— Ты делаешь это ради самого себя, дракоша. Ради своей задницы. И в этом нет ничего постыдного.
Так ненавистный им Винтер оказался первым, кто сказал ему подобное. Быть может… эти самые «люди» оказались не такими уж и плохими?
—
— Такова наша сущность.
Прайд следовал по пятам за Винтером долгие года. Ему приходилось долго ждать, когда Винтер перемещался во времени, но это ничуть не сбило его с курса и в итоге он всегда находил его. Он видел его становление, как короля, и видел его падение, спровоцированное его сражением со своим двойником. Он второй дракон, который знает о Винтере больше, чем кто-либо. После Сина.
Теперь Сина нет, и он стал единственным. Настал его черед помочь Винтеру.
Гордость должна быть у всех. Гордость позволят нам чувствовать свой вес в мире, не позволяя другим издеваться над нами и нашей сущностью. Но у этого дракона было чересчур много гордости… так много, что его гордость признали его же грехом, из-за чего его нахождение в обществе дракона стало неоправданным. Прайду понадобилось много лет, чтобы от его имени действительно осталось только лишь его имя, а не клеймо греха, которое он нес с собой все это время. Сегодня, прямо сейчас от истинной гордости Прайда, греха гордыни, не осталось ничего, кроме самого названия. И это прекрасно.
— Паладин Элли, паладин Винтер… наше время на исходе. Пора действовать.
Акт 2 — Глава 15 — Право на геройство
Холодный, темный, сырой подвал с исключительно серыми, кирпичными стенами, в котором нет ничего, кроме прогнившего стола с двумя не менее прогнившими стульями и керосиновой лампы, что болтается на веревке вперед-назад над этим самым столом. Хоть вешайся.
На одним из стульев, постукивая пальцами по столу, сидит парень, укутанный в плотную черную мантию с капюшоном и порванными концами, что дают знать об износе этого одеяния. Его лицо закрыто небрежной, устрашающей железной маской, напоминающей своим видом череп, а удары по столу раздаются по подвалу эхом, да таким, словно его руки тоже сделаны из железа.
Его зовут Феликс.
Позади него стоит весьма… милая девушка в кожаных доспехах с белым мехом, сильно напоминающие те, что носит на себе офицер Розмари. Только вот в случае с офицером цвет доспеха черный, и лишь мех был белый, а у нее — исключительно белое все, включая длинный плащ за спиной. Серебряные волосы, прикрытые капюшоном, и бледно-фарфоровая кожа напоминают о бессмертии, которого эта девушка, как ни странно, не имеет. А яркие зеленые глаза, полные ненависти, дают понять, что вся ее милость и улыбка на лице — всего лишь фальшь.
Ее зовут Маргарет.
Феликс погружен в глубокие размышления о грядущем исполнении их плана, а Маргарет перебирает два «Пистоля» — однозарядных пистолета с капсюльным замком, найденных в единичных экземплярах. Она открывает и закрывает то отсек для зарядки патрона, то полку, куда заряжается порох, подыгрывая в такт Феликсу, до сих пор стучащему пальцами по столу.
— Сталь того меча способна отразить все что угодно, даже пулю… и именно этим ты собираешься воспользоваться против Вальтера. Я правильно поняла тебя? — Спросила Маргарет, не прекращая мучить пистоли.