Синий Охотник
Шрифт:
– Ладно-ладно, мир?
– Олег протянул ему руку. Отдавать обратно палку он все же поостерегся.
– Мир, - Пробурчал ребенок и вдруг улыбнулся. Так, как умеют только дети, заведя нового друга. Тепло и радостно.
После этого произошло много вещей: догонялки и постройка новой базы из найденных ящиков, рассказ об острове и перекус Олега вполне себе обычными бутербродами, что утащили из дома мальчишки. Было... весело. На время забыть о взрослых проблемах и просто бегать и дурачиться. Жаль что все когда-нибудь заканчивается. В шесть вечера трех детей загнали по домам а вместе с ними ушло и то волшебное чувство ожившей сказки, оставив после себя усталость и моральную опустошенность. Оставшись в только-только построенном шалаше, мальчик улегся на кусок ткани и со вздохом вытянул ноги. Теперь можно было и узнать воспоминания прежнего владельца
Ничего существенного он не вспомнил. В конце-концов, что может быть в голове у десятилетнего мальчишки, года три-четыре своей короткой жизни? Читать-писать научился, и то хлеб. Сам же мир оказался странным. Ребенок мало что знал и все воспринимал как должное, а вот Олега отсутствие пригодных для жизни континентов напрягло. Оказалось, что все люди живут на островах четырех морей: Ист, Вест, Норд и Саус Блу. Есть еще Гранд Лайн, вроде как то ли пятое море между этими, то ли пролив, он точно не понял. Еще Олег узнал, что ему почти десять лет, родители утонули неделю назад, а его выбросило на этот остров, в маленький городишко Браунтон, живший за счет торговли корабельным лесом, густо растущим в западной части. Пацана, кстати, звали Вальтер Селл.
В животе заурчало. Судя по воспоминаниям, этот парнишка перебивался случайными подачками, а последние сутки перед вселением он не получил вообще ничего. "Хорошо но мало", - Вздохнув, вспомнил про съеденные бутерброды Олег. Городок в котором он оказался был беден и кормить маленького попрошайку никто не собирался. Таких как он жертв кораблекрушения было еще человек пять и их судьба не заботила никого. Немного подумав, Олег решил направиться к причалу, глядишь, что и перепадет от рыбаков, хоть настоящих кораблей здесь и нет. Так, несколько рыбачьих джонок. В конце-концов, не ждать же Дозор, как ему ответил равнодушный чиновник из ратуши пару дней назад. Ну, не совсем ему, но это уже не важно. Личность семилетнего мальчика им полностью ассимилировалась без особых проблем. Да и как вообще можно говорить о личности в таком сопливом возрасте?
По пути к морю Олег набросал себе несколько целей: узнать больше о мире, в какой стране находиться, уровень технологического развития, язык. Последнее выяснилось довольно быстро: он спокойно понимал о чем говорят прохожие, надписи латиницей тоже не вызывали трудностей. А вот на иероглифы, которые здесь были взяты за основу, его знаний уже не хватало: он понял многое, но далеко не все. К счастью, все значимые надписи и объявления были на латыни или хирагане, относительно простой слоговой азбуке. Вопрос об эпохе тоже был довольно очевидным: с такой культурой в их мире проходил девятнадцатый век, век колониальных держав и передела мира. Однако городок, даром что бедный, был оборудован канализацией, его улочки были вполне широкие и чистые, а также мощеные камнем. Олег не помнил, были ли подобное в том же французском Алжире или британской Индии, да и не так уж это и важно. Вон, Римская Империя, уж на что древняя, а до ее уровня европейцы дошли только в двадцатом веке. К тому же роль метрополии здесь играло Мировое Правительство, что-то вроде ООН и НАТО в одном флаконе. Это уже привычней его менталитету: чувствовать себя второсортным туземцем не хотелось. Климат у острова был тропическим, ничего удивительного, хотя в других морях встречались и осенние и даже зимние острова. Полнейший дурдом с точки зрения климатологов.
Дойдя до пирсов Олег увидел море. Узкая бухточка, синевато-зеленая морская вода, шум волн, крики чаек и открывшийся вид совершенно ошеломили его. Некоторое время ребенок просто стоял открыв рот и глядя на все это великолепие. За свою жизнь в том мире ему приходилось бывать и в Сочи и в Крыму. Но те виды даже в сравнение не шли с той мешаниной лазури и глубокой зелени, что он наблюдал прямо перед собой. Словны ты всю жизнь питался Дошираком, думая что это норма, а потом попал в ресторан с итальянской пастой. Море... манило. Бескрайний простор голубого неба, толщи воды, искрящейся на солнце. Только сейчас он по-настоящему осознал, что та его жизнь действительно кончилась, дав начало новой. Что-то отпустило его душу. Слабый, остаточный груз боли и ненависти из прошлого. "Мертвое оставим мертвым", - Прошептал Вальтер. В новом мире он решил называть себя новым же именем.
Наконец, Селл насмотрелся на живописный вид, и начал идти по песку вдоль линии берега, ища себе пропитание. К сожалению, все рыбаки уже уплыли, крабов или раков он не увидел, а устриц есть не рискнул. На находившимся
– Извините, мисс, не найдется ли в вашем трактире работы для меня?
Девушка сочувственно на него посмотрела и ответила:
– Такие вопросы решает хозяин, малыш. Вообще, нам как раз требуется разносчик, и если ты ему подойдешь, то он тебя примет. Сейчас я его позову.
– Спасибо, - Селл не видел себя в зеркале, но знал что его нельзя назвать иначе как оборванцем: добротная некогда одежда явно требовала если не замены то хорошей починки, туфли он выкинул еще дней пять назад, да и неудобно в них, на острове жарко. Картину дополняет голодный взгляд и отросшие волосы. "Ну хоть искупаться в море достало ума" - подумалось ему.
Звякнул колокольчик, сигнализируя о возвращении девушки. Мальчик повернулся в ее сторону и замер, уставившись на приведенного хозяина. Огромный рост, спутанная борода угольно черного цвета, раздражение на будто вырезанном из дерева лице. Он так походил на каноничного пирата, что мальчик опомнился только после раздраженной фразы:
– Что, я такой интересный, а?
– А у вас нога точно настоящая?
– вырвалось у Олега. Старая привычка к сарказму, похоже, осталась.
Но владелец трактира лишь усмехнулся и спросил:
– Что ты умеешь делать?
– Я могу разносить еду, готовить...
– принялся перечислять мальчик, но, увидев выражение лица трактирщика, тут же добавил:
– А еще читать и писать.
В глазах его работодателя мелькнул интерес:
– А, парень с затонувшего на той неделе корабля?
Он кивнул.
– Ну что ж, Айри, принеси бумагу и перо с чернилами! Докажешь, что грамоте обучен, и место твое. Напиши мне: "Я наглый сопливый оборванец." - Мальчик лишь пожал плечами: на то у него и взрослое сознание, чтобы не вестись на такую топорную провокацию.
Вальер взял перо, лист и пододвинул к себе чернильницу. Ценой двух клякс, ему удалось написать требуемое. Мила, явно забавляясь, прочла пассаж вслух.
– Ну и как он?
– Похоже мужик был неграмотным.
– Молодец!
– Мила улыбнулась ребенку, - написал без единой ошибки, да еще почерк какой красивый! Для его возраста это прекрасный результат! Только пальцы неловкие. Две кляксы на четыре слова.
– Хмм, - трактирщик пошарил рукой за стойкой и выудил какую-то потрепанную книжку, проигнорировав возглас смутившейся дочери. Наугад открыв ее он ткнул пальцем в середину страницы и приказал: "Читай."