Синоптик
Шрифт:
– Как Вы себе это представляете, Ипполит Пантелеевич? Я все-таки замужняя женщина! – Елена явно опешила от такого натиска нового Колиного знакомого.
– А как себе хотите! Вам нужен Коля? А мне нужен вон тот камушек! – в голосе Ипполита Пантелеевича послышалась сталь, и от напускного благодушия не осталось и следа.
– Но как мне Вас представить соседу и его друзьям? – прошептала Елена, только сейчас поняв, кто явился по ее душу.
– Мне все равно! Скажите им, что приехал родственник из Лукомля – Шива бросил в
– Из Новолукомля – механически поправила его хозяйка.
– Хорошо! Пусть будет из Новолукомля, если уж это для Вас так важно, но сообщите им также, что через пару дней подъедут еще двое Ваших родственничков – Ипполит вспомнил и о Викинге с Принцессой, которых решил взять в дело.
– Еще двое? – ахнула Елена Петрич.
– Ерунда! Дом большой, как-нибудь поместимся – Ипполит углубился в созерцание вмурованного в фундамент соседского дома заветного камня. Его мысли вошли в привычное русло, и Елена Петрич перестала его интересовать…
«А как ловко он обвел всех вокруг пальца! Наивные люди» – Шива вспомнил, как клюнула на его предложение Директория, подключив к работе Отдела Главного Синоптика немалые ресурсы своего мира. Не говоря уже об местных американцах, пытающихся прослыть вездесущими. На каком-то этапе, Ипполит Пантелеевич даже собирался дать Николасу Дюберу ключ от псевдо-генератора, но передумал, так тот мог запросто перепродать его кому угодно, включая иранского аятоллу или, что на его взгляд еще хуже, русским или китайцам.
Месть, один из самых лучших движителей во вселенной, и Двуязыкий Шива пытался максимально использовать все ее возможности.
Нейтрализовав Анунакия, который имел все основания для мести и мог реально ему помешать, но не сделал этого только из-за своей неприязни к земным мирам, Ипполит Пантелеевич выходил на финишную прямую. Скоро он заберет процессор и сделает это также цинично, как некогда это сделал Враг.
Врага никто не знал в лицо, а вот имя его было известно. В их роду его называли «Несущим».
Несущий появился в последний день Империи, действуя молча и цинично, похитив их климатический процессор.
Шива еще в юные годы откопал на второй Земле архивы, где были зафиксированы единственные слова Несущего: «Мы перешлифуем этот имперский камушек в процессор Земного типа. Все равно, вам скоро всем хана!»
Вспомнив слова Несущего, в жилах Шивы, потомка колдуна Дуклы Пригибиса, вновь закипела черная кровь. И абсолютно наплевать ему было на бесчисленные пространства, которые постоянно плодились согласно законам вселенной, а зачастую рождались и просто так, по воле буйной фантазии жалких людишек.
– Хотите чаю, Ипполит Пантелеевич? – возле него возникла хозяйка дома, как-то сразу почувствовав в нем очень сильную харизму.
«Только не доставала бы меня со своим Николаем!» – Шива искоса посмотрел на Елену, и молча, кивнул головой.
– Я
– Не надо использовать эту дрянь, я дам тебе пачку хорошего снотворного – Анатолий Анатольевич раскрыл свой саквояж.
– Это и есть ваш доктор Пилюлькин? – спустившийся с дерева Робин Гуд, пожал доктору руку.
– Сейчас каждый боец на счету, доктор будет в резерве – Гурский, даже не спрашивая Анатолия Анатольевича, зачислил его в нашу гвардию.
– Спит? – дежурившая у окна Регина, повернулась к соседке.
– Пока спит – у Елены до сих пор часто моргал левый глаз, от воспоминаний, как именно засыпал ее гость. Сначала он сжимал в руках стальную кружку, превратив ее в небольшой шарик. Затем он выбил ударом ноги несколько кирпичей из камина, а уснул, вырвав в туалетной комнате новенький унитаз. Мы все знали историю этого унитаза, привезенного Николаем Михайловичем из Милана. По его словам ему дико повезло, случайно попав на распродажу уникальной коллекции сантехники известного на всю Европу унитазного дизайнера.
– Пусть поспит! Пойдем Лена, я ему еще добавлю – Анатолий Анатольевич достал одноразовый шприц и накинул на плечи халат.
– Анатолий, ты можешь взять отпуск на работе? – Гурский выглядывал из-за плеча доктора, делающего Ипполиту укол.
– Я все понял, Андрей! Конечно, ведь ему нужен ежедневный уход! – рассмеялся доктор и привычно протер свежую ранку ваткой.
«Пусть хоть отдохнет недельку-другую! Намаялся человек! А мы пока что-нибудь придумаем» – Гурский пристально всматривался в черты незваного гостя, которого сердобольная хозяйка укрывала новеньким пальто Николая Михайловича.
Ипполит Пантелеевич оказался довольно плотным мужчиной ростом около ста девяноста сантиметров. Тонкие черты его лица очень плохо сочетались с крупными руками.
«Рука мясника» – заявил Сергей Васильевич, разглядывая невзрачный костяной перстень с черепом на невероятно толстом и коротком пальце. Я ни разу не видел руку мясника, но мне почему-то показалось, что она именно так и должна выглядеть.
– Так вот он какой, этот Шептун! – Казимирович незаметно откатал ему все десять пальчиков.
«Зачем?» – умом я этого понять не мог, но профессионалу было виднее.
– Андрей Дмитриевич, мне страшно оставаться с ним одной в доме – запричитала хозяйка.
– Да мне и самому было бы страшно – у Андрея, глядя на спящего Ипполита, натурально побежали по коже мурашки.
– Я побуду с ней! – заявил Анатолий Анатольевич, давая ей понюхать чего-то успокоительного.
– Пускай и он слезает с дерева – Елена кивнула на верхушку тополя, которую окружила стая крупных серых ворон.