Синоптик
Шрифт:
– Я дал Доминику Фомичу свой – ответил Раскаталин.
А я опять прозевал, когда они успели выйти в магазин, забрав нашу волшебную банковскую карточку, выданную нам еще Федором Карловичем. В последние дни они частенько сидели на завалинке и, потягивая пиво, травили нам байки о том, как здорово жилось в этих местах в их времена.
– Позвони, пусть возьмут еще чего-нибудь покрепче, у нас гости – Марат помог раздеться Веронике Збрачковой, оттесняя от нее ее спутника, со странным именем Викинг, который уже нагло постреливал глазками в сторону Регины Баяновны.
Угол
Первый луч света озарил край огромной надувной кровати, которую Гурский держал специально для непредвиденных гостей, которые в его доме появлялись достаточно регулярно и непредвиденными назывались весьма условно.
Вероника, после двух недель проведенных в санатории, впервые позволила себе расслабиться по полной, тем более, что выполняла она задание самого Бугра.
«А где же Маратик?» – она с интересом посматривала на взлохмаченную рыжую голову, дремавшего рядом с ней мужчины. На столике лежала вскрытая упаковка от разового шприца.
«Неужели я сорвалась? – вздохнула Принцесса и обреченно стала обследовать свои руки и ноги. К счастью, никаких следов от инъекций на ее теле не было видно, за исключением небольшой и зудящей точки на ягодице.
В памяти все же всплыл эпизод, когда они с Пинько уединились в этой комнате, и ей даже показалось, что в руках Марата был шприц.
«А может, ширнулся этот парень, которого вчера все дружно дразнили кентавром?» – с облегчением подумала она, так как подробности этой ночи давались ей с превеликим трудом и она осторожно стянула с него махровую простынь.
«Не щекочи мои копыта, Принцесса!» – Доминик Фомич натянул простынь обратно и повернулся на другой бок, и теперь из-под его шевелюры смешно торчали острые ушки.
«Викинг!» – завопила Принцесса, теряя сознание…
«Неплохо порезвились!» – Пинько, развязал мужчине руки, который уже дал показания, причем почти добровольно, и легкий нажим со стороны Регины Баяновны был даже лишним. Парень кололся легко и пел соловьем, а мы в который раз наблюдали виртуозную работу Марата Казимировича.
С Вероникой Збрачковой оказалось намного сложнее. Казимировичу, в дополнение к ночной, пришлось вкатать ей еще одну дозу сыворотки правды. То ли вышел срок годности препарата, то ли балерина имела за плечами неплохую подготовку.
Но после того, как Пинько с Раскаталиным виртуозно сыграли спектакль в «хорошего» и «плохого» дядю, лед тронулся. И теперь мы знали, что эта парочка, еще совсем недавно деклассированных элементов, работала на Шептуна, которого называли про себя Бугром.
– Я опять пропустил что-то очень интересное? – в кухню забрел промерзший и проголодавшийся Робин Гуд, честно отсидевший в ночном дозоре, и не принимавший участия во вчерашней вечеринке.
– Обезврежена группа поддержки Шептуна – Гурский кивнул на притихшую в углу сладкую парочку.
– И кому в голову пришла мысль назвать тебя Викингом? – амазонка снисходительно поглядывала на Константина Антоновича Шкурко, который по его же словам собирался вчера ее обольстить.
– Маэстро – угрюмо
– Что за Маэстро? – оживился Раскаталин, помогавший Казимировичу протоколировать встречу с нашими гостями.
Викингу не надо было дважды повторять просьбу. Так мы узнали правду о Шабанах и удивительном Футляре, в котором прибыл в наш мир Ипполит Пантелеевич Шептунов, который под чуткой опекой семейного доктора и соседки Елены, пребывал сейчас в анабиозе.
– Охералк! – прошептала Регина Баяновна, когда Викинг описывал ей материал Футляра.
– И куда делся сей предмет? – спросил Раскаталин.
– Бугор затопил его в центре водоема – ответил Викинг.
– Место найти сможешь? – Пинько раскрыл перед Викингом детальную топографическую карту Шабанов и окрестностей.
– А что его искать, я все-таки бывший археолог! – Викинг достаточно быстро отыскал водоем и сделал отметку.
– Драган Янович, а как у тебя обстоят дела с дайвингом? – я пытался припомнить его вчерашние хвастливые байки о часовых погружениях в чудесное озеро, которое наполнялось водопадом, который низвергался со скалы, стоящей некогда напротив нынешнего театра музыкальной комедии.
– Ха! Нашли дайвера! Вот я нырял, так… – не дал вымолвить и слова полусонному дракону, Доминик Фомич, игриво шлепнув балерину пониже спины.
– Отлично! Можешь не продолжать, вот для тебя у нас будет специальное задание – Марат Казимирович придвинул к нему раскрытую топографическую карту.
Часть 4. Залить и забыть
Глава 1. Ищите резервы
Пришлось купить пару гидрокостюмов и кое-что из специального водолазного снаряжения, но ныряние и купание в аэрационных прудах пришлось отложить на неопределенный срок. Нас срочно вызвали в Директорию, а это означало нечто неординарное.
– У нас созрела классическая ситуация – Федор Карлович растворил в кипятке пакетик с порошковым молоком.
– Согласен с Вами! Все, что было до сегодняшнего дня, мало напоминало классику – Раскаталин также заболтал себе чего-то из местной химии.
– Я в том смысле, что у меня две новости – шеф с отвращением отхлебнул свежеприготовленный напиток.
– Понял! Начни с хорошей, Федор Карлович! – Пинько, так ничего себе не выбравший из угощений, пододвинул коробку с вкусно пахнущими пакетиками, в мою сторону.
– Нашего Директора забирают наверх! – шеф загадочно закатил глаза к потолку своего кабинета. В углу резко прекратился свист, издаваемый дротиком Регины, который неистово рассекал воздух во время ее утренней разминки.
– Наверх!? А где тут верх? – изумился Гурский, давно принявший для себя местную концепцию существования миров.
– Его забирают в запрещенный мир – хмуро ответил Аристарх Петрович, одновременно делая себе инъекцию в сердечную мышцу.
– Больно? – поинтересовался Казимирович, зная, что само упоминание названия этого странного мира, вызывало у обитателей первой Земли, нешуточные физические страдания.