Сироты

Бюттнер Роберт

Следующие пару часов Мецгер танцевал с Шелли и болтал с импозантными гостями. Я же слушал музыку, смотрел, как хихикающая Крисси чуть не вываливается из своего платья, и напирал на бесплатное шампанское.

Мецгер, оказывается, не раз навещал нашего хозяина, Аарона Гродта. Гродт подошел к нашему столику, сел между мной и Крисси, на пустой стул Мецгера, и по-отечески положил мне ладонь на плечо.

— Капитан Мецгер говорит, ваш опыт военной службы был в последнее время не очень успешным.

Опыт военной службы? Да

любой, кто разбирается в военных наградах, увидит, что у меня на груди только выдаваемый всем без разбору значок меткого стрелка и нашивка о пройденном учебном курсе. Какой, к черту, опыт? Я даже не знал, что сказать.

— Мы готовим несколько военных проектов, — продолжал тем временем продюсер. — Я ищу военных консультантов.

— То есть вы предлагаете перевести меня…

— Нет-нет, — затряс он головой, — мне нужны независимые консультанты, не на службе. И я знаю людей, которые могут помочь тебе с увольнением.

Я оцепенел. Крисси широко распахнула глаза и быстро закивала.

Гродт дружески сжал мне плечо.

— В сравнении с военными довольствием здесь очень хорошо платят.

— Но я…

Как объяснить про воинский долг тому, кто не понимает, о чем ты толкуешь?

— Слушай, ты вроде как неплохой парень. Капитан Мецгер считает, что ты заслужил отдых. Мир летит в тартарары, и с этим никому ничего не поделать. Ты можешь провести остаток своих дней копаясь в грязи, а можешь, — он взмахнул рукой в сторону гостей, будто осыпал их блестками, — здесь. Если хочешь работу, дай знать до того, как уедешь. Если нет, то на нее целая очередь желающих.

Он встал и улыбнулся, словно никто в мало-мальски здравом уме не мог отказаться от его предложения. Крисси схватила меня за руку.

— Обалдеть! Джейсон! Аарон Гродт предложил тебе работу.

Воинский долг? Долг перед кем? И откуда? Еще недавно я был готов бежать очертя голову куда угодно, лишь бы из армии. Если у Гродта и правда солидные связи, он меня не просто из армии вытащит, он и с судьей Марчем поможет разобраться. Такая возможность раз в жизни бывает. Чего же я мешкаю?

Пока я размышлял, Крисси увлекла меня в дом, провела вверх по лестнице, а потом вдоль по коридору, длинному, как ротная линейка. Из-за закрытых дверей доносились блаженное постанывание и приторный запах наркотиков — настоящих, запрещенных наркотиков.

— У Аарона здесь сорок спален, — хихикнула она. — Тут есть все, что душе угодно.

Пока моей душе было угодно разгадать тайны, скрытые за ее платьем. Нетвердой от шампанского рукой она открыла дверь и завела меня в розовую комнату с занавешенной постелью, плюхнулась туда, колыхнув своими пышными формами, и осушила бокал. Ее платье задралось почти до ягодиц, она перекатилась на спину и похлопала по кровати рядом с собой. Я сел, удивляясь, почему сразу не согласился на предложение Гродта.

— Давай, завтра будешь думать. — Крисси потянулась и погладила меня

пальцем по уху.

Как давно я не видел женщины. А ухо мое в последний раз трогал врач, когда меня продуло в детстве. Я поймал себя на том, что часто дышу. О чем, о чем мне завтра надо думать?

— Тяжело? — прошептала она в мое ухо.

— Что?

— На службе — тяжело?

— А, да, да, непросто.

Она пододвинулась ближе, выскользнула из платья и решительно скинула с себя тонюсенькие кружевные трусики. Я замер. Если я шелохнусь, она исчезнет.

Крисси разочарованно отстранилась.

— Я тебе надоедаю?

— Нет! Что ты, господи, вовсе нет! Просто… — я замялся, — у меня обязанности.

— Джейсон, проснись! — Она укоризненно ткнула меня пальцем в грудь, прямо в нашивку о пройденном девяностодневном курсе. — Это у Мецгера обязанности. Ты же просто солдат.

И потом, наклонив голову:

— Хотя… Может, ты готовишься к высадке.

Если высадка намечалась где-нибудь между ее коленками и плечами, я точно готовился.

— К какой-такой высадке?

— Ты что, новостей не смотришь?

Ну да, конечно, смотрю — в кузове грузовика.

— О ней теперь только и говорят.

Крисси щелкнула пультом, и голограф ожил, без малейшего намека на атмосферные помехи. Наглядный пример того, что все продается и все покупается.

На ковре перед нами появилась ведущая; вокруг нее заплясала эмблема канала голоновостей.

«Уже сейчас штаб экспедиционных войск ООН, планирующих высадку на Ганимед, завален заявками от добровольцев. Лучшие солдаты со всего мира мечтают сюда попасть. Как стало известно сегодня со слов высокопоставленных чиновников, планы создания исполинского космического корабля, несущего несколько тысяч пехотинцев на главную луну Юпитера, находятся на стадии воплощения».

Я потряс головой, пытаясь стряхнуть с себя пьянящий дурман.

«Вот уже к следующей весне планируется закончить работы над корпусом корабля. Место работ в целях безопасности не разглашается. Высказываются догадки об аризонских пустынях или о пустыне Сахара».

Другой ведущий кивнул из угла нашей спальни.

«А когда ожидается высадка?».

«Эксперты говорят, что в ближайшие пять лет. Они полны надежды».

Судя по ставкам на тотализаторе, никто не верит, что человечество и четыре-то года протянет. Тоже мне, надежда!

Крисси выключила голограф.

— Ты что, расстроился, Джейсон?

У меня кружилась голова — и не столько от шампанского, сколько от новостей. Высадка. Пехоте представится возможность спасти мир. И мне бы представилась, если бы я не облажался. Якович же сказал, что мне теперь только самые отстойные задания будут давать. Попасть в экспедиционные войска, наверное, и без того труднее, чем куда бы то ни было за всю историю армии. Эх, драть тебя в задницу!.. Я заскрежетал зубами.

— Джейсон?