Сияние

Козырев Андрей Вячеславович

когда руками ты виденья будешь прясть,

когда сама с собой начнешь вести ты речи, -

в твоей крови моя заледенеет страсть.

Тогда увидишь ты, как небосвод смеется

Бессильной пустотой ввалившегося рта, -

Как кровь реки сквозь лед, сквозь скорбь любовь пробьется:

Ты вспомнишь про меня. Ты скажешь: "Это так.

Да, он меня любил. Дарил мне лучик света.

Да, я ждала всю жизнь не света, а тепла.

Да,

жизнь прошла легко - я слепотой согрета.

Но смерть тем тяжелей, чем легче жизнь была.

Пусть пролетела жизнь, как пролетают птицы,

Пусть было счастье в ней, пусть в ней была беда,

Пусть слышу я уже, как надо мной струится

То белая вода, то черная вода, -

Но каждый день его я вспоминаю снова,

И каждый день я пью стихов его настой,

И каждая строка в стихах его суровых

Так сладостно горька моею красотой -

Былою красотой... Она уж не вернется.

Она лишь промелькнет на миг в его строках -

И в черный океан опустится, как солнце,

И в пропасть упадет, как горная река.

Любовь! Разлука! Смерть! Смешная, злая сказка!

Родись - женись - умри - и больше ничего!

Грех для души - как для ослепших глаз повязка:

Не стану зрячей я ни с ним, ни без него!

Но смерть освободит меня от приговора,

Как жизнь бы не смогла освободить, и вновь -

Взгляну я на него его бессмертным взором,

Ведь у него в крови течет моя любовь!"

Ты будешь звать меня. Искать. Но бесполезно.

Рванешься вверх. Падешь...

И смерть, как жизнь - пуста.

На все твои слова ответит небо - бездна

Ввалившегося старческого рта.

Вечный разговор

– Ты не будешь моей никогда.

Пусть сияет ночная звезда,

Пусть во мраке мерцает луна,

Пусть судьба мне до края видна.

– Ты не будешь моим - ну и что ж?

Слово ты не вонзишь, словно нож,

В сердце, что ожидает любви,

Вечно помня признанья твои.

– Мы не будем счастливой семьей.

Пусть другие идут за звездой,

Пусть другие на ясли глядят,

Превращая свой морок в наш лад.

...Так - века, и века, и века.

Цель, как прежде, от нас далека,

И над миром горит небосвод,

И комета стремится вперед.

Но одни лишь простые слова

Нас уносят за грань естества:

– Ты не будешь моей никогда,

Как волна, как луна,

как звезда.

– - СУД.

Любовь - никакому суду не подвержена, и любовь - сама себе суд, и приговор, и помилование; каждый миг любви - преступление против прежнего, и наказание, и очищение; благословенна будь, суровость любви нашей!

Отмеченные приговором высшим, к вечной любви приговоренные, скитаемся мы по кругам встреч и разлук, и ждем окончания срока - окончания вечности... Но только за гранью любви кончается она, там, куда ни стрела, ни мысль не долетают.

Любовью хранимые, любовью несомые, смотрим мы вниз, в пропасть жизни, с высоты чувства нашего, и в теплых ладонях дремлем, но тянет нас - в пропасть ринуться; смотреть в нее вечно - тяжелее, чем падать, но и в падении любовью мы окружены, и из любви в любовь падаем: из конечной - в бесконечную!

Вот оно, преступление наше, и вот он, суд, и вот он, приговор: за гранью всех черт, всех определений, всех заранее определенных правил - жить, и двигаться, и существовать; и почвы под ногами не иметь, и скитаться; и - любовью звать бесприютность сердца своего!

* * *

О любви мое сердце молилось,

и любовь в это сердце пришла,

никого не застав, рассердилась

и ушла... Вот такие дела.

* * *

Этот тоненький след на весеннем снегу

Я годами забыть не могу, не могу.

Ты ушла и оставила след, как печать,

На снегу, на душе, что устала звучать.

И твой след в моей жизни остался навек,

И вовек не растает предутренний снег.

Я его в своей памяти уберегу...

Умереть я могу, а забыть - не могу.

* * *

Все было так привычно,

Как может быть лишь раз:

Весна, закат обычный

И взор печальных глаз,

И ветер, вешний, зыбкий,

и травы на пути,

и слезы сквозь улыбку,

и робкое: "Прости..."

И новым светом тихим

Ты вся озарена:

В глазах - заката блики,

В душе - печаль без дна,

И в новом свете тихом

Все предстает иным:

Окно, из дома выход,

Над полем сизый дым...

А я теперь в разлуке

Кричу, кричу, кричу,

Заламываю руки,