Скала

Мэй Питер

Присутствие Ангела, точнее, его отсутствие ощущали и те десять мужчин, которые собрались у катера. Восемнадцать лет он был одним из них и должен был быть сегодня здесь, помогать загружать в катер припасы, сложенные на пристани: мешки торфа, питьевую воду в металлических бочонках, матрасы, брезент, ящики с едой, автомобильный аккумулятор для питания радиопередатчика и больше сорока мешков с солью для заготовки дичи.

Фин с удивлением понял, что знает многих из тех, кто собрался на пристани. Одним было за пятьдесят, они были ветеранами походов на Скерр уже тогда, когда Фин и Артэр попали туда в первый раз. Были пара одногодков, знакомых

Фину по школе, и молодые мужчины лет двадцати, которых он не знал. Но между всеми была молчаливая связь. Они являлись членами очень небольшого элитарного клуба с более чем пятисотлетней историей. Достаточно было побывать на Скале один раз, доказав тем самым свою силу, храбрость и способность противостоять природе. Их предки совершали это путешествие по бушующему морю в открытых лодках, потому что им нужно было кормить голодные семьи. Сейчас охотники плыли на траулере и привозили деликатес, который у благополучных жителей острова пользовался большим спросом. Но пребывание на Скерре от этого не стало менее опасным или трудным, чем для многих поколений их предков.

Фин поздоровался со всеми, пожал им руки. Последний подошедший взял руку гостя в свои. Это был плотный мужчина среднего роста, с кустистыми черными бровями под копной черных волос, лишь слегка тронутых сединой. Его нельзя было назвать большим человеком, но взгляд поневоле на нем задерживался. Гигсу Маколею недавно исполнилось пятьдесят. Он был на Скерре чаще, чем кто-либо еще, когда Фин и Артэр совершили свою поездку, Гигс побывал там уже четырнадцать или пятнадцать раз. Тогда он считался главным в команде, так было и сейчас. Его рукопожатие было крепким и теплым, а кельтские темно-синие глаза пристально смотрели на Фина.

— Рад тебя видеть. Фин. Говорят, ты далеко пошел.

Тот пожал плечами:

— Наверное, да.

— Когда мы делаем все, что можем, даже Господь не требует от нас большего, — Гигс взглянул на Артэра, потом снова на Фина. — Давно ты здесь не был.

— Да, верно.

— Сколько лет?.. Семнадцать? Восемнадцать?

— Да, около того.

— Сын Артэра плывет с нами в первый раз.

— Я знаю.

Гигс взглянул на подростка, улыбнулся:

— На скале тебе гель для волос не понадобится, да, сынок? — Все засмеялись. Фионлах покраснел, отвернулся и уставился на океан. Гигс хлопнул в ладоши:

— Ладно, давайте грузить катер.

Он посмотрел на Фина:

— Ты нам поможешь?

— Конечно, — тот снял свою парку, пиджак, бросил их в кучу пустых корзин и закатал рукава.

Мужчины работали методично, как любая слаженная команда. Они по цепочке передавали друг другу мешки и ящики; последние в цепочке грузили припасы на катер. Фин заметил, что наблюдает за Фионлахом, ищет в нем какой-то знак того, что он действительно его плоть и кровь. Волосы были светлые и у самого Фина, и у юноши, и у Маршели. Глаза Фионлаха — голубые, как у матери; у самого Фина они зеленые. Если они в чем-то и схожи, то это поведение, характерная молчаливость и сдержанность.

Фионлах перехватил взгляд полицейского, тот сразу же отвернулся. Гигс передал ему мешок соли. Он оказался тяжелым, и Фин закряхтел.

— В мое время это было легче. Тогда здесь все грузили прямо на траулер.

— Да, было легче, — Гигс серьезно покачал головой. — Но теперь траулеры не могут входить в гавань. Так что припасы мы отвозим в Сторновэй.

— А вы уезжаете отсюда?

— Большинство — да. В маленькой лодке, — Гигс кивком указал на открытую лодку,

привязанную у пристани. Ее подвесной мотор был вынут из воды. — Мы выходим в море, встречаем траулер в гавани и поднимаем лодку на борт. Потом мы на ней переправляем все припасы с траулера на Скалу.

— А вы скоро поймаете убийцу Ангела? — спросил один из молодых мужчин, не в силах больше сдерживать любопытство.

— Я не веду расследование, — ответил Фин. — Я даже не знаю, как оно продвинулось.

— Говорят, анализ ДНК поможет его найти, — добавил другой.

Полицейский удивился:

— Вы уже знаете об этом?

— Ну да, — ответил Гигс. — Вчера всем мужчинам в Кробосте позвонили из диспетчерской. Сегодня каждый должен явиться либо в полицейский участок Сторновэя, либо к доктору в Кробосте и сдать анализ.

— Это дело добровольное, — заметил Фин.

— Ну да, — это Артэр. — Но ты что, думаешь, кто-нибудь откажется? Это же будет подозрительно, правда?

— Я не буду сдавать анализ, — сообщил Фионлах.

Все бросили работу и уставились на него.

— Почему? — требовательно спросил его отец.

— Это начало необратимых изменений. Полицейское государство, — юноша даже раскраснелся от воодушевления. — Нас всех в конце концов занесут в единую базу данных со штрих-кодом ДНК. Мы ничего не сможем делать, никуда не сможем ездить так, чтобы власти не узнали о нас все — что, куда, зачем… Людям не будут давать ипотеку и страховать их жизнь, стоит только страховой компании решить, что это большой риск! Все будет решаться на основании базы ДНК. Твой дедушка умер от рака, или у тебя по материнской линии наследственная болезнь сердца? Тебе смогут отказать в работе. Что будет, если работодатель узнает, что твоя прабабка лежала в психбольнице, и ваши с ней штрих-коды похожи?

Артэр смотрел, как все слушают Фионлаха разинув рты. Погрузка катера остановилась. И вот он взорвался:

— Вы только послушайте! Он говорит, как левый радикал. Марксист хренов! Не знаю, где он этого набрался, — он быстро взглянул на Фина, потом опять на Фионлаха. — Ты сдашь анализ, и дело с концом.

Юноша потряс головой.

— Нет, — сказал он со спокойной решимостью.

— Слушай… — Артэр заговорил примирительно. — Мы все сдадим этот анализ. Правда? — он оглянулся в поисках поддержки. Мужчины закивали, согласно забормотали. — Будет весьма подозрительно, если ты его не сдашь. Хочешь, чтобы в полиции подумали, что это твоих рук дело? Ты этого хочешь, да?

На лице Фионлаха возникло выражение упрямого смирения.

— Тот, кто это сделал, заслужил медаль. — Фин вспомнил, что Артэр говорил то же самое. Юноша оглядел всех собравшихся на пристани. — Этот мужик был грубиян и скотина. Ни один из вас не скажет, что он не получил по заслугам.

Никто не произнес ни слова. Молчание затягивалось, тишину нарушал только шум ветра в траве на холме. Наконец, чтобы разрядить обстановку, кто-то спросил:

— А сдавать анализ на ДНК — это больно?

Фин улыбнулся, покачал головой:

— Нет. Врач возьмет такую штуку, типа большой ватной палочки, и проведет у вас за щекой.

— Хорошо хоть не в заднице! — сказал худой мужчина с рыжими волосами, в матерчатой кепке. Все засмеялись, довольные, что можно сбросить напряжение. — Никому не позволю тыкать мне туда ватной палочкой!

Смех послужил сигналом к началу работы. Мешки с солью снова начали передавать по цепочке.

— А как быстро будет готов анализ ДНК? — спросил Артэр.