Сказка рядом...
Шрифт:
– Потерпишь до следующих выходных?
– виновато спросил Волчик.
– Без вопросов, - улыбнулась я в ответ и прижалась к его теплому боку.
Здоровский у меня все-таки друг! Я знаю - если пообещал - обязательно сделает. И вообще, обойдусь я без этой "пищи богов". А Ника только небрежно заметила:
– Будешь есть много сладостей, не сможешь носить топики, придется переходить на балахоны.
– Врешь!
– встрепенулась я, негодуя.
– Я не толстая!
Роволкон чуть отодвинулся и, откровенно окинув меня оценивающим взглядом,
– Ник, она не толстая.
За что тут же получил от Ники тычок под ребра, а от меня - воздушный поцелуй и признательную улыбку.
– Ты самый лучший, Волчик!
Он сморщился от удара Никиного локтя и просиял от моей похвалы, за что еще раз получил чувствительный тычок от своей любимой. Отпустив меня, он заключил ее в объятия, лишая возможности пихаться.
Сцена, устроенная нами в лавке сладостей, умилила других покупателей. Мужчины добродушно посмеивались, а женщины тихонько вздыхали, бросая заинтересованные взгляды на нашего парня. Роволкон, как всегда, выглядел на все сто. Повезло Нике.
– Какие ты хочешь?
– услышала я над ухом, и, вздрогнув от знакомого голоса, обернулась.
Сандриэль улыбался, немного снисходительно, с чувством покровительственного превосходства. Он мог себе позволить потратить такую сумму на всякую ерунду. Впрочем, он, как мой жених, мог меня и "побаловать", тем более, его дядя, сватая своего племянничка, пообещал мне "золотые горы". Только вот не хотелось почему-то быть обязанной этому холодному Светлому эльфу.
Маленькая девочка, пришедшая в лавку со своей нянькой, восторженно таращилась на такого сногсшибательного красавца. Наверное, ей слишком много читали сказок "про принцев", и сейчас он предстал перед нею воплощенной мечтой. Увидев ее восторженный остекленевший взгляд, моя улыбка увяла. Я подозревала, что когда думала о Сандриэле - со стороны выглядела так же. Чур меня!
– Благодарю, я уже передумала.
– Аня, я серьезно, - эльф немного удивился, что я отказываюсь.
Интересно, он что, видел, как меня "колбасило" вначале?
– Я же сказала, - раздраженно дернула я плечом, - я уже не хочу - буду вырабатывать в себе силу воли!
Ника и Волк, слегка помрачневшие при виде Сандриэля, заулыбались, наслаждаясь тем, что синеглазый мальчик озадачился. Ему и в самом деле было непонятно мое ослиное упрямство. Дают - бери! В кои-то веки...
– Пошли отсюда, - я потянула Нику за руку вон из лавки.
Волк пристроился в фарватере.
– Анхель!
– предпринял еще одну попытку Сандриэль.
– Не стоит, - отмахнулась я.
– Это - "пища богов", а мне до них...
– я сделала неопределенный жест рукой.
– А что это с ним?
– подозрительно произнес Волк.
– С какой стати он вообще тебе что-то предлагает? Ань, постой!
Ну вот, теперь еще и перед друзьями оправдываться придется:
– Да откуда
– как можно безразличнее отозвалась я.
– У богатых свои причуды.
– А ты ничего не хочешь нам рассказать?
– теперь и Ника прониклась моментом, собираясь выковырять у меня признание.
"Вдвоем-то они меня быстренько в оборот возьмут", - заметалось мое сознание в поисках выхода - я не могла рассказать им ни про Д'Эсаура, ни про гостиницу...
На мое счастье (простите за цинизм), совсем рядом со злополучной лавкой недалеко от открытых рядов, через которые вышли в проулок, мы наткнулись на каких-то чумазых детей - девочку и двоих мальчиков. Один, совсем мелкий, года четыре, кашлял, жутко пучил глаза и хватал ртом воздух. Еще один испуганно застыл рядом, а девочка, ревела в голос и трясла мелкого. Кажется, малыш подавился. Инстинкты подсказали мне, что если не поможет стандартное "левую руку вверх", то можно еще попробовать "выдавить" инородный предмет. Только соображать, где у стоявшего напротив мальчика право-лево было некогда. Я подскочила к малышу и, отпихнув девчушку, задрала обе руки ребенка вверх. Он шумно вдохнул и закашлялся, но уже без надрыва, пытаясь надышаться.
– Тихо-тихо, уже все прошло, - я попыталась удержать его, но он, размазывая слезы и сопли, вывернулся и метнулся к девчонке.
Наверное, это была его сестра. Она обняла зарывшегося ей куда-то подмышку ребенка.
Ника подошла и присела перед детьми на корточки:
– Эй, ты чего испугался? Все в порядке?
Девочка вцепилась в рубашонку мелкого, все еще всхлипывая. Тот замер, перестав кашлять, и только часто дышал. Его вспотевшие от рыданий волосенки повисли грязными сосульками. Ника дернулась погладить его по голове, но видно передумала.
– Дяденька, мы ничего не сделали, - на всякий случай заканючил второй пацан, глядя на Волка, который вообще к ним близко не подходил.
Ну и логика: нет бы "спасибо" сказать доброй тёте. Волк хмыкнул:
– Что ж вы за мелким так плохо смотрите? Где ваши родители?
– Там, - пацан неопределенно махнул в сторону рынка.
– А он сам, - "сдал" ребенка старший.
– Мы ему говорили, что бы он всякую гадость в рот не тащил.
– А чем он подавился?
– обернулась Ника, выпрямляясь.
– Конфетку обсосанную подобрал, - неодобрительно пожаловался старший мальчик.
Только прозвучало это так, что он злился на мелкого, за то, что тот увидел валяющуюся на земле конфету и первым сообразил, как ее употребить.
– На, держи! Купи всем по леденцу, - услышала я позади, и, чуть не подпрыгнув от неожиданности, обернулась.
В начале проулка стоял с независимым видом Сандриэль, протягивая на ладони мелкие монетки. Пацан не поверил. Я бы тоже не поверила, если б перед этим эльф, ни с того, ни с сего, не предложил купить сладости мне. Да с какой радости он занялся благотворительностью? Еще один мишка в их Светлом Лесу сдох, что ли?