Скрижаль альтера
Шрифт:
Это что же, проверка? Кто-то наверху решил, что сможет меня таким образом остановить?
Боже, как примитивно!
Третьего ухажера я встретила уже ехидным смешком. На этот раз брюнет был пониже ростиком, зато без смокинга, в обтягивающей футболке, под которой красиво проступали накачанные мышцы. Когда мы встретились взглядами, незнакомец лихо мне подмигнул и поиграл мускулами, едва не заставив меня расхохотаться.
Нет, это действительно было забавно! Особенно, когда красавчик демонстративно повернулся ко мне сперва одним боком, потом другим. Напряг руки и недвусмысленно двинул бедрами.
Я в ответ помахала ему рукой и, давясь
Четвертый и пятый кандидаты меня не особенно впечатлили. От шестого я просто отмахнулась. На седьмого внимание, правда, обратила, но лишь потому, что в отличие от других этот был весьма скромно одет. Вернее, пока я проходила мимо, этот молодчик умелым и тщательно выверенным движением сбросил с себя рубашку, демонстрируя весьма даже привлекательное тело. Но все это выглядело так показушно и предсказуемо, что я отвернулась, искренне недоумевая про себя, что за цирк здесь вообще устроили.
Еще несколько шагов я сделала в полной уверенности, что удивить меня ничем не смогут, поэтому смотреть на этот балаган попросту незачем. Однако не смотреть уже было проблематично. Чем дальше мы шли, тем ярче становился льющийся с потолка свет и тем больше мужчин встречало меня вдоль красной дорожки. Причем, если поначалу я действительно никого не узнавала, то потом что-то такое стало всплывать в памяти.
Кажется, вон с тем пареньком мы учились в начальной школе и какое-то время дружили. С другим я виделась в старших классах и вроде бы даже когда-то засматривалась. Третий пару раз мелькал в драмкружке, куда я когда-то время ходила. С четвертым пересекались в одном из турпоходов, еще в то время, когда родители были одержимы идеей меня к ним приучить. Пятый, шестой, седьмой… с ними мы тоже раньше встречались, но я уже даже не помню где это было и тем более не помню их имена. А дальше пошли однокурсники в универе, общие знакомые, знакомые знакомых, коллеги по работе… кого там только не было! Причем чем дальше, тем больше их становилось, и тем меньше мне хотелось над ними смеяться.
Стоит также упомянуть, что по мере того, как количество встречающих меня мужчин росло, тем меньше на них оставалось одежды. Они недвусмысленно свистели, призывно улыбались, махали руками, делали недвусмысленные знаки и демонстративно оттягивали резинки трусов, прямым текстом говоря, чего именно от меня ждут.
— Эй, красотка…
— Иди ко мне, сладенькая…
— Знаешь, как долго я могу…?
И вот это было уже совсем не смешно. Я чувствовала себя так, словно попала на панель и иду сквозь плотный строй проститутов, которые считали своим долгом заставить меня кого-нибудь выбрать. Со всех сторон сыпались намеки и откровенные предложения, пошлые шутки и не менее пошлые жесты. Чего я только не насмотрелась, пока топала следом за невозмутимо молчащим альтером и стараясь лишний раз не глазеть по сторонам.
Но и на этом дело не закончилось, потому что вскоре свет приглушили, он стал мягче, интимнее. А вместо плотного строя полуобнаженных мужчин слева и справа стали появляться затемненные альковы, где на пышных кроватях и смятых простынях сидели и лежали красавцы всех наций и мастей, какие только можно придумать.
Эти мужчины уже ничего не говорили, но смотрели из сумрака такими глазами, что даже проходя мимо них я чувствовала, как дрожит от напряжения воздух. Вожделение и исходящая из альковов концентрированная похоть чувствовались буквально кожей. Она имела свой запах. Привкус. Даже цвет. Некоторые альковы
И это было уже тревожно.
Наверное, чтобы усилить эффект от визуальной картинки, в воздух что-то такое добавили. Афродизиак. Любовную пыльцу. Или какой-нибудь яд с далекой планеты. Потому что, будучи твердо уверенной, что никто из этих мужиков мне и даром не нужен, мне с каждым мгновением становилось все труднее на них не смотреть. Не реагировать. Не пересекаться с их призывными взглядами. Не слышать жаркого дыхания в темноте. И не рассматривать то, что они бесстыдно выставили на всеобщее обозрение.
В какой-то момент коридор наполнился томным шепотом, стонами и характерными шорохами, после чего я сочла необходимым еще крепче вцепиться в медленно идущего альтера и вперить взгляд строго ему в спину. Чтобы там ни намешали в воздухе, полуголые и голые мужики были недостаточно веской причиной, чтобы задерживаться в этом рассаднике порока. Я — девушка приличная. И проституты, пусть даже такие эффектные, мне даром не нужны.
— Все в порядке? — напряженно спросил Рэйв, почувствовав, как я уткнулась лбом ему меж лопаток.
— Не то чтобы в порядке, — пробормотала я. — Но надеюсь, что ты сейчас видишь совсем не то, что я,
— Это коридор желаний, Инга. Здесь мы видим лишь то, что хотим.
— Но я не хочу этого видеть!
— Боюсь, мы не можем это контролировать, — с сожалением ответил альтер, и его рука сжала мои подрагивающие пальцы. — Коридор исполняет наши желания. Но это вовсе не значит, что им стоило бы исполняться. Закрой глаза. Не смотри и не слушай.
Я послушно зажмурилась.
Черт возьми! Это что же, получается?! Если верить Рэйву, то все, что я хочу от жизни, это… секс?! Или же дурацкий коридор так извращает извечную женскую потребность любить и быть любимой? Но тогда кто все эти люди?! Почему я никого из них не знаю?! Хотя, может, потому что я никого из них по-настоящему не любила, а мой интерес к тем мужчинам был сугубо поверхностным?
— Инга? — негромко позвал меня Рэйв, когда я окончательно расстроилась и разозлилась. — Инга-а-а… посмотри на меня…
— Ты же сам велел не смотреть, — буркнула я, а потом вдруг сообразила, что альтер идет впереди, а голос раздался сзади, и похолодела.
Проклятье! Только этого еще не хватало!
— Инга… — снова вкрадчиво прошептал тот же голос из-за спины. — Обернись. Посмотри на то, что ты действительно хочешь увидеть.
«Отвали!» — зло подумала я, стискивая зубы и еще крепче цепляясь за пояс настоящего Рэйва заодно.
— Инга-а-а…
Я сжала пальцы намертво, точно зная, что настоящий Рэйв вот он, держит меня за руку и даже по сторонам не смотрит, чтобы не рисковать. И мне тоже надо идти. Да, вот так. Правой, левой… в унисон с ним. И не слушать всяких там мороков, старающихся убедить меня не пойми в чем!
— Инга, это глупо, — снова промурлыкал тот же голос, и мне даже показалось, что в затылок дохнуло чужое дыхание. — Я ведь ничего особенного не прошу. Просто посмотри. Мне-то прекрасно известно, чего ты хочешь.