Скрижаль альтера
Шрифт:
Казалось, раз мы вырвались из проклятого коридора, то действие феромонов или что там на самом деле было, должно было ослабнуть, остудить мозги и дать хотя бы пару секунд на осознание случившегося. Но альтеру было уже все равно. Мне, признаться, тоже. И если бы не мысль, что назавтра я точно об этом пожалею, а он, скорее всего, перестанет себя уважать, честное слово, я бы не отказалась. Не оттолкнула. С радостью приняла все то, что он мог мне дать. Но едва представив, как мы поутру будем смотреть друг другу в глаза… стыдливо отводить взгляды и чувствовать, что все-таки предали друг друга… я нашла в себе силы опустить руки и замереть.
—
— Остановись, Рэйв, — выдавила я, когда альтер нетерпеливо дернул завязки платья и стал жадно выцеловывать мою шею. — Пожалуйста, не надо.
— Что?
— Остановись, прошу тебя, — со слезами на глазах повторила я и посмотрела на его раскрасневшееся лицо. Долгим, уставшим и тяжелым взглядом, встретив который Рэйв вздрогнул и, тяжело дыша, все-таки замер.
— И… Инга?!
Я сумрачно кивнула. Мне показалось, он хотел сказать что-то еще, но тут заметил мои оголившиеся плечи и находящееся в полнейшем беспорядке платье. Окинул взглядом растрепавшиеся волосы. Осознал, что до сих пор прижимает меня к стене, а мои ноги плотно обхватывают его бедра. После чего отстранился, опустил голову и хрипло уронил:
— Прости. Я не хотел.
Да. И ты меня прости. Я напрасно поддалась искушению и допустила мысль, что на моем месте ты мог увидеть именно меня, а не кого-то другого. Вернее, другую. Но это и впрямь была всего лишь иллюзия. Жестокая шутка. Проверка. Очередной обман, в котором одно женское имя было так легко перепутать с другим. И пускай кровь еще бурлит, тело жаждет ласки, а в голове до сих пор проносятся волнующие картинки… нам действительно нельзя. Тебе — особенно, Рэйвен. Ведь это значило бы, что ты предал ту, ради которой проделал такой долгий путь. А раз ты предал Ийле, значит, испытание провалено. В этом ведь был его смысл, не так ли?
Жаль, что я больше не вижу твоих глаз — ты вовремя отступил, не дав мне повода в тебе усомниться. Но одновременно это и облегчение — не знать, о чем ты сейчас думаешь, и не замечать, как неохотно гаснут жаркие искры в твоих расширенных зрачках.
Тебе нелегко, я знаю. Мне, поверь, тоже несладко. Но если мы уступим сейчас, завтра будет только хуже.
— Хочешь, чтобы я ушел? — тихо спросил альтер, когда успокоился и рискнул снова повернуться.
Я молча покачала головой.
— Иди сюда, — выдохнул он, и я, поколебавшись, все-таки подошла, не зная, как теперь на него реагировать. Старательно прислушиваясь к себе. Пытаясь понять. Разобраться, что же это действительно было. Одновременно остро желая и так же яростно протестуя против того, чтобы Рэйв опять меня поцеловал.
Вместо этого он бережно меня обнял и, уткнув нос в макушку, надолго замолчал, рассеянно поглаживая мою напряженную спину и давая время прийти в себя. Ничего не просил, не требовал, не объяснял и не извинялся. Теплый, надежный и понимающий меня гораздо лучше, чем порой я понимала себя сама. Если бы он что-то сказал, я бы, скорее всего, не выдержала. Вспылила. Если бы меня снова коснулись его губы, точно бы поддалась, и потом именно его обвинила бы в глупости. Но Рэйв не сделал ни того, ни другого. Он просто был рядом. Но именно здесь и сейчас это было то единственное, в чем я действительно нуждалась.
Сколько мы так стояли, обнявшись уже не как несостоявшиеся любовники, а просто как близкие люди, которым есть чем поделиться, не могу сказать. Я не засекала время. Но когда Рэйв все-таки отстранился, я уже пришла
— Нет. Если ты побудешь со мной, мне станет намного спокойнее.
Глава 20
Остаток дня мы провели вдвоем, по молчаливому согласию больше не вспоминая о недавнем испытании. Чтобы разрядить обстановку, я попросила альтера изменить интерьер, убрав с глаз долой предназначенную для утех кровать. Однако Рэйв сделал гораздо лучше — преобразовал доставшееся нам помещение в мою маленькую квартирку. Потом сходил в душ, сбросить оставшееся напряжение. Я тоже привела себя в порядок. А потом мы до поздней ночи пили на кухне ароматный кофе и мирно беседовали обо всем, что только могло взбрести в голову.
Пожалуй, это были самые лучшие часы за все время, что мы проводили вместе. Мне было хорошо и на удивление уютно. Альтер тоже выглядел расслабленным и вновь поразил меня познаниями о моем родном мире и теми обыденными вещами, которые мы обычно не замечаем в людях, которые ничего для нас не значат. Тем, как он сидит, сложив на столе руки. Как улыбается уголками губ, если решит, что я сказала что-то забавное. Как смотрит в ответ. Наливает себе новую порцию кофе. Ставит на плиту чайник, когда кофе все же закончился. И привычным движением заваривает чай, словно мы уже тысячу раз проводили так время, и он успел запомнить, какой крепости напиток мне нравится.
Признаться, после всего случившегося я даже задумалась, а не умеет ли Рэйв читать мысли. Он всегда так мало говорил, но при этом так много спрашивал… так искренне интересовался малозначительными деталями и, наоборот, избегал говорить о самом важном…
Порой мне и вовсе казалось, что он знает больше, чем говорит. Но так это было или нет, Рэйв не захотел признаваться.
— Завтра я отвечу на все твои вопросы,— с грустной улыбкой сообщил альтер, когда я все же набралась смелости его спросить.
— Почему не сегодня?
— Я не уверен, что это будет безопасно.
— Но ты же прошел испытание, — озадачилась я. — Все закончилось, разве нет?
— Завтра я должен буду вернуть отцу скрижаль и взамен получить то, ради чего все это затевалось. Можешь считать, что я суеверный. Но до завтра ничего тебе не скажу. Так будет лучше.
—Твоя скрижаль! — спохватилась я. — Она же в кармане была, когда мы… когда ты перекинулся! Она что, осталась в Миране?!
Рэйв снова улыбнулся и показал пустую ладонь, на которой без предупреждения появился и начал стремительно разгораться серебристый огонек. Сперва он был совсем крохотным, как искра. Затем разросся в уже вполне приличную точку. А через пару минут на ее месте над рукой альтера зависла самая настоящая скрижаль. Правда, выглядела она совсем не такой, какой я ее помнила.
В последний раз, когда Кин ее доставал, это была обычная галька, тут и там покрытая разноцветными вкраплениями. А теперь вся ее поверхность была расцвечена ярко блестящими искорками, словно невзрачный камень обсыпали клеем, а затем обмакнули в ведро с драгоценными камнями. Размеры у скрижали почти не изменились — как и раньше, она только-только умещалась на ладони Рэйва. Только за то время, что он проходил свой загадочный ритуал, заметно преобразилась, облагородилась и теперь напоминала ценный экспонат из королевской сокровищницы.