След пираньи
Шрифт:
— Проверил? Ну, так как?
— Подождите, я не кончил… Можно встречное предложение? — Он помедлил, набрал воздуха в грудь. — Ребята, вы хоть примерно представляете, сколько это стоит? Если продавать нужному покупателю? Там два десятка кассет, даже если брать ограненными бриллиантами по весу, грамм на грамм, — и при таком раскладе есть риск продешевить. Вы хорошо понимаете, что лежит в сейфе? Какие там рожи на пленках, кроме будущего президента? Я понимаю, покупатели такие, что могут вместо честной расплаты снять скальпы, но мы же все профессионалы, можем разработать беспроигрышную операцию. Каждому хватит на три жизни.
— Я, кажется, понимаю, отчего лишний комплект пленок столь неосмотрительно залежался в сейфе, — медленно сказал Мазур. — Не оттого ли, что кто-то уже замыслил такую негоцию [9] , только еще не разработал беспроигрышной операции по продаже или вульгарно колебался?
— Считайте, что я вам мысленно аплодирую, — сказал Полковник. — В точку. Были дерзновенные проекты… По-моему, это служит лишним аргументом в пользу моего предложения, — на губах у него появилась гаденькая улыбочка. — Вы, кстати, уверены, что ваш суперменистый генерал так уж и не намерен никому кассеты запродать? Что ваши заезжие напарнички, в свою очередь, коммерческих стремлений не питают? Кстати, господа заезжие, вы уверены, что вас через пять минут не опустят в колодец? Вы, мистер, переведите девушке как можно тщательнее, чтобы она могла участвовать в обсуждении на равных…
9
Негоция — коммерческая сделка, торговля (итал.).
Мазур едва не врезал ему ногой по физиономии. Хватка у «соседа» была хорошая — зерна раздора разбрасывал полными пригоршнями. Сейчас, когда обе группы с подозрением поглядывают друг на друга, а сам Мазур, вдобавок, опасается абсолютно всех, подобные неосторожные словечки немедленной схватки, конечно, не вызовут, но рабочие будни способны отравить и осложнить…
— Не пугайтесь русского медведя, — усмехнулся он, оглянувшись на Джен. — Судя по лицу, в ваши нежные ушки уже проник яд… Я вам скажу предельно цинично: соберись мы от вас избавиться, давно бы уже спустили в колодец следом за аквалангами… Это убеждает, а?
— Пожалуй, — ответила она с натянутой улыбкой.
— Бриллианты, конечно, вещь хорошая, — сказал Мазур. — Только торговцы из нас плохие, так что ваше предложение не проходит. Или у кого-то есть иное мнение? — Он оглянулся на молчавших спутников. — Единогласно, как в старые добрые времена… А посему вернемся к нашему варианту. Ответ — немедленно.
— Вы понимаете, что я — весьма ценное приложение к кассетам? — усмехнулся Полковник, силясь придать физиономии максимум беззаботности и даже добившись некоторых успехов.
Переглянувшись с майором, Мазур кивнул:
— Понимаем, не дикари… Итак?
— Развяжите ноги.
Мазур самолично перехватил ножом веревки. Процессия, не теряя времени, двинулась в путь — впереди Полковник, за ним майор, уперший ему в поясницу пистолет, следом все остальные. Поводырь уверенно вел их по широким лестницам, покрытым коврами, потом свернул на лестницу поплоше и поуже, остановился перед сводчатой деревянной дверью, которую Мазур по его подсказке отпер ключом из внушительной связки. Они оказались ниже уровня земли, в бетонированном подвале, где, пожалуй, можно было и отсидеться, если кто-то агрессивный начнет сбрасывать на «Заимку» бомбы
— Руки развяжите, — сказал Полковник.
— Нет уж, — усмехнулся Мазур. — Ты мне сейчас проникновенно выложишь коды, а потом прогуляешься во двор в сопровождении ассистентов. Сам открою.
— Зачем? — по-деловому спросил Прагин.
— А может, он камикадзе, — сказал Мазур. — И в этой стеночке заложена пара пудов взрывчатки. Самый простой способ уйти легко и красиво, избежав будущих неприятностей… Волоките его во двор, скота… — Обернулся и хмыкнул. — Да никуда я не денусь, вы не паникуйте…
— Я останусь, — решительно сказала Джен.
— Ладно, — у Мазура не было времени на дискуссии. — Только отойдите подальше, майор, и если мы тут красиво взлетим на воздух, вы уж постарайтесь, чтобы этот сукин кот помирал беспокойно…
…Оставшись наедине с Джен, он подмигнул:
— Романтика, правда?
— Да открывайте вы! — прямо-таки вскрикнула она, чуть побледнев, подалась вперед.
Мазур и сам волновался — насчет взрывчатки под сейфом он мог и угадать правильно. Или не рискнул бы Полковник нарываться на тяжелую смерть? А может, заряды заложены под всей «Заимкой», одна воронка останется от сказочного городка? С-ситуация…
Затаив дыхание, он нажимал стальные кнопки, квадратные, с небольшими, удобными для пальца луночками. Кнопки без малейшего сопротивления утопали в толстых дисках, заподлицо с ними. Пятая, шестая, второй диск, теперь ключ, два оборота вправо, один — влево…
Стиснув ручку во вспотевшей ладони, потянул дверцу на себя — и ничего не произошло, она легко распахнулась. На верхней полке — пачки патронов, стопки купюр в аккуратной, ненарушенной банковской упаковке, какие-то бумаги…
Мазур методично выбрасывал все это на пол — кроме патронов, конечно, чтобы ненароком капсюль не угодил на острую бетонную крошку (пол под ногами был забетонирован без особого тщания, так и бугрился — ну да, у нас хотя бы одну подсобочку да оставят в свинском состоянии, не достичь полного совершенства…). Пачки патронов он передавал Джен, все остальное отшвыривал, убедившись предварительно, что среди бумаг нет ничего любопытного.
Пухлая стопа цветных фотографий, знакомые все лица — Прохор, Кузьмич, Полковник, а это, надо полагать, гости-охотники… ну да, вот и будущий президент в безукоризненном комбинезоне цвета хаки с уймой карманов и пряжек. А это уже отечественная харя, да знакомая такая по телепередачам — надо же, и он…
И этот?! Не врал Полковник насчет бриллиантов по весу… Возможно, фотографии лишь дублируют пленки, но все равно, для порядка следует прибрать к рукам…
Вот оно. Два десятка маленьких черных кассет-крошек, сложенных аккуратным штабельком. На этикетках насквозь загадочные пометки — русские и латинские буквы, цифры. Ну, это уже детали… Мазур, опустошив сейф, для верности заглянул внутрь. Отступил:
— Ну, все. Теперь осталось вас прикончить и зарыть в подвале. Ради всего святого, Монтрезор…
Он осекся, рассмеялся. Заокеанская очаровашка стояла, сторожко выпрямившись, держала правую руку в кармане, и бушлат недвусмысленно оттопыривало кургузенькое дуло.
— Да я же пошутил, — сказал Мазур, отсмеявшись.
Она не улыбнулась, стояла с плотно сжатыми губами. Все-таки изрядная свинья ее шеф, прокурор, мечтающий войти в большую историю, — мог бы и сам поехать во глубину сибирских руд, а не посылать девчонку…