След предателя
Шрифт:
– Неужели вам не известно, что в тылу Первого Украинского фронта активно действуют бандеровцы! Прежде чем отпускать туда командующего фронтом, следовало сначала прочесать весь район.
– Нас заверили, что дорога будет безопасной.
– У вас три танковые армии, – продолжал возмущаться Иосиф Виссарионович. – Неужели нельзя было придать вашей колонне хотя бы один танк! Разберитесь со всем этим делом! – строго приказал Сталин. – Выявить всех виновных и, невзирая на звания и должности, предать суду! Район следует зачистить от бандеровцев в ближайшие же часы. Всех, кто участвовал в нападении на командующего, наказать самым строгим образом! Мы не можем допустить, чтобы в нашем тылу бесчинствовали бандиты и убивали наших
Не прощаясь, Сталин положил трубку. Некоторое время он взволнованно ходил по комнате – трагедия, случившаяся с Ватутиным, переживалась как личное горе. Это надо же! Канун наступления, и вдруг такое! Где еще взять такого «Гроссмейстера»? Не сыщешь!
Через несколько долгих минут он поднял телефонную трубку и спросил у Поскребышева:
– Берия с Абакумовым в приемной?
– Да, товарищ Сталин.
– Зови их… Постой… Лучше сначала соедини меня с Жуковым.
– Слушаюсь, – отвечал Поскребышев.
Еще через минуту Сталин поднял трубку:
– Товарищ Жуков?
– Да, товарищ Сталин.
– Мне только что сообщили, что на автоколонну товарища Ватутина совершенно нападение. Командующий фронтом серьезно ранен. Выезжайте немедленно на место и принимайте командование Первым Украинским фронтом, пока Ватутин не поправится. Район вы знаете, в Корсунь-Шевченковской операции вы неплохо потрудились вместе с Ватутиным, не думаю, что для вас это будет сложно.
– Выезжаю немедленно, товарищ Сталин.
– Разберитесь там в тылах как следует… Мы не можем оставить наши тылы незащищенными.
– Есть разобраться, товарищ Сталин!
Глава 3
Утром следующего дня начальнику Управления военной контрразведки Смерш Первого Украинского фронта генерал-майору Осетрову позвонил комиссар государственной безопасности 2-го ранга Виктор Абакумов.
– Как же это произошло, Николай Алексеевич, как же вы не сумели уберечь командующего? Одной из главных задач военной контрразведки Смерш является контрразведывательное обеспечение Красной Армии, выявление вражеских агентов, диверсантов и разного рода предателей, а также охрана высших должностных лиц. Вы со своей задачей не справились!
Услышав рассерженный голос Виктора Семеновича, генерал-майор Осетров невольно поднялся из-за стола.
Как и большинство его ровесников, Николай Алексеевич Осетров вышел из рабочей среды и прошел едва ли не все ступени карьерной лестницы, прежде чем получил генеральское звание. Поначалу окончил два класса ремесленно-воспитательного училища в Иркутске. Работал жестянщиком в депо, молотобойцем на угольном комбинате, кровельщиком строительной конторы, был даже помощником шофера в Иркутском губвоенкомате. Но после призыва в армию жизнь его круто изменилась. Сначала он окончил Томскую артиллерийскую школу. Длительное время был на командных должностях, а потом был направлен слушателем Артиллерийской академии в Ленинград. Далее было назначение в Москву, а еще через год Осетров был направлен на работу в НКВД.
Выслушав Абакумова, начальник Управления военной контрразведки оправдываться не стал, сообщил то, что ему доложили участники событий:
– Виктор Семенович, я не снимаю с себя ответственности. В этой трагедии есть и моя вина. Но командующий поехал туда не один, а в составе колонны. Мы рекомендовали командующему…
– Мне нужно знать подробно, что там произошло, – прервал его Абакумов.
– Разведка докладывала, что техника у немцев завязла на дорогах в установившуюся распутицу и наступил самый подходящий момент, чтобы нанести рассекающий удар по Манштейну. Командующий с разрешения Ставки начал проводить перегруппировку, чтобы ударить
– Ваши действия, когда вы узнали о перестрелке? – вскипел Абакумов.
– Виктор Семенович, как только мы узнали о перестрелке, тотчас выдвинули в опасный район оперативные группы для выяснения обстановки и роту автоматчиков. Об опасности на маршруте мы доложили коменданту колонны, тот, в свою очередь, передал наши опасения командующему. Но Николай Федорович ответил, что у него другие данные, что группу бандитов уже блокировали и дорога расчищена.
– Уверен, что без предательства здесь не обошлось… Со стороны Главного управления уже создана комиссия, скоро прибудет к вам. Оказать ей максимальную помощь. Разобраться с этим делом самым тщательным образом! – кричал в трубку Абакумов. – Мерзавцев найти и уничтожить! Всех до единого. А лучше отловить! Будем судить, а потом повесим на площади.
– Будем исполнено, товарищ комиссар государственной безопасности второго ранга! – громко откликнулся генерал-майор Осетров.
По завершении разговора Осетров устало опустился на место. Расстегнул ворот гимнастерки, показавшийся ему в эту минуту особенно тугим, и набрал номер начальника отдела контрразведки Тринадцатой армии полковника Макария Александрова.
– Полковник Александров!
– Макарий Павлович, только что мне звонил Абакумов, был очень неприятный разговор. Приедет комиссия, будет тщательно разбираться по покушению на командующего… За свое место я не держусь, но и сдаваться тоже не собираюсь. Ты уверен, что мы сделали все, чтобы уберечь генерала? Как так получилось, что ты был не рядом с Ватутиным?
– Николай Алексеевич, в день приезда Ватутина командарм Пухов неожиданно отправил меня в соседней район, где, по данным агентуры, активизировались оуновцы, собиравшиеся напасть на расквартированную в селе воинскую часть. Я должен был проверить, насколько серьезны эти сигналы. На дорогах установили дополнительные КПП, надо было посмотреть, как продвигается работа. На полпути мы остановились, чтобы совершить дозаправку, в это время нас догнал связной из штаба и сообщил, что выезд к КПП откладывается и нужно следовать в расположение штаба Тринадцатой армии. От него я узнал, что Ватутин уже направился в Шестидесятую армию Черняховского… – Выждав паузу, полковник Александров продолжил: – Я вам уже докладывал о сложной обстановке в тылу Тринадцатой армии. Мною была сформирована специальная оперативная группа по наблюдению за обстановкой. Были определены наиболее опасные районы, где была отмечена активная деятельность оуновцев. Этой же группой были выбраны наиболее безопасные маршруты движения, все они проходят вблизи расположения наших частей… Командующий фронтом почему-то выбрал самый опасный маршрут. На всех скоростях мы выехали в штаб, но, к сожалению, не успели. Ватутин попал в засаду и был ранен.
– Работайте, полковник, – устало произнес генерал-майор Осетров и повесил трубку.
В этот же день в район Милятино – Сиянцы, где произошло нападение отряда оуновцев на автоколонну генерала армии Ватутина, выдвинулся пограничный полк, выполнявший обязанности войскового заграждения в пределах второй полосы. А ближе к вечеру для поисков бандеровцев был привлечен полк НКВД по охране тыла. В населенных пунктах усилилась агентурно-разведывательная работа по выявлению бандитов.