Слезы Огня
Шрифт:
— Не вздумай даже лезть куда тебе не надо, — сказал он, — И без тебя разберутся, — и оттащил подальше от противников.
— Ты вызываешь меня, Гуннар, сын Олава? — уточнил Булат, — Если да, то назови причину, чтобы я мог знать.
— Вот моя причина, — кивок в мою сторону и я метнулась за спину Нечая.
— Хорошо, я понял тебя, — Булат подозвал одного из своих людей. Что-то коротко приказал и снова повернулся к северянину.
— Только давай все по-честному, — продолжил он, — Убивать тебя я не собираюсь.
— До первой крови! — подхватили воины, что сгрудились вокруг своих предводителей.
— До первой крови, — подтвердил Гуннар с неохотой.
—
— Тогда они остаются в моем городе, — на губы Гуннара легла довольная улыбка. Видимо, он не сомневался в своей победе. Вождь поспешно добавил, — Я клянусь всеми богами, что пальцем не трону ни девушку, ни старика, ты ведь хотел это услышать, посол? — и глаза сверкнули.
— Договорились! — кивнул Булат. В это же самое время посланный в избу воин вернулся с ножнами и протянул их своему старшему. Булат вытащил огромный меч. Сталь сверкнула на солнце, ослепив Гуннара. Тот потянулся к своему оружию и извлек его на свет. Меч северянина оказался ничуть не меньше, с тонкой вязью, ползущей по лезвию, словно вьюнок по стене.
— Расступитесь! — закричал кто-то и мужчины начали расходится в стороны, оставив Булата и Гуннара в самом центре образовавшегося круга. Обступили их так, что мне почти ничего не было видно. Я закусила губу от обиды и стала протискиваться вперед, намереваясь стать свидетельницей победы или поражения одного из противников. Успокаивало то, что бой будет длится лишь до первой крови… разве знала я тогда, что не имелась ввиду простая царапина, а настоящая рана.
Протиснуться мне удалось. Северяне и люди Булата пропустили меня вперед. Кто-то глянул насмешливо, обозвав рыжей пигалицей, хотя я на это не обижалась. Мужчины и правда, возвышались надо мной, словно скалы. А затем я увидела, как в мою сторону, расталкивая дружинников, пробирается тот самый друг Гуннара и отчего-то мне стало не по себе от взгляда этого мужчины, который словно обвинял меня в том, что должно было произойти. Я рванулась было в сторону, намереваясь пролезть как можно дальше от этого странного мужчины, но меня не пропустили. Воины сомкнули свои ряды и мне пришлось остаться на месте и нас разделяли с тем самым мужчиной только пара человек.
— Не бойся, — сказала я себе, — Что он тебе сделает, когда вокруг столько народа? — но почему-то легче не стало и в безопасности я себя не почувствовала ни на йоту.
А бой между тем начался.
Оба мужчины вышли на середину образовавшегося круга из человеческих тел. Встали друг против друга с оружием в руках. Я постаралась сосредоточится на том, что вот-вот должно было произойти, глядя на Булата и посылая ему мысленно всех богов в помощь, когда мужчины сошлись в поединке.
Раньше я видела драки. Но это были простые мужицкие потасовки и даже пару женских склок с выдиранием волос. Пару раз противники применяли оружие — ножи или вилы и это было некрасиво и неприятно. Бой же настоящих воинов вызвал дрожь по всему моему телу. Я почувствовала жар, поднимающийся в груди и поняла, что в этом поединке есть своя, пусть и смертельная красота. Мужчины двигались резко и одновременно плавно. Сошлись ударившись словно две стены. Мечи запели тонко и зло, плюясь искрами. Два взгляда перекрестились. Один полный спокойствия, второй живой и горящий. Я невольно приложила руку к груди, там, где сердце. Кто-то сбоку несильно толкнул меня, но я даже не повернулась посмотреть кто именно. Все мое внимание было сосредоточено на происходящем бое.
Гуннар был силен. Он чем-то напоминал мне медведя шатуна, вышедшего зимой
Мечи снова тонко запели, когда мужчины скрестили их. Я видела, как Гуннар сделал попытку отбросить Булата, но ему не удалось и тогда он плавно ушел в сторону, намереваясь рубанут с боку. Предугадав его маневр, соперник присел и перекатился в сторону и лезвие пронзило пустоту. Все это было проделано за короткое мгновение, и я не сдержала вскрика, который, впрочем, утонул в реве дружинников, поддерживающих каждый своего предводителя. На какой-то короткий миг мне показалось, что вот сейчас Гуннар достанет Булата и мое сердце сжалось, но тут же отпустило, едва я поняла, что опасность миновала.
— Давай, руби его! — услышала я. Кто крикнул, я так и не поняла, но вскоре подобные фразы летели со всех сторон. Мужчины тем временем совершали свой опасный танец. Булат больше отражал нападки северянина и мне даже показалось, что он опасается ранить вождя слишком сильно. Гуннар же наваливался с холодной яростью, а пару раз мне даже показалось, что он бросает на меня быстрые, едва уловимые взгляды, словно проверяет, не скрылась ли я, пока они дерутся.
Мужчины снова ударились мечами. В этот раз Булат первым ушел в сторону, а затем нанес несколько ударов на попятившегося северянина. Тот зло стиснул зубы, отступая на толпу. Толпа отступила вместе с ним, давая больше места для сражения.
— Ты ее не получишь! — услышала я слова вождя или мне просто показалось так в шуме, царившем вокруг, но переместив взгляд на мрачное лицо Гуннара я поняла, что он действительно произнес эту фразу. Булат только криво улыбнулся и сделал резки выпад. Я успела только моргнуть и едва ли разглядела, как воин выбил из руки вождя его меч. Тот подлетел в воздух и вонзился в землю перед Гуннаром. Северянин быстро протянул руку, но едва пальцы коснулись рукояти, как Булат змеей скользнул мимо Гуннара и плечо вождя окрасила тонкая алая полоса и шум как-то сразу стих.
Булат опустил оружие и шагнул вперед, встал напротив Гуннара, который смотрел на него так зло, что я даже вздрогнула, ощутив ненависть, наполнившую воздух.
— До первой крови, — произнес Булат, и его дружинники заорали так громко, что я улыбнувшись, закрыла ладонями уши. Вид у северянина был такой, что я даже было решила, что поправ все законы гостеприимства и собственное слово он снова набросится на Булата, но я ошиблась. Вождь нашел в себе силы распрямить спину и не обращая внимания на кровь, окрасившую весь его рукав в сплошное алое пятно, сказал:
— Ты победил!
Дружинники Булата зашлись криками. Выскочили, разорвав круг. Кто-то похлопал своего предводителя по плечу, а я отчего-то смотрела только на Гуннара и на его застывшее маской лицо. А затем он резко повернулся ко мне и колючий взгляд пронзил не хуже заточенной стрелы, и я отпрянув, налетела на кого-то, стоявшего за моей спиной. Дернулась, обернулся, но тут подоспел Нечай и схватив меня за руку вытянул из толпы воинов, оттащив в сторону.
— Я надеюсь, что Гуннар сдержит свое слово, — сказал старик, косясь на радующихся воинов. Впрочем, вторая половина их казались мрачными и Гуннар стоял среди своих людей, хмурый и злой, но в нашу с Нечаем сторону больше не смотрел. Зато его друг, тот самый, который был в таверне, глядел на меня как-то подозрительно, и я поспешила отвернутся.