СЛВ - 3
Шрифт:
— А сколько туда идти? — Арчи начал подбирать аргументы для будущих переговоров с гномами.
— В Урзгрим-то? — мне даже не пришлось смотреть на карту, чтобы назвать ему приблизительную цифру. Расстояния от Новониколаевска до всех мало-мальски значимых городов и мест я знал. — Если через Гномий Кряж прыгнуть, напрямки, то примерно тысяча восемьсот.
— Где-то сутки хода, — Арчи задумчиво посмотрел на меня. — Раньше мы на такое три дня тратили.
— И правильно делали, — не повёлся я на его задумчивые взоры. — Хрен с тобой лично, но ты вот о Лариске подумал? Сможет она сутки напролёт градус выдавать? А если встречный ветер, а если сплошная облачность?
—
Я принял управление, и маг галопом поскакал в машинный отсек убалтывать Далина, пока я не влез со своей осторожностью и не испортил ему всю малину. Странное дело для долгоживущего, но очень не любил Арчи ждать и догонять, а ещё устраивать длительные переходы, что в небе, что под ним.
Вернулся он довольно быстро, довольный донельзя.
— Далин считаться затеял, — порадовал меня он, — Антоху с Кирюхой припряг. Достучались до него на завтраке. Да и конец месяца впереди, получка на горизонте. Так что он только за, планирует продать всё лишнее добро оптом в гномьей столице, чтобы место освободить. Одумался.
— Если пойдём ночью, — со вздохом предупредил я его, — то километрах на пяти, понял? Не ниже! И рожу свою красную можешь мне тогда в лицо не совать. Борись с давлением сам.
— А когда это я тебе её совал? — возмутился Арчи, немного поёжившись. — Нормально всё будет!
Но я лишь пожал плечами, мол, хозяин-барин. Про пять километров высоты это я загнул, конечно, хватит и четырёх, но предупредить, сбить наплевательское отношение будет не лишним.
— Тогда вахты по восемь часов, — я прикинул так, чтобы ночью идти выпало на мою очередь. Во-первых, мне не трудно, я страшная сова, в отличие от нашего мага, а во-вторых, так будет просто-напросто спокойнее самому. — Иди, в час дня пересменка.
— Лады, — Арчи хлопнул меня по плечу и вышел.
Я устроился в кресле поудобнее, проверил всё ещё на раз, и стал пристраиваться к начавшему набирать скорость «Ногарунгу». Я пошёл за ним на двух километрах дистанции и на километре правого пеленга, сильно не приближаясь, но и не давая убежать. Гномский флагман по своему почину взял ещё метров пятьсот превышения, а дирижабли охраны и связи спустились сильно ниже, выстроившись треугольником, два впереди и один сзади.
«Ногарунг» не стал держаться реки, без предупреждения резво дунув в сторону от неё, и я, мельком взглянув на компас, даже без привязки к карте сразу понял, что пошли мы напрямки в Урзгрим, столицу гномов. Так что пока все мои худшие опасения сбывались — на этом курсе попутных аэродромов не будет. И решение принимать надо сейчас — идти за гномами или самостоятельно рвануть вдоль русла, и пусть тогда это самое решение принимают они. С Арчи и Далином мы договорились, конечно, но никого из них в рубке, чтобы повлиять на мой выбор, сейчас не было.
Я в сомнениях прислушался к экипажу, но каждый из них был занят делом. Далин с Антохой и Кирюхой что-то подсчитывали и перекладывали, снабжали бирками и взвешивали, записывали и оценивали, только шум стоял. Арчи же в своей каюте разложил нашу тетрадь на столе и теперь, попивая чаёк, спокойно делился с будущими читателями рецептами давно минувших дней. Лариска крепко спала, наконец-то успокоившись и избавившись стараниями Кирюхи от кошмаров, всё у нас было на мази.
Потом я прислушался к себе, с усилием попытавшись разобраться, есть у меня дурные предчувствия или нет, но не разобрался. А значит, предчувствий не было точно.
Тогда я обозлился на себя, на свой извечный предстартовый мандраж, ведь я знал, что стоит
Я успокоился, заслонил бьющее прямо в лицо слева по борту солнышко передвижной шторкой и попросил у Кирюхи чаю. Потом мстительно напомнил возмутившемуся в переговорную трубу Далину, что главная должностная обязанность трюмного — это поддерживать уют на корабле, а вот всё остальное — помощь на сугубо добровольных началах, и не следует делать из маленького в каждую дырку затычкой.
Потом без тени сомнений протянул руку влево, к придвинутому к моему креслу граммофону, и щёлкнул тумблером включения. Попросил принёсшего чай Кирюху поставить на него пластинку Древних, да-да, ту самую, что вчера играла, со странной надписью «Блуес тхе бест», и сделал звук потише.
Из раструба раздалось чуть заметное шипение, потом полилась мягкая странная музыка, и неведомая девушка, исчезнувшая вместе со своим миром много веков назад, запела что-то очень красивое на непонятном мне языке.
— Здорово! — оценил песню задержавшийся из любопытства в рубке Кирюха. Он залез на торпеду, на то самое место, где я раньше устраивал ему гнездо из своей кепки, и на помощь Далину не торопился. Трюмный довольно щурился на солнышке, откинувшись на лобовое стекло, и ему было очень хорошо.
— А то! — подтвердил я, сделав первый глоток чаю. — Это тебе не наши народные, блатные-хороводные. Это школа! Слышишь, голос какой? А инструменты?
— Да не! — возразил тот. — Я вообще! Здорово тут, у тебя! Небо, облака, корабль, музыка! Чай с жимолостью! Жизнь такая — самая лучшая!
— А то! — снова сказал я, согласившись с Кирюхой во всём. — А то!
Глава 16, в которой герои вникают в вопросы дирижаблестроения
Меня разбудили часов в десять утра, дав немного отоспаться после ночной вахты. Арчи просто сдёрнул шторки с иллюминатора, впустив в каюту солнечный свет, несколько раз тряхнул меня за плечо и милосердно ушёл, не став будить окончательно. Я немного просто полежал, приходя в себя, потом потянулся, постаравшись не упереться ногами и головой в переборки, а потом рывком сел. И, хотя на мне сегодня висел только разговор с гномами, следовало поспешить с подъёмом, Далину обязательно нужна будет помощь.
Прозвучали чьи-то незнакомые голоса в коридоре, глухо хлопнула дверь, «Ласточка» мягко тронулась куда-то по автомобильному и я подорвался уже всерьёз, даже не думая разлёживаться. Бросив мельком взгляд в иллюминатор, я сразу узнал аэропорт Урзгрима, по торчащей сильно вдали вычурной диспетчерской башне, но вот конкретно это место, где мы сейчас шли, было мне незнакомо. Стройные ряды каких-то ангаров в гномском стиле, мастерские и склады, здания и открытые площадки — да нас, по-моему, занесло в ту часть аэропорта, что вплотную прислонилась к дирижаблестроительным верфям, и куда, я точно знал, бородатые соплеменники нашего механика старались чужих не пускать ни под каким соусом.