Смерти вопреки
Шрифт:
Девушку допрашивали. Именно допрашивали!
О чем? Сейчас угадать это было нелегко, но Артем подумал, что скорее всего о том же, о чем и он спрашивал ее ночью по телефону. А ведь Маша очень хотела приехать к нему на море, а он не пригласил ее. Если бы он только мог знать!.. Если бы он только мог знать, чем это для нее кончится, то увез бы ее куда угодно. Бросил бы все и отправился с ней на край света, хоть в дикие джунгли.
Ну и пусть она была восторженной надоедой, – что из того? Надоедала-то она ему, никого больше не трогала. Он этим зверям покажет! Он отомстит
И все-таки как же на нее вышли? Скорее всего после его звонка. Они узнали, что он позвонил, и убили ее, – вернее, безжалостно, зверски растерзали.
Возможно, из-за имени, которое его вчера так заинтересовало. Что ж, он узнает это имя, пусть даже ему придется разнести на куски весь медицинский центр, где работала девушка.
Перед тем как выйти из комнаты, Артем скрепя сердце бросил на девушку прощальный взгляд. И тут он увидел ключи. Связка ключей с медной бляшкой лежала возле правой руки мертвой Маши. Это была его связка, та самая, которая оставалась в его офисе. На бляшке было его, Артема, имя. На ней наверняка имелись и его отпечатки пальцев.
Артем был заранее уверен, что ничьих других отпечатков на брелоке не окажется. Теперь многое для него начало проясняться. Возможно, разгром в офисе устроили именно для того, чтобы найти эту связку?
Или, устраивая разгром, те, кто этим занимался, случайно наткнулись на ключи и решили воспользоваться ими? Если так, то убийство может быть и не связано с медицинским центром – просто случайное совпадение при попытке поглубже его утопить. В этом случае нечто подобное готовится и для Александра. Если это ловушка, то скорее всего сейчас сюда несется целая орда милиции или фээсбэшников, которые разорвут его на куски без суда и следствия. На всякий случай нужно поскорее уносить ноги.
Артем сам удивлялся тому, насколько ясно работает у него голова. Он словно бы сумел отдалиться от того, что здесь произошло, стать сторонним наблюдателем, отложив составление планов мести на потом, когда он окажется в относительной безопасности.
Но перед тем как уйти, Артем осторожно взял ключи, стараясь при этом не измазаться в крови, вытащил из кармана носовой платок и аккуратно завернул в него связку. Проверив, не выступила ли на платке кровь. Артем сунул ключи в карман.
Теперь ему оставалось только надеяться на то, что это был единственный в окровавленной комнате предмет, указывавший на него. Можно было уходить, но едва Артем собрался это сделать, как вдруг кто-то за его спиной присвистнул и сказал:
– Ни фига себе!
– Я же просил тебя не заходить сюда, – не оглядываясь, сказал Артем.
– Не бойся, я никому не скажу, – отозвался за его спиной Мамаев.
– Чего не скажешь?
– Что ты ее замочил!
– Ты что?
– Я же вижу! Замочил, так и скажи. Я ведь свой.
– Да ты что? – Артем повернулся и неожиданно схватил Мамаева за горло. – Ты что, и вправду думаешь, что это я ее прикончил?
– Ничего я не думаю, – прохрипел Мамаев, – смотри сам. Ты заходишь в квартиру, и тебя нету. А потом я иду следом и вижу тебя, а рядом с тобой женщина в луже крови.
– Да я тебя сейчас и вправду удавлю! – зашипел Артем. – Будешь рядом с ней лежать Падаль, вот ты кто!
Лицо Рахмета посинело.
– Смотри! – захрипел вдруг он. – Смотри, у тебя руки в крови!
Артем отбросил его к стене так сильно, что Мамаев чуть не упал, и принялся внимательно рассматривать обе свои ладони. Крови нигде не было видно.
– Ты что? – он удивленно досмотрел на Рахмета. – Где кровь?
Тот угрюмо стоял у стены и потирал горло, а потом вдруг посмотрел на Артема и сказал:
– Теперь верю, что это не ты ее прикончил.
– Почему? – вскинул брови Артем.
Рахмет закашлялся и ответил:
– Потому что если бы ты ее убил, то при этих словах ты и меня придушил бы тоже. А раз ты меня отпустил, значит, не ты.
Рахмет поднял голову, словно гордясь тем, что вывел такое сложное умозаключение.
И в этот момент со стороны улицы донесся вой милицейской сирены. Артем не ошибся: против него проводилась тщательно спланированная операция. Следовало срочно уходить.
Они успели разминуться с милицией. Никто их не видел. Вскоре они уже ехали в троллейбусе и оба боялись хоть слово сказать друг другу.
Рахмет Мамаев настаивал на том, что им срочно нужно мчаться в аэропорт, пока никто не бросился искать именно их, но Артем оставался непоколебим. Ему обязательно нужно было попасть в медицинский центр. Он удивлялся собственному самообладанию: голова работала четко, руки не дрожал.
– К черту! – кричал Рахмет.
– Больше никаких неприятностей не будет! – твердо говорил Прищепов. – Я только загляну на минутку в регистратуру, и все. Возьму одну справку.
– Эта девушка работала в медицинском центре? – спросил наконец Мамаев.
– Да. И я не стану скрывать – мне кажется, что ее убили из-за меня.
– Ну хорошо, – сдался наконец Рахмет, – не зря же мы рисковали.
Однако все получилось далеко не так тихо и мирно, как им хотелось бы. Сначала все и вправду шло в соответствии с расчетами Артема.
Когда он сунул голову в окошко регистратуры и попросил карточку, молоденькая девушка в белом халатике очень доброжелательно ему улыбнулась и спросила, как его фамилия. Артему оставалось только назваться – Александр Бондарович. Девушка кивнула и принялась рыться в своих карточках, которых было множество.
– Вам бы компьютер, – посочувствовал ей Артем, – так ведь с ума сойти можно.
– Обещали, – отмахнулась девушка, – да что толку.
Внезапно лицо ее изменилось. В руках она держала какую-то бумажку.
– Извините, – сказала она и опять улыбнулась, но на этот раз совершенно по-другому, натянуто и официально, – вам нужно пройти в кабинет к директору. Ваша карточка у него.
– У него? – переспросил Артем, предчувствуя недоброе. – Но почему?
– Не знаю, – покачала головой девушка, – вам нужно пройти к директору. Он вам все объяснит. Наверное, вам опять нужно пройти медкомиссию. Вы давно были у нас последний раз?