Сны мага

Алексеева Яна

А они не умели.

Наследники дворцов, придворных званий, первые и вторые дети высших гильдий, желающие стать магами и присягнувшие крупным кесэт, вообще-то представляли собой жалкое зрелище. Красивые точеные личики залиты соплями, слезами и кровью, алые и золотые мантии продраны кое у кого до самого тела, длинные волосы, заплетенные в косы, неприлично растрепаны, порезы и рваные раны покрывают руки и ноги самых неудачливых.

— Ну, что же, подлости вам не занимать, юные господа. — Тихо и поучающе заметил маг. — Но! В планировании и импровизации вы слабы. Кто бы из вас не выпустил масала из загонов, не знал, как их загнать обратно. Даже при условии, если они меня задерут. Что бы вы делали дальше, не будь

между вами и ими, — маг многозначительно поиграл рукой, лаская своего водяного змея, — этого низкорожденного неумехи с одной единственной и даже не огненной стихией?

— Импровизировали бы, — пробормотал мелкий мальчишка, прижатый к стене телами соучеников, сверкнув золотыми глазами.

— Хм, ты бы импровизировал? Пожалуй что да, ты бы смог, — покивал маг воды, — а остальных бы сожрали, пока они иллюзиями наслаждаются. Так что продолжим, пожалуй, — водяная плеть взвилась в воздух, рассыпаясь мелкой серебристой пылью, — тренировать бег.

Пыль, повисшая в воздухе, собралась в сотни маленьких острых иголочек, и они, повинуясь резкому взмаху мага, рванулись вперед. И под возмущенные и болезненные вопли впились в выставленные для защиты руки. Маг рявкнул:

— Побежали, живо!

И снова стеганул учеников льдом. Молодые будущие маги, похватав подолы длинных дорогих мантий, рванулись вдоль стены.

— И попробуйте собственного лекарства! — от удара кнута о камни искрящие позади водяного мага джумат рассыпались осколками, и масала, затихшие было у башни, зарычали на разные голоса и рванули вперед. Обманчиво неуклюжие тела резко набрали скорость и реальность вокруг них вздрогнула, искажаясь.

Кто-то из молодых магов истерички взвизгнул:

— Вы за это заплатите!

Старший маг, просто отступивший с дороги искажения, поднимающего в воздух пыль, грязь и мелкие камни, только хмыкнул:

— Побежали, побежали! Это полезное умение! Дышать в такт не забываем, силу распределяем, под ноги смотрим, раз-раз!

Реальность. Страна Рё. Провинция Пашир. Побережье.

Бежать Кехан мог долго. Главным всегда было выбрать правильное направление. Вот сейчас, неспешно петляя по узкой тропе, изгибающейся между обрывистых скал за трусящими по крошащимся желто-оранжевым камням караванными лошадками, он немного сомневался, что в конце этого пути будет что-то. Хотя были клятвы и обещания. Были надежды и чаяния. Было, в конце концов, так и не отброшенное желание и решение жить, не смотря ни на что — ни на пустой очаг, ни на холод, подбирающийся к разуму, ни на стремительно рушащиеся жизни вокруг.

Скалистое побережье, в которое упирались плодородные земли провинции Судут, не имело городов и хоть сколько-то известных портов и заливов. В старые карты, что нашел Харит перед тем, как Джихан Беру разделились, и в то, что в глубине режущего воздух словно ножами скального лабиринта есть секретные бухты и тайные поселения, Кехан не очень верил. Вот до того, как две сотни сезонов назад катакан Пулау прокатился по побережью, испаряя волны, изрыгая огонь и плавя камни, были здесь густые леса и заливы, плети кауи, мангровые заросли, разливные луга и урожайные поля, рыбаки ходили в море и всегда возвращались с сытным уловом, а золотоглазые болотники славились как воины и маги, берегущие покой этой окраины страны Рё от пиратов и горных разбойников. Но потом пришла кесэт Саитэ, а за ней — катакан. И все закончилось.

И все следующие годы в этот кусочек мира тогда еще маг старательно не вглядывался. Не осталось тут ничего и никого, о чем стоило вспоминать.

Но сейчас Кехан, отгоняя льдистый туман, поднимающийся из покрытого пеплом очага вместе с разрушающими кирпичные стены Замка воспоминаниями, бежал по узкой тропе, замыкая путь как настоящий пенжива бэкалан.

Кеду Демри, ставший формальным главой отряда после того,

как они чуть ли не насильно посадили ютаму и его семейство на корабль вместе с половиной людей Джихан Беру, вел отряд по старым картам, которые обещали выход в потайную бухту. А заказчик, хитрый узколицый джэлапэ-полукровка горских кровей, из рода тех, что когда-то так весело и громко гоняли золотоглазые, вел своих людей и свою семью к кораблю, который, по его словам, прятался в уютной укромной глубоководной гавани. Полукровка был, как ни странно, главой маленького благородного дома и одновременно промышлял контрабандой в предгорьях, вдоль побережья, на островах, не принадлежащих Юй, и в столице провинции появлялся не часто. Что его и его родичей, предпочитавших тихую резиденцию за пределами стен Золотого круга и спасло.

Всего день назад Кехан видел, как бело-желтые стены города, куда двигался отряд Джихан Беру в надежде получить обещанный заказ, вспучились, взлетая в воздух, и с грохотом рухнули вниз, погребая под собой жителей. Дворцы и поместья, скромные убежища прислуги, добротные особняки купечества, казармы, трущобы — все на пару мгновений поднялось вместе с взбрыкнувшей взбесившейся землей и исчезло за пыльным столбом, взвившимся в небо, в один миг. А наемникам Джихан Беру повезло не попасть под первый удар магии и камнепад, просто потому что пара новичков из крестьян, не успевших привыкнуть к долгим переходам, тяжелым тренировкам и ночным бдениям, не смогли встать с твердой, но такой удобной земли у ограды дешевой таверны, не смотря на грозные окрики кеду.

Клиента они подхватили, буквально убегая от каменного вала, обманчиво медленно катящегося от центра бывшего города и хлещущей, словно плетьми с небес, во все стороны магии. Кучерявый тощий горец-полукровка перекричал грохот, перехватив поводья последнего оставшегося кёду сайтан Джихан Беру, сходящего с ума от шума и почти зримой силы, изливающейся из клубка силы, магии, жизни и смерти, свившегося на месте катастрофы. Кехан, понимая, что еще чуть-чуть и на них обрушится катакан, проклиная местную кесэт, едва удерживал тварь с Демри в седле, рыкая в ответ на истерические свисты и выкручивая ушные гребни, пока горский райя убеждал, обещал, грозил и клялся. Он согласно кивнул на предложение, поймав взгляд Демри, потому что паника затапливала окрестности, и взбаламученная сила закручивалась в бурю, собирая темные тучи. Потому что это так походило на разрушения и смерти двести сезонов назад, потому что тогда он не смог никого спасти…

Под ногами что-то рокотало, плясали поросшие короткой травой холмы, и дети, дети этого высокородного потомка падальщиков, сожравших золотое прошлое, возможно, были еще живы.

Дети, не воры, не шпионы, не убийцы.

Дети.

И наемники по единственному взмаху руки Демри, похватав вещи, бросились следом за паникующим мужчиной в пестрой расшитой золотом камизе в сторону от разрушенного города, к еще целому распадку, прикрытому зеленым вьюном и шипастым кустарником.

И с того момента они бежали.

Потому что на выживших устроили охоту те, кто породил гибельное землетрясение, ставшее смертью целого города. Не эхли медани, исходящие зеленым ядовитым туманом, а маги кесэт, чья башня осталась стоять гордо посреди поля, засеянного камнями и телами.

И за отрядом, уходящим все глубже и глубже в лабиринт желто-оранжевых осыпающихся золотым песком скал, отрядом, отбившимся без потерь от разведчиков, желавших поживиться человечиной, шли несколько настоящих охотников кесэт Бута [36] . Они хотели сожрать последних свидетелей своей удачи.

36

Кесэт Бута — гильдия магов — охотников-экспериментаторов, стихии земли.