Собор
Шрифт:
– Вы можете помочь нам?
– Да, конечно, дочь моя. Не волнуйтесь. Пейте чай.
– Нет, я имею в виду, можете ли вы помочь нам… уйти отсюда?
Священник кивнул головой:
– Я понял. Да, если вы захотите, то я помогу вам. Это намного проще, чем вы думаете.
Флинн явно стал беспокоиться.
– Святой отец, спешите спасти души своих прихожан. А мне нужно лишь немного поспать. И… благодарю вас за все, что вы для нас сделали.
– Рад, что смог вам помочь.
– А может быть, вы окажете нам еще одну услугу? Я дам вам телефонный номер. Человеку, который подойдет к телефону, скажите,
– Я позвоню из соседнего селения. Только там есть неиспорченный телефон.
Флинн еле заметно улыбнулся:
– Если я показался вам чересчур резким, то…
– О, не тревожьтесь об этом, – успокоил его священник и, еще раз повторив номер телефона, который ему дал Брайен, попрощался и исчез в узком темном проходе.
Флинн несколько секунд смотрел ему вслед, затем повернулся, взял со стола бутылку виски и немного налил в чашку для Морин. Девушка раздраженно мотнула головой:
– Нет, Брайен, не надо. Я же приняла пенициллин.
Флинн нежно посмотрел на нее:
– Вижу, тебе не стало лучше, да?
– Боюсь, что так.
Он понимающе кивнул головой.
– Давай теперь посмотрим твою рану! – предложил он.
Морин встала, медленно сняла через голову еще влажный свитер и положила его на скамью. Флинн видел, что она испытывает сильные страдания, расстегивая и снимая окровавленный лифчик, но не предложил помощь. Вместо этого он взял со стола свечу и внимательно рассмотрел то, что причиняло ей столько мучений, – широкая глубокая рана протянулась по всей правой груди и доходила до подмышки. Пройди пуля всего на дюйм влево, и она бы погибла.
– Задело лишь слегка, – заметил Флинн.
– Знаю сама.
– Самое поганое, что мы не можем обратиться к врачу.
Раздеваясь, Морин сделала несколько резких движений, от которых рана снова открылась, и Флинн увидел, что из нее опять сочится густая темная кровь.
– Потерпи, будет немного больно, – предупредил он. Флинн осторожно перевязал рану, поддерживая ее руку, которую самой ей держать поднятой долгое время было трудно. – А теперь ложись и хорошенько укутайся в одеяло.
Морин послушно легла, но согреться не могла: ее по-прежнему знобило, одеяло и одежда были противно мокрыми. Вся правая сторона горела от непрерывной ноющей боли, к горлу подступала тошнота, от чего она испытывала мучительную жажду.
– Мы живем, как звери, зализывая свои раны, забывая свою человеческую природу… забывая веру в…
– Бога? Ты что, веришь в эти церковные бредни, Морин? Ну, тогда присоединяйся к англиканской церкви – у тебя будет свой Бог, ты станешь почтенной дамой и сможешь сидеть за чаем с болтливыми леди, обсуждая последние зверства ИРА.
Она закрыла глаза, по ее щекам потекли горькие слезы…
Заметив, что девушка уснула, Флинн взял чашку, налил виски, залпом выпил и принялся мерить шагами подземную камеру. Он снова пристально изучил стены и выжженные на них знаки. Сколько им лет? Что заставило друидов и христиан считать это место священным? Какой дух жил здесь, в самом центре земли? Взяв в руки свечу, Брайен поднес ее к деревянному сундуку и внимательно рассмотрел его. Затем дотронулся до деревянной крышки и открыл ее. Внутри лежали обломки
Флинн взял его и осторожно надел на безымянный палец. Кольцо хоть и было большим, но пришлось впору. Сжав руку, он поднес ее поближе к свече и стал внимательно изучать кольцо. Оно было сделано в форме креста с овальным отверстием в середине, сквозь тусклую матовую поверхность он разобрал кельтские надписи вокруг грубо вычерченного бородатого лика.
Потерев пальцами поверхность кольца, ему удалось снять немного налета. На него смотрело лицо с резкими чертами, похожее на детское, но с тяжелым, мрачным взглядом. Вдруг у Брайена закружилась голова, и он ощутил, как слабеют ноги. Тело его согнулось, и он с глухим стуком упал на пол. И потерял сознание.
Глава 4
Флинн открыл глаза и увидел знакомое лицо, склоненное над ним.
– Уже полдень, – сказал отец Доннелли. – Я принес вам поесть.
Взглянув на священника, Флинн заметил, что тот внимательно рассматривает кольцо на его пальце. Поднявшись на ноги, Брайен огляделся вокруг. Морин сидела за столом в новом свитере и ела из большой чашки, от которой шел аппетитный запах. Флинн подошел и сел напротив нее.
– Ну как, тебе лучше?
– Намного.
Отец Доннелли приблизился к ним.
– Не будете против, если я присоединюсь к вам?
– Это ваша пища и ваш стол, – заметил Флинн. Священник улыбнулся:
– В одиночестве никогда не получаешь удовольствия от еды.
Флинн взял со стола ложку.
– Почему вам не присылают в помощь… монаха или кого-нибудь еще? – спросил он, зачерпывая полную ложку тушеного мяса.
– Здесь есть один человек, который присматривает за хозяйством, но сейчас он в отъезде. – Отец Доннелли наклонился, бросив взгляд на кольцо на руке Флинна. – Я вижу, вы нашли сокровища Уайтхорнского аббатства.
Флинн не ответил сразу, будучи не в силах оторваться от еды.
– Извините. Невозможно противостоять такому искушению, – сказал он наконец.
– Ничего.
Морин подняла глаза на мужчин:
– Не могли бы вы объяснить, о чем идет речь?
Флинн снял с пальца кольцо, передал его девушке и показал на открытый сундук. Морин долго рассматривала древнее кольцо, затем протянула его отцу Доннелли.
– Необычное кольцо, – сказала она. Тот повертел его в руках и заметил:
– Оно необычайно большое, по меньше мере.
Флинн взял со стола бутылку и налил себе виски в стакан.
– Откуда оно появилось здесь? – спросил он священника.
Отец Доннелли покачал головой:
– Последний аббат говорил, что оно всегда было здесь вместе с другими вещами, в этом сундуке. Возможно, его нашли, когда строили один из храмов, скорее всего, в этом подземелье… или под ним.
Флинн задумчиво глядел на кольцо в руке прелата.
– Еще в дохристианскую эпоху?
– Да. В языческие времена. Если хотите романтическую историю, то можно сказать, что оно принадлежало королю-завоевателю. Более точно, какому-то фению. Это, несомненно, мужское кольцо, причем довольно могучего мужчины.