Собор
Шрифт:
Прошла долгая минута. Шрёдер вложил пистолет в кобуру, огляделся по сторонам и направился к боковому коридору. Он прошел мимо суровых спецназовцев, прижавшихся к стенкам с автоматами наготове, нашел туалет, вошел, и его тут же вырвало.
Глава 53
Патрик Бурк одиноко стоял посреди небольшой комнаты, расположенной рядом с конференц-залом. Он разгладил руками бронекуртку, надетую поверх свитера, вдел в кармашек зеленую гвоздику и направился к выходу.
Дверь внезапно распахнулась – прямо перед Бурком
– Привет, Бурк! Это что же, в Нью-Йорке теперь все носят такие цветочки? – насмешливо спросил он. Резко обернувшись, Мартин обратился к кому-то, и к ним подошли двое полицейских, а между ними неизвестный человек в гражданской одежде. Мартин улыбнулся. – Позвольте представить вам Гордона Стиллвея, члена Американского института архитекторов. Мистер Стиллвей, это Патрик Бурк, всемирно известный детектив.
Высокий, подтянутый пожилой человек вошел в комнату и в замешательстве огляделся вокруг, правда, сохраняя при этом чувство собственного достоинства. В левой руке он держал портфель, из которого торчали четыре чертежа, свернутых в трубки, и другие бумаги.
Бурк отпустил полицейских и повернулся к Мартину.
– Поздно его привели, – заметил он с огорчением.
– Разве? – Мартин посмотрел на часы. – В твоем распоряжении еще целых пятнадцать минут, чтобы развлекать Беллини. Время, как ты знаешь, – понятие относительное. Если ты поглощаешь устрицы в ресторанчике «Залив Голуэй», то пятнадцать минут мчатся стремительно, ну а если ты висишь, подвешенный за левое яйцо, то время тянется бесконечно долго. – Мартин весело рассмеялся собственной шутке. – Беллини как раз так и висит. Ты обрежешь веревку, и он плюхнется вниз, но потом, после разговора с мистером Стиллвеем, подвесь его снова. – Мартин прошел в глубь маленькой комнаты и вплотную приблизился к Бурку. – Мистер Стиллвей был похищен из своей квартиры неизвестными, которые держали его на заброшенном чердаке недалеко отсюда. Получив анонимку, я послал туда двух детективов из седьмого участка, и вот вам, пожалуйста, мистер Стиллвей собственной персоной. Мистер Стиллвей, не присядете ли?
Стиллвей остался стоять, беспокойно переводя взгляд с Бурка на Мартина и обратно. Наконец он с трудом выдавил:
– Какая ужасная трагедия… Но я не очень понимаю… чего, собственно, ждут от меня…
Мартин не дал ему договорить:
– Вы, сэр, просветите полицию, как лучше проникнуть внутрь собора и захватить злодеев врасплох.
Стиллвей непонимающе посмотрел на него:
– О чем вы говорите? Вы имеете в виду, что они собираются штурмовать собор? Я не желаю участвовать в этом деле.
Мартин положил руку ему на плечо и пояснил:
– Боюсь, вы прибыли несколько поздновато, сэр. Возможностей вести дальнейшие переговоры больше нет. Так что либо вы поможете полиции, либо полицейские прорвутся через двери и окна, что повлечет за собой множество бессмысленных смертей и разрушение храма, а в конце концов террористы подожгут и взорвут собор, а может, наоборот – сначала взорвут, а потом подожгут.
В глазах Стиллвея промелькнул ужас. Мартин подвел его к стулу и подозвал Бурка.
– Тебе лучше поспешить, –
– Почему ты тянул до последнего?
Мартин отступил назад и ответил:
– Извини, но я ждал, когда капитан Шрёдер передаст Флинну планы штурма, что он и делает как раз в данную минуту.
Бурк кивнул и подумал, что план штурма, разработанный Беллини, должен быть аннулирован во что бы то ни стало. Новый план, разработанный на основе информации Стиллвея, если только у него таковая имеется, нужно осуществить как можно ближе к сроку 6.03, что, видимо, помешает боевикам произвести взрыв. Мартин доставил Стиллвея, а потому должен заслужить благосклонность от Вашингтона. Бурк взглянул на Мартина и произнес:
– Майор, мне хотелось бы первым поблагодарить за помощь в этом деле.
Мартин, улыбнувшись, ответил:
– Вижу, ты обретаешь боевое настроение. А всю ночь был таким угрюмым. Но, Бурк, если будешь и дальше работать в одной упряжке со мной, то из этого кошмара выйдешь достойно – обещаю тебе твердо.
Бурк обратился к Стиллвею:
– Скажите, существуют ли в соборе потайные ходы, которые могли бы дать полиции явное тактическое преимущество?
Стиллвей сидел на стуле не шевелясь и прокручивал в памяти события этих суток, которые так хорошо начались с праздника в солнечный день, продолжились его собственным похищением и освобождением и заканчиваются пребыванием в какой-то секретной комнате в компании с двумя явно психически ненормальными людьми.
– Я не понимаю, что вы имеете в виду, говоря о явном тактическом преимуществе, – раздраженно ответил он. – Я ведь всего-навсего архитектор.
Мартин снова посмотрел на часы.
– Ладно, свое дело я сделал… – Он открыл дверь. – Поторопитесь. А ты, Бурк, обещал Беллини, что будешь рядом с ним, а обещание – это святое. Ах да, попозже – если только уцелеешь – ты узнаешь по крайней мере одну большую тайну, которых множество в этом соборе. – С этими словами Мартин вышел из комнаты и закрыл за собой дверь.
Стиллвей с опаской поглядел на Бурка:
– Кто он такой? И кто вы?
– А вы кто? Гордон Стиллвей или очередная шуточка майора Мартина?
Стиллвей ничего не ответил.
Бурк вытащил из портфеля свернутые чертежи, развернул их и начал пристально рассматривать. Через пару секунд он бросил листы на стол и взглянул на часы.
– Пойдемте со мной, мистер Стиллвей, и мы увидим, стоит ли из-за вас задерживаться со штурмом.
Шрёдер быстрыми шагами вошел в конференц-зал и направился к телефону.
– Это Шрёдер! – сказал он оператору. – Соедините меня с Клайном!
В трубке послышался спокойный голос мэра:
– Слушаю, капитан, ну как, удачно?
Шрёдер обвел взглядом опустевшую комнату. Ручные пулеметы и бронекуртки исчезли, в углу валялись пустые коробки из-под патронов и гранат. На грифельной доске была выведена странная надпись:
«Общий счет:
Христиане и евреи…
Нехристи и атеисты…»
– Ну как, все нормально? – нетерпеливо спросил Клайн.