Солар
Шрифт:
Ноги, обмотанные тряпицами, сто и три одеяния, горящие синевой глаза, застилающий сизый дым, идущий из глаз, закрывающий пол лица, все это делало идущих сюрреалистичными в данной плоскости реальности.
Девять тел скользили над поверхностью трав тенью. В закатном мареве они не просматривались прямым взглядом, но боковое зрение выловило их без помех. Наблюдатель, если бы он был, заметил и усталые, разгоряченные быстрым бегом тела, затрудненное дыхание, и тяжелый запах пота. Но самым сильным от увиденного были глаза бегущих. Марево синевы отходило от глаз создавая дорожку света висящую недолгое
Они не останавливались чтобы поесть, не располагались на ночлег, не оправляли надобности, они постоянно бежали. И если бы наблюдатель присмотрелся к Идущим, то он заметил некоторую не состыковку в их облике, особенно это было заметно, когда они выходили на местность без травы. Или выныривали из сухих логов. На гребне холмов можно было заметить то, что поражало воображение. У всех идущих было не две ноги, как принято, а восемь. И это были не человеческие ноги, а длинные хитиновые членистоногие пауков. Незаметные в высокой траве, они были пугающими на открытой местности.
Сюрреализма добавлял тянущийся след от их глаз. И только когда, привыкнув к их необычному облику, наблюдатель обратил бы их внимание на одежду, состоящую из множества лоскутков, он бы заметил несуразицу в их облике. Ожившие кошмары арахнофобов, они были страшны в своем воплощении еще и тем, что ноги росли сообразно расположению их у реальных пауков. Заплечные мешки, принимаемые вначале за горб, были расшиты сложным кроваво-красным узором с вплетенной золотой нитью. Их след быстро затягивался поднимающейся травой. Миг, и идущие пропали.
17.2
Эти горы были как вырванные зубы, гниющие и полуразрушенные они вальяжно развалились позади наших спин. Небольшой городок лежал на нашем пути. Книга решила, что тут я смогу отдохнуть перед решающим переходом в Лукоморье.
– Ушуай, город лежащий на Огненной Земле.
– показал рукой на город Хакр.
– Посмотри, друг. Он ждет нас.
– Мне за счастье будет выйти в интернет, посмотреть последние новости и посмотреть, что вообще в мире происходит.
– Улыбнулся я.
– А что там может быть?
– Рассмеялся Хакр.
– Все то же самое, делят власть, развращают детей и убивают невинных. Не удивлюсь, если за эти месяцы нашего путешествия, твои властители развязали новую мясорубку для обновления душ на Митгарде. Самое странное будет, если они начнут заботиться о своих народах.
– Ты не слышал наверное про трансплантацию тканей.
– Усмехнулся я.
– Эти козлы ведут себя как волки, если у них появляется возможность заработать 300% прибыли. Но все же надо посмотреть новости.
– И почему я не удивлен! Люди никогда не успокоятся, наверное, поэтому Бги вам выделили такой маленький срок для жизни.
– Но, заметь, мы стараемся все успеть в этой жизни.
– Поправил я друга.
– А то, что не успеваете, завещаете выполнить вашим детям!
– засмеялся Хакр.
– Друг, если бы все существа Митгарда были такими плодовитыми на свершения в жизни, то она не казалась бы такой скучной!
– И я про то же! С нами не соскучишься! Вот ты мне скажи, деревяшка ты моя,
– Ну как тебе сказать.
– Задумчиво ответил Хакр.
– Если смотреть с позиции силы - мне все равно. А так - скучаю уже.
– Мне тоже сняться голоса моих деток, да и жены. И пусть она -чертова паучиха, но ведь как-то жили до сих пор... Думаю и дальше проживем.
– Сережа, ты должен понять, жизнь она такая странная, местами непонятная, но она все поставит на свои места.
– Произнесла, молчавшая до этого, Лель.
– Тебя надо было с Бабушкой познакомить. Жаль, что не зашли к ней.
– Это в пещеру ту?
– Уточнил я.
– К паукам? Ну? Rогда мы драконов поднимали...
– Именно.
– Кивнула Лель головой.
– Были так рядом, и не зашли, она обиделась, наверное.
– Меня больше беспокоит тот росток, что мы оставили в Беринговом проливе, на острове.
– Да, мальчугану не сладко придется, но я надеюсь он справиться.
– Кивнул Хакр.
– Он сильный, сдюжит.
Окинув взглядом лежащие скалы, ручьи, что бежали по склонам гор, и тоненькие ростки жизни на гладких телах умерших Бывших, и потянул друзей на те несколько улиц, что спрятались в складках холмов, прямо на побережье Южного моря.
– Есть, спать, и телек смотреть!
– И не сопротивляться!!!!- Хохоча, потащил я друзей.
– И это все удовольствия, что может предоставить ваша цивилизация?
– сопротивлялась Лель.
– Ты должна увидеть магазины готовой одежды. И пусть тут не Нью-Йорк, и не Париж, но думаю тебе понравиться!
– Ответил я ей.
– А еще кинотеатр и театры.
– Сереж, а мы тут надолго?
– Спросил Хакр.
– Нет, мой друг. Нам предстоит последний рывок. Так что набираемся сил и вперед. Тем более, что нас там кажется, заждались.
Нам повезло быстро найти хостел с отдельной комнатой, согласен, это низко для подобных существ. Но в незнакомом городе без инета просто невозможно найти нормальную гостиницу. Проблем с деньгами не возникло - доллары до сих пор универсальная расчетная единица, их правда принимали без благоговения, но вполне так с радостью. В Ушуай похожий климат с Москвой, с одним различаем - это наличие под окнами моря. Оно и задает весь тон здешнего климата. Мне, например, тут понравилось. И позагорать можно - мы пришли как раз поздней "бабьей" осенью. Последние деньки солнца и жары. Даже искупаться можно в накатывающихся на берег волнах, чем воспользовались мои спутники. Лель как всегда приковала к себе все взгляды мужского населения. Трудно быть богиней, и не привлекать к себе внимание.
– Нельзя просто так взять и не позагорать на Огненной земле.
– Пробормотал я взглянув из под очков на пляже, что лежал прямо в черте города.
– И не сгореть!
– добавил сонно Хакр.
– А как ты думаешь, горы что за нами, они, вообще, чем были, ну до Судного Дня?
– Разглядывал я лениво гряду лежащую справа от нас. Ее огромный пик перекрывал холодным ветрам вход в городскую бухту.
– Да на этой планете куда не ткни, всюду наткнешься или на драконов, или на домашний зверинец какого-нибудь бога.
– Ответил, не открывая глаз Хакр.
– я просто уверен, это очередной любимец спящего Бга.