Сова
Шрифт:
– Хелене, нам нужно…
Парень остановился, увидев, что она в кабинете не одна.
– О, извините, я…
– Нет, все нормально, Паулус, – улыбнулась Хелене Эриксен. – Что такое?
– Некоторые девочки, они… Да, я не знал, что… – начал молодой парень, бросив взгляд на Мию и Холгера.
– Это может подождать? – улыбнулась Хелене.
– Да, конечно, но… – запинаясь, проговорил парень.
– Мы можем подождать, – кивнул Мунк. – Без проблем.
Молодой парень в дверном проеме взглянул на Хелене, потом перевел взволнованный взгляд на Мию и Мунка, и снова на начальницу.
– Было бы хорошо, если… это удобно?
– Вы уверены,
– Конечно, – кивнул Мунк. – У нас полно времени.
– Хорошо, спасибо, – улыбнулась она, вставая со стула. – Я мигом вернусь.
Раздался звук захлопнувшейся за ней двери, и внезапно они остались одни в маленьком кабинете.
Мунк посмотрел на Мию, покачав головой.
– Что? – спросила она, пожимая плечами.
– Иногда… – вздохнул Мунк, не закончив фразу.
– Она что-то знает.
– Черт тебя побери, Миа, – сказал Мунк, приложив руку ко лбу.
– Что? – сказала Миа, разводя руками.
– Ты не можешь?.. Я хочу сказать…
– Что?
– Разве нельзя?..
Мунк снова покачал головой, продолжая сидеть и смотреть на стену за столом, который только что покинула Хелене Эриксен.
– Она что-то знает, – повторила Миа, когда дверь открылась и статная женщина вернулась в комнату.
– Прошу прощения. На чем мы остановились? – улыбнулась Хелене, сев на свой стул.
– Журналы пациентов? – напомнил Мунк, немного смущенно, сверяясь с блокнотом.
– Жителей, – снова поправила Хелене.
– Да, конечно, извините. Когда мы сможем получить к ним доступ, как вы думаете?
– Я должна только поговорить с нашим адвокатом. Да, чтобы удостовериться, что мы поступаем правильно и не даем информацию, которую распространять не должны, понимаете?
Она улыбнулась им, просветлев в глазах.
– Хорошо, – кивнул Мунк, бросив краткий строгий взгляд на Мию, почесал бороду и перелистнул страницу в своем блокноте.
18
Габриэль Мёрк сидел перед своими мониторами в кабинете на Марибуэсгате, довольный собой. Молодой хакер не чувствовал к Холгеру Мунку ничего, кроме уважения, но как обычно во время общего собрания кое-что было упущено. Возраст. Наверное, в нем все дело. Скоро Мунку исполнится пятьдесят пять, не такой уж и старый, и тем не менее, похоже, что тучный следователь забывает, что они живут в другом времени, а те времена, когда он начинал свою карьеру, прошли.
Девочка семнадцати лет. Камилла Грин, найдена мертвой в Хурумланне с цветком во рту. И никто не сказал о социальных сетях. Габриэль хотел было поднять руку и сказать, но решил не делать этого. Мунк был в странном настроении, наверное, из-за того, что в списке сотрудников садоводства оказался сожитель его бывшей жены. Как бы то ни было, Габриэлю показалось, что был неподходящий момент, чтобы читать своему начальнику лекцию о том, как сейчас устроен мир.
Лучше заняться этим самому. И может быть, даже получить потом похвалу. Габриэль сделал глоток колы, стоявшей около клавиатуры, и положил в рот новую жвачку. «Фейсбук», «твиттер», «тамблер», «инстаграм». Мунк – невероятно искусный следователь, и Габриэль прекрасно понимал, почему именно он возглавлял отдел на Марибуэсгате, но интеллигентный главный следователь все еще жил в каменном веке в том, что касается интернета и того, как современная молодежь общается друг с другом.
Габриэль нашел много аккаунтов на «фейсбуке» с именем «Камилла Грин», но ни один из них не принадлежал девочке
cgreen
Аккаунт на «фейсбуке» и в «инстаграме». Вот что он нашел. Габриэль полистал ее фотографии в «инстаграме» еще раз, пытаясь включить в себе полицейского, анализировать свои наблюдения. Было здесь что-то странное. Он сразу обратил на это внимание. Там было так мало всего. Очень редкие статусы на «фейсбуке». Немного фотографий в «инстаграме». Очень необычно для девочки семнадцати лет. Несколько селфи. «Скучно» – подпись под фото кривляющейся Камиллы, судя по всему, в ее комнате в «Садоводстве Хурумланне». «Завтра буду кататься на Вирвинде [10] » – под ее фото с улыбкой и большим пальцем вверх, в той же кровати, тот же фон. Пара фотографий с лошадьми. Несколько лайков. Пара комментариев: «С днем рождения!» и «Скучаю по тебе, малышка!», но в остальном очень мало всего. Габриэлю это показалось странным, пока он не пролистнул вниз и не увидел дату, когда были созданы аккаунты.
10
Whirwind (англ.) – ураган.
30 июня.
Профили оказались новыми. С одной и той же датой. Созданы 30 июня. Всего за три недели до исчезновения Камиллы.
Габриэль еще отпил колы и попытался думать, как полицейский, отбросив в сторону чувства, думать, как Мунк. Камилла Грин удалила свои старые аккаунты всего за три недели до исчезновения? Почему? Что-то должно было случиться? Никто просто так не удаляет свои профили и не создает новые, если на то нет причины.
Габриэль еще раз просмотрел фотографии и подпрыгнул на месте, когда в дверь вдруг постучали и Миа Крюгер просунула голову в проем.
– Ты занят? Я взяла тебя с поличным?
– Что? – пробормотал Габриэль.
– Секреты? – улыбнулась Миа.
– Что?
– Мошенничаешь там?
– Ага, – кивнул Габриэль, взяв себя в руки. – Собираю фотографии для Карри.
– Конечно, – расхохоталась Миа, расстегивая молнию на куртке. – Что же он заказал на этот раз?
– Азиатские девушки в бюнадах [11] на верблюдах, – сказал Габриэль, к счастью почувствовав, как жар понемногу отливает от лица.
11
Бюнад – норвежский национальный костюм.
– Серьезно? – ухмыльнулась Миа, положив ноги на письменный стол.
– Нет, – улыбнулся Габриэль.
– Еще лучше, – рассмеялась Миа. – Он способен на большее, не правда ли?
– Может быть, и так, – сказал Габриэль и опять немного смутился, встретившись взглядами с Мией.
– Так ты нашел ее?
Миа кивнула на фотографии на мониторе.
– Да.
– Мунк не самый большой знаток интернета, да?
– Не самый, – улыбнулся Габриэль.
– Хорошо, что у нас есть ты, – улыбнулась Миа, слегка толкнув его в плечо.