Союз одиночек
Шрифт:
– Ведь и в наших тоже? – возразила Ника.
– Вы – исключения, – отрезал я. – А над остальными тяготеет прошлое.
– Но прошлого нет, – сказала она. – Есть лишь наша память о нем. Которую, кстати, можно переиначить, как пожелает владеющий Силой. И вот так строится будущее.
– Ну, тогда желаю, чтобы Силы оказалось больше у вас, чем у ваших противников.
Ближе к вечеру заявилась Стелла – во всем великолепии своей наготы. И сразу отправилась купаться, словно исполняя обещание, данное Никой. Подбодренный локотком соседки, я тоже пошел на берег, без стеснения любуясь
Наплескавшись, Стелла присела на мой валун.
– И это все, что ты от меня хочешь? – осведомилась она. – В чем же дело?
– В смысле? – не понял я.
– Могу предоставить в любой момент. – Женщина улыбнулась. – В порядке дружеской услуги.
Удивленно я покачал головой:
– И многим ты… удружила?
– Тебя интересует число? Могу сосчитать, если настаиваешь.
– Но ты хоть предохраняешься? – спросил я очень глупо, будто слой резины в десяток микрон надежно разделяет плоть и тогда соитие не в счет.
– Зачем? У меня не будет детей, пока не захочу.
– Как на Таити? Но это же разврат!..
– Почему? – удивилась Стелла. – Кому от этого плохо? Я даже не вызываю ревность – до сих пор на меня не предъявляли права.
Еще бы: владеть таким сокровищем! Вдобавок умная – для дураков это смерть. Значит, девять десятых отметаем сразу.
– А не боишься воздействия чужих ген? – спросил я. – Ведь с каждым извержением в тебя впрыскивают программу.
– Я устроена так, – улыбнулась она, – что принимаю лишь полезные свойства.
– Значит, поэтому ты такая красивая?
– И такая здоровая, – прибавила Стелла без ложной скромности. – А видел бы меня в девичестве!..
У меня возникло ощущение, будто надо мной насмехаются, – хотя я точно знал, что это не так. Экое раздвоение.
– Выходит, ты ведьма? – выпалил я и тут же прикусил язык, чтобы не добавить: «А я думал: фея». Но Стелла наверняка догадалась.
– Я беру лишь, что дают сами, – сказала она. – И делаю это с разбором. Поэтому не усредняюсь, а совершенствуюсь. Оставайся я прежней, разве привлекла бы твое внимание?
– «Нет предела совершенствованию», да? – кисло произнес я.
Наверно, вот так же ведет себя с друзьями Ника. И сколькие уже вкусили от ее щедрот?
Обсохнув в нашем кружке, Стелла не стала задерживаться – видно, хватало дел в других местах. Скорее всего отправилась собирать дань, неведомо как определяя, кто из ее приятелей уже накопил излишки.
А разговор уже повернул в иное русло. Как водится, девушки принялись обсуждать знакомых мужчин, причем мое присутствие их совсем не стесняло. Прошлись по разным качествам, включая интимные (о которых явно знали не понаслышке). Но с особым увлечением сравнивали их Силу, словно бы она и определяла статус незаурядов. Меня это заинтересовало – беззвучно я позвал Нику, хотя вовсе не надеялся, что услышит.
– Что, милый? – спросила она, поворачиваясь.
«Милый»!.. Мне не говорили так целую вечность. И как естественно это у
Ведь это оборот речи – ничего больше. Вернее, для Ники тут все «милые», и хорошо, если я в этом ряду не последний. А уж претендовать на первенство!..
Пока я разбирался с этим потрясшим меня словом, девушка терпеливо ждала, согревая меня взглядом.
– Что, – спросил я, – и у вас есть «более равные»?
– Не в смысле прав, – сказала Ника. – В смысле возможностей.
– По-моему, тут начинается новое качество. Диалектика, да?
– Ну, проникновение в Силу, конечно, создает новые свойства…
– И кто в вашей команде главный забойщик: Стас?
– Конечно, от Стаса много громыханий, – хмыкнула она. – И глядится эффектно: богатырь!.. Влад-то у нас тихоня, эдакий серый конек… в яблоках. Но боже упаси испытать на себе его полную мощь! Призвать на помощь Влада – все равно, что обратиться за поддержкой к богу. С той разницей, что Влад не откажет и платы за услуги не возьмет.
Затем и Пола удалилась – с видимым сожалением. Вот Мария и Ки Сун никуда не спешили. Хотя вокруг уже темнело, да и погода портилась на глазах – как ни странно это для здешних мест.
– И часто у вас выдается затишье? – спросил я.
– Увы, – улыбнулась Мария. – Обычно перед бурей – ненадолго.
– Зато оттягиваетесь на полную, верно? Благо есть с кем.
К тому же здесь такая природа!.. Располагает к естественным позывам.
Говорил-то я вроде для всех, но смотрел на Нику.
– Кажется, ты предъявляешь на меня права? – заинтересовалась она.
Если бы я мог! – чуть не вырвалось. Но кто я, чтобы владеть богиней? А хуже всего, что я претендую на всю Нику и не намерен делить ее ни с кем – собственник чертов. И подачки мне не нужны, даже в виде «дружеской услуги».
Небо хмурилось, назревал дождь. Когда поднялся ветер и стало накрапывать, пришлось всем перебраться в палатку. И в такой компании там не показалось тесно.
Почти сразу начался ливень и зарядил надолго, глухо барабаня по крыше. Постепенно разговор стих, девушки одна за другой уснули – столь же непринужденно, как делали всё, в вольных позах.
Чуть погодя, видимо озябнув, Ника придвинулась ко мне, угнездившись между моих рук. Я даже дыхание затаил, оцепенев. Вообще это смахивало бы на провокацию, если бы исходило не от нее. С любым из своих друзей Ника повела бы себя точно так же. Но я-то ей не друг – вернее, не только. С другой стороны, станет ли она противиться, если… Вот об этом лучше не думать – сгинь, нечистая!
Затем меня обняла со спины Мария, словно я служил тут общей грелкой. Не скажу, что мне не понравилось, – но куда спокойней переживать это в воображении. Экая простота нравов, почти первобытная. Нет, не так рисовали безупречных людей прежние фантасты. Но разве у этих найдутся изъяны? Лично я не берусь искать.