Спросите ваши души
Шрифт:
– Слушай, ты это серьезно? Про Бога и вообще… – не выдержал я.
– Дурак! Ты это можешь объяснить по-другому? Не хочешь слушать – не надо! – рассердилась Сигма.
– Хочу, хочу… Прости.
А дальше началась свободная циркуляция душ – рождения и смерти, переход душ от одних живых существ к другим. Люди размножались, и Господь Бог понял, что помимо души им нужно еще что-то, чтобы направлять ее движение. Душа была слишком спонтанна.
И Бог создал талант и стал давать его каждому человеку при рождении. Но, в отличие от души, талант смертен.
То есть там очень серьезное взаимодействие. Душа выявляет талант, а он управляет ею. Конечно, не полностью, душа сохраняет вольность, но общий вектор движения задает талант.
– А как же родители? Воспитание? – вставил я.
– Да, это тоже, – кивнула Си. – Наследственность и воспитание влияют. И вот когда эти четыре фактора находятся в гармонии и помогают друг другу, получается удивительный результат. Получается гений.
– Пушкин! – опять встрял я.
– Ну чего вы носитесь с Пушкиным? Чего? Да, Пушкин – гений, но зачем ломать стулья? Если хочешь знать, талант поэта, певца, художника – не главный в иерархии талантов. То есть, не самый редкий.
– А какой же?
– Талант жить, – сказала Сигма.
– То есть устраиваться?
– Джин, ты сегодня очень глуп, – сказала Сигма. – Поэтому я занятие прекращаю.
– Ну, Сигмочка! Ласточка! – взмолился я.
– Я такая же ласточка, как ты кардинал Ришелье, – сказала она. – Иди мой посуду.
Я вспомнил, что сегодня моя очередь мыть посуду, и поплелся на кухню, где застал мадам Полуэктову в компании двух румяных теток с ведрами и шлангами. Если бы не размеры этих шлангов, я бы подумал, что они тоже занимаются ловлей душ.
Но они занимались совсем другим. Они уничтожали тараканов. И вызвала их мадам Полуэктова.
– Вот хорошо, что вы пришли, Евгений, – сказала Полуэктова. – У вас тоже нужно продезинфицировать. Вся квартира должна быть обработана.
– Зачем?
– У вас ведь тоже есть тараканы!
– Есть, – кивнул я, вспомнив Иосифа. – Но они… нам нужны.
– Как это? Не спорьте, вот предписание ЖРЭУ, – и она потрясла в воздухе какой-то бумажкой.
– Ну, мы начинаем! – бодро сказала одна из теток и направила шланг на стену.
Из шланга полился поток мутной жидкости.
Я бросился обратно в нашу комнату.
– Си, тараканов выводят!
Си мгновенно подхватилась и стала собирать нашу тараканью лабораторию. Она и не подумала идти качать права и заявлять о неприкосновенности жилища, потому что к тому времени отношения с Полуэктовыми достигли полной враждебности. Дело уже не ограничивалось участковым, мадам Полуэктова подала на меня в суд, требуя лишить права на жилплощадь. Между прочим, в ее исковом заявлении фигуроровали и тараканы.
«…А также занимается искусственным разведением тараканов», – так она описывала наши опыты. Если бы она знала правду!
Си собрала наши стеклянные банки, обтянутые
– Я буду в Ботаническом саду!
А я остался воевать с тараканами. То есть, прошу прощения, с тетками.
Несмотря на мои протесты, тетки вторглись ко мне и залили комнату вонючей жидкостью, так что я едва успел схватить клетку с попугаем и тоже сбежать в Ботанический сад.
Между прочим, попугай Мамалюк (имя дала Сигма) при покупке был проверен на наличие души и таковой не обнаружил. Сигма тщательно подбирала ему душу, обследуя разные растения, и остановилась на душе старого дуба, который в разные времена был мамонтом, татарским сборщиком податей Мамалаем и актером Мамонтом Дальским. То есть прослеживалась какая-то тенденция в имени.
Сигма сидела на скамейке в укромном уголке сада и, нацепив на нос спироскоп, разглядывала цветочки. Все банки с тараканами грелись на солнышке. В банке с тараканом Иосифом, вероятно, происходил съезд партии, потому что все тараканы выстроились в правильное каре и в такт взмахивали усами.
Я поставил клетку с Мамалюком на дорожку и сел рядом с Сигмой.
– Ничего страшного, проветрим комнату, – сказал я.
Сигма повернулась ко мне, не снимая спироскопа.
– Джин, у тебя душа куда-то съехала, – сказала она.
– Куда это она съехала? – недовольно спросил я.
– Ну, там где-то, в животе, – пояснила она.
Это мне не понравилось.
– Скажи лучше, как нам быть с соседкой…
– Я уже придумала, – сказала Сигма. – Увидишь.
И я действительно увидел.
Через три дня Полуэктова забрала свое исковое заявление и сообщила мне об этом. К этому времени мы хорошо проветрили комнату и водрузили банки на место, но новых тараканов брать было негде – тетки поработали на славу. Всякая другая мелкая живность подходила плохо: мухи и божьи коровки летали, муравьи были слишком мелки, а пауков фиг найдешь.
Получалось, что тараканы были идеальным местом для помещения душ. Это наводило на размышления.
Однако не успели мы как следует поразмыслить – откуда же брать материал для опытов, как Полуэктова принесла нам полный полиэтиленовый мешок тараканов.
– Я была на даче, – сообщила она. – Берите, Симочка! Я знаю, что они вам нужны!
Си поблагодарила.
Мы вытряхнули тараканов в новую банку.
– Что случилось? – спросил я Сигму.
– Я сменила ей душу. Теперь в ней живет Тимирязев, – ответила Си с таким олимпийским спокойствием, будто речь шла о смене прокладок.
Глава 11. Младореформаторы
Успех с заменой души окрылил Сигму и придал сил Костику. Дело в том, что автор двух великих изобретений – спироскопа и спирососа – не только не получил денег и славы за свои изобретения, но и не имел даже морального удовлетворения.