Сталь
Шрифт:
За прошлую неделю в кубышку удалось отложить почти сотню золотом. Очень хорошие деньги, раньше о таком можно было и не мечтать. Но вот с патентом капитана ситуация лишь ухудшилась. В порту поползли слухи, что нововведения Барба рано или поздно доберутся и до этой границы. Крупные торговые дома не были заинтересованы в продаже своих лодок короне. А растущие аппетиты Южных графств требовали и требовали нового оружия и любых летающих кораблей, какого бы возраста и размера они не были. В замен обратно шло награбленное продовольствие и ценности, которые сбывали за бесценок. Казна богатела, рядом с неожиданно быстрым путем обогащением уже крутились все, кто хоть как-то мог примазаться к южной пограничной страже. И поэтому жалеть
Вот и закрыли лавочку, не проводят больше экзаменов для частников, не выдают в порту новые бумаги на крохотные суденышки. Летаешь пока и в дверь стража не постучала - так и радуйся. Пока. Мы лишь не забудем отметить, что в этом дворе летун обитает. И когда придет время, то все уже на карандаше, каждого не по одному разу пересчитали.
Второй крупной проблемой Ягер считал тайные посылки, которые маскировали в обычных грузах. Он теперь перевозил такие чуть не в каждый рейс. И просто шеей ощущал, как медленно стягивается петля, которую могут в любой момент затянуть окончательно. Да и среди товаров все больше мелькали такие, за которые таможня по головке не погладит. Обогащенная руда в слитках, армейские пищевые рационы с закрытых складов, запчасти для метательных машин. Кто-то активно грел руки на крайне горячих поставках. Как бы не обжечься.
Ополоснув лицо, Ягер забросил в рот горсть орехов и выглянул на улицу. Только что закончившийся дождь оставил после себя хмурое небо и непролазные лужи на дороге. Но время не ждало и молодой летун отправился в ближайшую таверну завтракать. Как раз вместе с грузчиками горячего похлебает. А потом всем вместе в порт, на работу. Заодно слухи новые узнает. И голову поломает, как дальше быть. Слишком уж текущие дела начинают тухлятиной отдавать. Так и голову потерять недолго.
– Ты спрашивал про таможню...
Высокий и чисто выбритый хозяин таверны поставил на стол миску с похлебкой, уложил рядом горбушку хлеба и головку чеснока. Подобрал монетку и жестом подозвал разносчицу. Пока женщина несла пузатый кувшин с пивом и кружку, мужчина тихо продолжил:
– Птичка напела, что нас пока придержат, слишком мало грузов бегает через границу, нет смысла вообще лавочку закрывать. А вот через неделю начнут мелочь гонять уже на востоке. Туда войска выдвигаются, будут готовиться к какой-то бузе. С “сыроедами” закончили, теперь за Арисы возьмутся.
– Так у северян всю торговлю порушили, кого там еще ловить?
– По ним Рамп сумел продавить разрешение на вольных торговцев. У него зима на носу, извозом заниматься некому. Поэтому королевский эдикт о конфискации мелких лодок на север распространяться не будет. А за нас возьмутся весной, после границы с Арисом.
– То есть полгода у меня есть, не больше.
– Полгода, - подтвердил хозяин, ловко налил в кружку пива и поставил рядом кувшин.
– Приятного аппетита... И да, тебя тут какие-то чужаки спрашивали. Тебя и еще двух парней, кто грузы с хуторов таскает. Так что посматривай за спину. Мало ли...
Отпив первый глоток, Ягер покосился вокруг и задумался. Похоже, работодатели где-то засветились. Потому что вопросы обычно задают прикормленные людишки от дознавателей. Чем нужный человек дышит, куда ходит. С кем его видят чаще всего, о чем беседы ведет. А потом можно уже и поближе познакомиться. И никакие деньги откупиться не помогут, если всерьез за горло возьмут.
Думать надо. Думать о том, как дальше крутиться. Оказывается, не все решает золото. Скорее его у тебя отнимут, чем дадут возможность выскочить за очерченный круг и занять приличное место в обществе. Времена, когда каждый уличный оборванец мог стать уважаемым торговцем - прошли.
Видимо, боги лишний раз носом тыкают: зря ты, парень, из дому уехал. Война там так и не началась. А больше бродяга особенно нигде и не нужен. Может, обратно вернуться? Северное приграничье большое, можно и без контрактов с “сыроедами” неплохо жить.
Так ничего не решив, Ягер приступил к завтраку. Но мысль о возвращении домой легла тихо на самое дно памяти и зацепилась там когтистыми лапами, чтобы напомнить о себе при первом удобном случае...
Остатки доблестного похода “сыроедов” на Северный Арис сумели сбиться в кучу ближе к своим островам. Все же одному бежать куда как страшнее, чем возвращаться домой вместе с соседями. Вроде бы уже и не бежишь, а идешь по ветру с победой. Трудной, кровавой, но победой. А почему без добычи? Так в другую лодку посмотри, там тоже шаром покати. Так, по мелочи: чуть одежды, золотишка и мятая посуда. Все остальное сгорело в порту Эйзина вместе с бедолагой ярлом.
Но желание убраться от возможного преследования куда как дальше сыграло с остатками войска завоевателей дурную шутку. Вся эта потрепанная толпа доползла почти до центра архипелага, чтобы довернуть на север, в сторону столицы. И столкнулась нос с носом с передовым отрядом полковника Рампа. А у абордажников не было никакого желания выяснять, где именно так досталось соседям, что паруса в дырах и больше половины команд в окровавленных тряпках. Абордажников куда как больше интересовало, смогут ли они подняться чуть выше, чтобы оттуда послать первые гостинцы из баллист. А за первым залпом дать и второй, добавив еще и тучу стрел для всеобщего веселья. И перехватив попутный ветер, галеоны Барба повисли на хвосте еле ползущих драккаров, чтобы сшибать их один за другим огненными и переломанными комками вниз.
Зато яростная свалка, в которую превратился бой, спасла немало жизней на самих островах. Пока эскадры южан сползались к месту побоища, обитатели деревень успели спешно собрать детей и стариков, чтобы броситься прочь от накатившей войны. Они улетали над самой землей, скользя над лесами и холмами, ловя каждый порыв ветра. И разносили страшную весть по всей округе: Барб-Собиратель пришел с огнем и мечом! Бегите, бегите кто может!
Через два часа половина драккаров валялась внизу, а остатки отходили, огрызаясь чем попало. Кто-то смог подняться на дикую высоту, где дыхание перехватывало и мороз выжимал ледяные слезы из глаз. Более легкие кораблики “сыроедов” оставляли за собой тяжелые галеоны противника и шаг за шагом медленно разрывали дистанцию, исчезая в сером небе. Другие отчаянные капитаны прорывались обратно к краю острова и шли вниз, обдирая бортами гранитные скальные бока. Там, в вечной туманной хмари можно было затеряться, если успеешь сманеврировать под дождем стрел и не приложишься с размаху о твердый камень. Мало кто сумел остаться в живых в этой отчаянной попытке спастись, но все же несколько ватаг ускользнули, раздергав неплотный строй абордажников.
А самое главное, что организованная атака на Тронные острова смешалась и превратилась в огромную кучу-малу, в которой досталось и захватчикам. Один галеон вообще протаранили и его исковерканный корпус сейчас дымил рядом со сбитыми “сыроедами”. Ну и продуманный план по неожиданной операции захвата и уничтожения местных деревень дал сбой. Абордажники потеряли темп, лишились фактора неожиданности и вынуждены были остатки вечера приводить корабли в порядок и переформировывать порядки. Чтобы с утра развернуться крупной цепью и двинуться на оставшиеся беззащитными деревни. Приказ “дави их всех” никто не отменял. Вот и пошли. Тем более, что трюмы были забиты зажигательными горшками, а на палубах толпились штурмовые отряды, жаждущие крови.