Сталин шутит...
Шрифт:
После войны Дикий снялся в роли Сталина в фильмах «Рядовой Александр Матросов», «Третий удар» и «Сталинградская битва». Особенно удачной была его роль в последней ленте. Кинематографическое начальство сильно сомневалось в том, подходит ли Дикий на роль вождя. На съемках его пытались научить говорить с грузинским акцентом, лезли с ненужными советами и указаниями. Но Диким был найден великолепный артистический прием: он за весь фильм всего 2—3 слова произнес с акцентом. Но сделал это столь искусно и выразительно, что у зрителей удивительным образом
С фильмом связана одна хитрость, которую артист применил, чтобы отхватить за свою роль больший гонорар. Поначалу он равнялся ста тысячам рублей. Но сразу после своего утверждения на роль Дикий задал начальству провокационный вопрос:
— Как вы думаете, роль Верховного Главнокомандующего важнее роли рядового солдата?
— Да.
— Наверное, не только в жизни, но и в кино?
— Да.
— Тогда почему артисту Андрееву за съемки в «Падении Берлина» вы заплатили 150 тысяч, а мне собираетесь дать только 100 тысяч. А если товарищ Сталин узнает, что вы его на одну доску с рядовым солдатом поставили? Поднимайте гонорар, — наседал артист.
— Хорошо, хорошо, — успокоило начальство Дикого. — Вы получите свои 155 тысяч рублей.
После выхода картины Дикий пригласил к себе домой друзей, чтобы отпраздновать событие. Пили, пели, гуляли. Вдруг в полночь — звонок в дверь. Артист еле продрал глаза, а ему говорят:
— Собирайтесь. Вас в Кремле ждет товарищ Сталин.
— Как же мне показываться Сталину? Ведро водки выпил, не могу…
Но ехать пришлось.
Сталин по внешнему виду и запаху распознал состояние гостя. Вышел из кабинета и вернулся, держа в руках бутылку. Дикому чуть капнул, себе налил полный фужер, выпил его до дна и сказал:
— Вот теперь мы можем разговаривать на равных.
Среди прочего Сталин интересовался:
— Товарищ Дикий, мне понравилось, что Вы говорили без всякого акцента. Вы внешне совсем не похожи на меня, но не попытались загримироваться. Почему Вы играли меня не так, как другие артисты? Хотя, по правде сказать, у тех и акцент, и сходство есть, а впечатление не то.
— Потому что я играл не Вас, — ответил Дикий. — Я играл впечатление людей, мнение народа о Сталине.
Очевидная актерская находка и безукоризненная формулировка ее так понравились Сталину, что он даже захлопал в ладоши.
Попутно заметим, что А. Д. Дикий пять раз был удостоен Сталинской премии. Это были немалые деньги: стандартная премиальная сумма составляла от 25 до 100 тысяч рублей. Причем весь фонд Сталинских премий формировался не из госбюджета, а из гонораров вождя за издания его трудов, в том числе за рубежом. Интересно — хотя бы шутки ради — спросить кого-либо из нынешних СНГовских руководителей: дали они свои ЛИЧНЫЕ деньги на подобные премии и сколько?
Во время неофициальной беседы уже после окончания спектакля, за кулисами, вождь по ходу разговора
Разговор продолжался и вскоре, тоже к слову, вождь поинтересовался у одного артиста: «Вы женаты?» Тот вздохнул. «Женат», — констатировал Сталин.
В 1946 г. на экраны вышла патриотическая кинокартина «Адмирал Нахимов». Актер, игравший роль турецкого паши, прислал письмо с просьбой дать ему Сталинскую премию. Иначе, написал он, получится «неправильная оценка роли нашего противника в фильме», его принижение, каковое будет «политически не совсем верным». А. А. Жданов доложил об этом.
Смехотворная мотивировка и ложная политическая подкованность угодливого попрошайки развеселили Сталина.
— Хочет получить премию?
— Хочет, товарищ Сталин.
— Очень хочет?
— Очень хочет.
— Очень просит?
— Очень просит.
— Ну раз так хочет, так просит, надо дать ему премию, — продолжая усмехаться, сказал Сталин. И стал вдруг серьезным: — А тот актер, который играет русского героя — матроса Кошку, не просил премии?
— Не просил, товарищ Сталин.
— Но он ведь тоже хорошо играет, только не просит?
— Да, товарищ Сталин, сыграл хорошо и не просит.
— Человек не просит, а мы ему премию дадим…
Сталин любил ходить в Большой театр, знал всех солистов. Однажды, придя на оперу «Аиду», заметил, что в роли одного из героев выступает некто ему не знакомый. Это был певец с грузинской фамилией. Вождю показалось, что в солисты Большого тот попал вероятнее всего из-за своей фамилии, ибо играл и пел не на уровне. «Кто это?» — спросил Сталин. Ему ответили: «Это, товарищ Сталин, народный артист СССР…»
Сталин покачал головой и саркастически сказал: «М-да, какое щедрое на звания у нас государство».
Понимая возможные последствия своего сарказма, добавил: «Ничего не предпринимать».
В ряде воспоминаний картина выглядит немного по-другому. Сталин: «Он, что, уже получил звание народного? Да, щедрый у нас народ…»
Отношении Сталина к перестраховщикам известное: не любил он их. Но иногда вождю самому приходилось становиться перестраховщиком.
Режиссер Ленинградского Театра юного зрителя профессор Л. Ф. Макарьев поделился следующим случаем. Сталин смотрел представление в Большом театре.
В антракте ему показали альбом с декорациями старейшего и талантливейшего театрального художника Федора Федоровича Федоровского к будущему спектаклю. Сталин сосредоточенно листал альбом и молчал.
Директор осторожно спросил, каково мнение об этих декорациях.
Сталин ответил:
— Если я скажу, что хорошее, вы сделаете из этого всеобщую, генеральную установку. Если я скажу, что плохое, вы выгоните товарища Федоровского из театра. Поэтому не буду ничего говорить. Работайте. Творите. Создавайте.