Сталин шутит...
Шрифт:
В начале января 1940 г. на совещании у Сталина маршал Г. И. Кулик, волнуясь, сбивчиво докладывал об осложнении ситуации на советско-финском фронте.
— Не впадайте в панику, — спокойно сказал Сталин. — Я вам пошлю книгу об основах психологии — изучайте. Греческие жрецы были умными людьми. Получив тревожную информацию, они шли принять ванну, а искупавшись, оценивали событие и тогда уже принимали решения.
Артем Сергеев — приемный сын И. В. Сталина и друг Василия Сталина — хранил письма последнего к отцу.
Сталинская резолюция гласила:
1. Насколько мне известно, строевой паек в частях ВВС РККА вполне достаточен.
2. Особая форма для сына тов. Сталина в Красной Армии не предусмотрена.
Рассказывая и показывая это Ф. Чуеву, Артем Сергеев смеялся: «То есть денег Васька не получил».
Зато любой нормальный человек получит невыразимое удовольствие от сердитого юмора справедливого вождя.
Наступил критический октябрь 1941 года. Хотя враг стоял у стен столицы, товарищу Сталину все равно был присущ юмор. Правда, черный. Но который зачастую более действен, чем «белый».
В один из дней Ставка Верховного Главнокомандования послала в штаб Западного фронта армейского комиссара Степанова для выяснения положения на фронте. Ознакомившись с положением, он звонит в Ставку. Телефоны у Сталина были усиленные, и он не прикладывал трубку к уху, а держал на достаточно большом расстоянии. Все было слышно.
Степанов докладывает, что есть мнение командования фронта: штаб фронта расположен слишком близко от переднего края обороны, его надо отводить на восток за Москву, в Арзамас, а командный пункт организовать на восточных окраинах Москвы.
После длительного молчания Сталин интересуется:
— Товарищ Степанов, узнайте у товарищей, есть ли у них лопаты?
— Что, товарищ Сталин?
— Лопаты есть у товарищей?
Степанов кого-то спрашивает. Затем снова обращается к Сталину:
— Какие лопаты: саперные или другие?
— Все равно какие.
Слышно, как раздаются бодрые, даже радостные голоса: «Да, да, есть!»
И Степанов почти с воодушевлением докладывает:
— Товарищ Сталин, есть лопаты! А что с ними делать?
Сталин отвечает очень спокойно:
— Мы не уйдем из Москвы, Ставка останется на месте. А товарищам из командования фронта передайте, что если посмеют отступить, то путь берут лопаты и копают себе могилы.
…Об этом после войны поведал свидетель разговора главный маршал авиации (с 1944 года) А. Е. Голованов.
Со Сталиным можно было спорить, ему можно было возражать, он даже требовал этого, бывая недовольным, когда ему просто поддакивали. Юмора при этом тоже бывало хоть отбавляй. Тот же А. Е. Голованов сказанул вождю сгоряча:
— Что вы ко мне пристали, что от меня хотите? Я простой летчик.
— А я простой бакинский пропагандист, — тут же нашелся Сталин [17] .
Немцы
17
Бакинский период был одним из самых плодотворных и важных в революционной деятельности Иосифа Джугашвили. До революции в промежутках между арестами и ссылками, отъездами в др. регионы и за границу он неоднократно проводил здесь месяцы и годы, играя ведущую роль в рядах местных социал-демократов. Именно он превратил тогдашний Баку в цитадель большевизма.
— Кто там палил?
— Василий.
— Ну и как, попал?
— Нет.
— Тоже мне, «ворошиловский стрелок»…
Будущий министр высшего образования СССР С. В. Кафтанов во время войны ведал вопросами взаимодействия советской науки с оборонной промышленностью. Он узнал, что арестован один из крупных специалистов по совместной работе. На заседании в Кремле Кафтанов сказал Сталину, что четыре дня не может дозвониться до этого товарища и не без умысла добавил: «Прошу вас, товарищ Сталин, наказать его за это».
Сталин спрашивает: «Где он?». «У нас», — отвечает Берия. …Такие вопросы Сталин решал без проволочек. Наверное, Лаврентию Павловичу потом досталось. Ведь это плохо, если его ведомство за несколько дней не смогло выявить, виноват в чем-то человек или нет. А если уже выявило и напрасно задерживает невиновного, то еще хуже.
Словом, за товарищем послали, и через некоторое время он появляется в дверях кабинета. Напряжение момента было снято Сталиным, который как ни в чем не бывало сказал:
— Садитесь, а то мы вас заждались.
После разоблачения антисоветского заговора, в котором был замешан ряд высших военачальников во главе с маршалом Тухачевским, репрессии не могли не задеть частично других представителей комсостава. Среди прочих в 1937 г. арестовали комдива К. К. Рокоссовского. В 1940-м он был освобожден, снова получил дивизию. С началом войны его вызвал Верховный Главнокомандующий, чтобы дать новое, более высокое назначение. Он задал вопрос Рокоссовскому:
— Хорошо ли вы знакомы с германской военной доктриной?
— Нет.
— А со структурой и вооружением вермахта?
— Нет… Ведь я в тюрьме сидел.
— Нашел время отсиживаться, — сказал Сталин.
…Потом были победы и блестящая карьера талантливого военачальника. Было извинение перед маршалом, когда Сталин признался: «Мы виноваты перед Вами». Было почитание вождем верного сына родины. Была преданность Рокоссовского Сталину после смерти вождя, когда маршал отказался подчиниться приказу Хрущева — клеветать на умершего Верховного Главнокомандующего. Была слава и осталась память, незапятнанная лицемерием.