Старик
Шрифт:
Двери в квартиру охраны никогда не закрывалась, Кызя об этом знал. В квартире он нашел только троих охранников вместо семерых. Каждому из них он сделал «контрольный» в голову. Сменив магазин в своем БП на полный, он вышел на лоджию и открыл маленькую дверку перехода на лоджию заветной квартиры. Проломиться через бронированную дверь в квартиру-сокровищницу было нереально. Но оставался еще один простой до безумия способ проникновения в квартиру – это окно. Окна в квартире были антивандальными, с усиленными оконными коробками и рамами, а также с толстым многослойным стеклом и специальным полимерным покрытием между слоями. Но окно не было бронированным, скорее это был более цивилизованный вариант обычной оконной решетки. С ним вполне можно было справиться.
Кызя вытащил из портфеля
Кызя выудил из портфеля компактный металлоискатель, но собрать его не успел. Он замер как вкопанный возле подоконника. Прямо на него из соседней комнаты вышел старик Миерахим со связкой ключей в руках. Мужчины в немом изумлении уставились друг на друга. Кызя среагировал первым – он просто выстрелил еврею в высокий морщинистый лоб. Попасть туда с двух метров не составляло никаких трудов. Старик не упал навзничь, как ожидал Кызя, а шагнул ему навстречу с удивленным выражением лица, упал на колени и завалился грудью на мохнатый ковер.
Сердце Кызи учащенно задрыгалось в груди. Появление деда его озадачило. Тут он понял, что слышит тихий шум воды с кухни. В квартире мог быть еще кто-то. Такой поворот событий в его планы не входил. Он, как заправский коммандос, приседая и укрываясь за мебелью и дверными откосами, обследовал всю квартиру. Больше людей не было, за исключением кухни. Там он увидел сидящего на обычном стуле к нему спиной человека.
Крупный мужчина в черном пиджаке лежал головой на столе, на скрещенных руках. Возле ножек стола валялась черная шляпа. Головы человека практически не было видно за сгорбленной спиной. На Кызином лбу мгновенно появилась горячая испарина. Кызя не стал стрелять, опасаясь, что мужчина может быть в бронежилете. Он, мягко переваливаясь с пятки на носок, зашел на кухню. Подойдя к противнику на расстояние вытянутой руки, Кызя выстрелил ему в потный затылок со слипшимися редкими волосами. Но рука в последний момент дернулась, и выстрел пришелся в голову рядом с макушкой. Пуля прошла практически вскользь по черепной коробке. Но ее энергии хватило, чтобы пробить рваную дыру в кости и отколоть кусок черепа. Тело судорожно дернулось, и крупный мужик с шумом свалился на пол. На столе остался стоять пузатый керамический чайник и две красивые пиалы с ароматным восточным чаем. На полу, неестественно вывернув голову, лежал плотный мужчина средних лет с большим носом и смуглой кожей. Его глаза были широко распахнуты. К удивлению Кызи, человек был еще жив. На шее прощупывался нитевидный пульс, ровный, как азбука Морзе, но медленный. Кызя еще два раза выстелил – в ухо и в висок умирающему. Дело было сделано. Под плотным добротным пиджаком у здоровяка топорщилась кобура с автоматическим пистолетом иностранного производства. А вот под столом лежал настоящий израильский «узи» со сложенным прикладом.
«А дед-то не такой уж и божий одуванчик», – подумал Кызя. Бухарские евреи отличались не только хитростью и изворотливостью, но еще коварством и изощренной восточной жестокостью. Здоровяк явно в скором времени должен был самостоятельно отправиться в мир иной и без его помощи. Похоже, старый пень Миерахим насыпал ему в чай какую-нибудь дрянь типа яда или снотворного. Кызя разглядывал остекленевшие глаза трупа с увеличенными до невероятных размеров зрачками. Затем он встал и тщательно помыл руки под упругой струей ледяной воды. Кызя еще раз ополоснул руки и умыл холодной водой липкое от пота лицо. Солоноватый вкус пота коснулся его губ. Холодная вода освежала и бодрила, страх уходил, вытесняемый вполне конкретной логикой. Здесь остался он один и два трупа. По его расчетам, квартира вообще должна быть пустой. К тому же охранники не все на месте. Лучше поторопиться, а то кто-нибудь еще притащится. Вполне возможно, за стариком должны были подъехать. Вода текла в раковину, разбрызгивая капли по краям мойки.
Так и не выключив воду на кухне,
Поиск других тайников занял много времени. Мешала арматура в перекрытии и стенах, а также коммуникации. Хитроумный прибор просто сходил с ума, но скорее всего кладоискателю элементарно не хватало квалификации.
Наконец под плиткой в полу туалета он нашел то, что нужно. Маленькую сейфовую дверь, или лючок.
Он долго подбирал ключи, возился с замком, зло матерился. Очередной удачей оказалось то, что не было кодового замка. День складывался все лучше. Предвкушение получения жирного куска в качестве щедрой компенсации за все пережитые неудачи росло с каждым мгновением. Дверь тайника сладко щелкнула и мягко открылась.
Кызя заорал, не выдержав нахлынувшей на него эйфории. Он обеими руками выхватил из тайника небольшой фанерный ящик с маленькими навесными замочками и подскочил от радости. Он выбежал в коридор, ища глазами отвертку или нож. В это время за его спиной грохнул выстрел. Сработала необезвреженная ловушка. Заряд картечи вылетел в коридор, разорвав полотно полуоткрытой двери. Кызя почувствовал удар в ногу. Одна из картечин угодила ему в верхнюю часть бедра, рядом с пахом. Он немедленно отбросил от себя фанерный ящичек. И сделал это вовремя. Ящик окутался сизым полупрозрачным облаком. Кызя прижал выхваченную из кармана кислородную маску к лицу. Не помня себя от ужаса, он выскочил в комнату с убитым Миерахимом.
Навалившись грудью на подоконник открытого окна, Кызя расхохотался. И все-таки его судьба бережет. Он трижды обошел сегодня смерть. Безукоризненно сработала газовая машинка в квартире с охраной. Здоровяка с пистолетом исполнил сам бородатый дед, а Кызя всего лишь довел начатое дело до конца. Но вот два сюрприза в тайнике – это было заслугой самого Кызи. Задержись он на секунду дольше – лежал бы сейчас, истекая кровью, возле стерильного унитаза. А если бы он коробку не выкинул, наверное, уже наглотался бы смертельного газа. Говорят, что от таких отравлений потом легкие выблевывают по кусочкам. Или если бы маску не взял. А маску он взял с собой вообще вопреки логике, руководствуясь старым добрым принципом «а вдруг». Судьба-злодейка повернулась к нему вместо унылого зада пышным бюстом. Но рисковать больше не следовало. Осталось только решить: довольствоваться уже найденным малым или искать все остальное богатство. Для поисков нужно было пригласить помощника, на которого свалить все риски, связанные с поиском и открытием тайников.
«Не-э-эт. Нужно будет сегодня притащить сюда лоха-отмычку. Кто знает, какие тут еще сюрпризы есть. Кому бы позвонить?» – размышлял Кызя. Также нужно было наведаться к знакомому эскулапу, который латал стреляный и резаный криминал. Может, лепилу самого сюда вызвать? Теперь он может многое себе позволить. Глубокая рана в мягких тканях нудно болела. Вроде кость не задета. Горячая кровь ручьем лилась по ноге. Нужно срочно остановить ее. Жгут наложить? Но как наложить жгут – ведь рана так высоко? Он расстегнул ремень и спустил штаны.
«Ни хрена себе. Сколько кровищи!» – пронеслось в мозгу. Он попытался дойти по двуспальной кровати. Там лежало свежее постельное белье, которое можно было использовать вместо бинтов. Ватные ноги подкосились под ним. Он завалился на бок и приложился раненой ногой об пол. Он даже закричать не смог. Боль скрутила его монолитным спазмом от макушки до самых пяток. Медленно перекатился на живот. Кружилась голова, темнело в глазах. Поврежденная артерия выплескивала все новые и новые порции крови. Старые джинсы Кызи и мягкий ворсистый ковер пропитались кровью. Силы покидали удачливого искателя.