Старовер
Шрифт:
– Да ты не серчай, Венгеров. Лучше тебе с нами сотрудничать. Мы про тебя всё знаём: кто ты, откуда… И про Варвару Михееву тоже…
При упоминании Вари Михаил резко остановился и недобрым взглядом смерил незнакомца.
– Ты что из жандармов будешь? Политическими занимаешься? Нету за мной серьёзных грехов – в политике ничего не смыслю и отношения к ней не имею.
– Я не из царской охранки… – почти шёпотом произнёс разночинец. – Я из другой организации.
Михаил сморгнул.
– Из той, – пояснил незнакомец, – которая может твоих мать и сестёр запросто пристрелить… А заодно и любовницу синеглазую…
Михаил ощутил, как
Заметив замешательство младшего надзирателя, наглый разночинец продолжил:
– Тебе лучше нам помочь… Тем паче не бесплатно. На домик в тёплых краях хватит.
Михаил поглубже надвинул башлык.
– Знать, штабс-капитан Басов не просто Носкова крутит… Он политический, имеет отношение к вашей организации… Вы кто: бомбисты, террористы?
– Большевики, – спокойно пояснил незнакомец. – Носков член «Боевого отряда народного вооружения» [23] . И как ты правильно понял: с нами шутки плохи.
23
Подпольная организация появилась в 1905 году, имела ячейки во многих российских промышленных городах. Руководил «Боевыми отрядами народного вооружения» Яков Свердлов. Организация имела целью насильственное устранение высших военных, полицейских и жандармских чинов. Финансировалась организация немецкой разведкой. Также имела тесные связи с преступностью, члены организации принимали участие в ограблениях банков и ювелирных магазинов. За счёт чего и пополняла свою кассу.
– Большевик! Слыхал о таких – мутят воду в столице. Дык что ж Носков в воровской малине-то делал?
– А это уже не твоё дело, господин надзиратель, – жёстко произнёс незнакомец. – Выбирай: либо поможешь Носкову бежать из тюрьмы, либо мы порешим твоих близких. Но всё равно найдём в тюрьме того, кто нам поможет.
Михаил потоптался на месте, ноги прихватило от стужи.
– Денег сколько даёшь?
Незнакомец усмехнулся.
– Бывший приказчик, деловой человек. Правильно, деньги все любят… Тысяча рублей устроит?
– Нет, я не только местом своим рискую, но и свободой. А, если что не так?
– Не волнуйся, я тебе объясню, что делать. Начальство тюремное разве, что обвинит тебя в халатности. Две тысячи рублей… Соглашайся, это твоё жалованье почитай за десять лет.
Неожиданно Михаил представил себе справный домик с цветущим садом где-нибудь на Украине и Варю, одетую в белое платье с оборками. Соблазн был велик…
Ночью в одной из камер, вверенных младшему надзирателю Венгерову, раздались крики заключённых. Михаил тотчас поспешил выяснить: что случилось. Он распахнул небольшое оконце, прорезанное в двери, и увидел, как Носков корчился в судорогах, а из его рта струиться пена. Сокамерники, как могли, пытались помочь собрату по несчастью, но тщетно.
Венгеров отворил дверь ключом, заглянул в камеру.
– Ну что тут случилось-то? – нарочито лениво поинтересовался он. – Ни днём, ни ночью от вас роздыху нету…
Старший по камере подскочил к младшему надзирателю.
– Дык, господин начальник, вишь плохо Носкову. Ещё днём в цеху на заводе жаловался он на немощь. А теперича вона пеной изо рта исходится. Чевой-то с ним будет-то? А?
Венгеров подошёл к Носкову, скрюченному на полу посреди камеры. Пнул его для
– Вставай абаим [24] ! Хорош придуряться! – грубо приказал он. На что изо рта Носкова пена заструилась с новой силой, а руки и ноги вывернуло судорогой. Сокамерники перекрестились.
– Помрёт! Как пить дать помрёт! – причитал старший по камере. – А ведь всего-то в морду полицейскому двинул… Помрёт…
– М-да… – озадаченно выдавил надзиратель. – Может и помереть… Утром карету скорой помощи из каторжной тюрьмы вызову, – пообещал он.
– Не дотянет до утра-то… – вздохнул старший по камере, сотоварищи его поддержали.
24
Абаим – в данном случае обманщик.
И, словно в подтверждении этих слов, Носков снова изрыгнул пену и дёрнулся, неестественно вывернув ноги.
– Господи… – перекрестился Венгеров. – Вызову карету скорой помощи прямо сейчас. Путь, коли что, в тюремной больничке помирает.
В соответствии с правилами тюремного распорядка Венгеров должен был доложить дежурному старшему надзирателю, мирно похрапывающему в каптёрке, о внезапной болезни Дмитрия Носкова. Но он этого не сделал…
Дмитрий посмотрел на стенные часы – стрелки показывали полвторого ночи – подошёл к телефонному аппарату системы «Эриксон», которыми несколько лет назад по приказу Военного министерства оснастили все тюрьмы, полицейские и жандармские участки в Тобольске. Он покрутил ручку и прорычал в аппарат:
– Барышня, соедините меня с каторжным лазаретом!!!
Венгеров сделал вызов, указав причину, а затем зарегистрировал происшествие в специальном журнале отчётов. Конвойный с кареты скорой помощи должен был расписаться в соответствующей графе о приёмке больного. В тот момент, когда Венгеров заполнял журнал, младшие надзиратели совершали ночной обход камер.
Через полчаса прибыла карета скорой помощи. Носкова загрузили в неё при помощи тюремной охраны. Больной дёргался в конвульсиях и тихо стонал.
– Отходит сердешный… – с сочувствием заметил тюремный охранник.
Михаил протянул журнал конвойному.
– Подписывай, что больного принял… – Михаил вручил конвойному карандаш и тот поставил свою размашистую подпись в соответствующей графе.
Карета скорой помощи благополучно отбыла.
А через час у ворот исправительно-арестантского отделения появилась ещё одна карета скорой помощи…
Штабс-капитан Басов сверлил суровым взором поникшего Михаила, сидевшего напротив него за столом.
– Согласно вашему рапорту, предоставленному начальнику исправительного отделения, вы услышали шум в камере и крики о помощи… – листая бумаги, металлическим тоном произнёс офицер.
Венгеров кивнул.
– Точно так-с, господин штабс-капитан…
– Угу… И вы, согласно рапорту, решили оказать Носкову незамедлительную помощь, сиречь вызвать карету скорой помощи из лазарета каторжной тюрьмы…
Михаил снова кивнул, ощущая себя ягнёнком на закланье.
– И вы, – продолжил наседать Басов, – не согласовали своим действия со старшим надзирателем дежурным по смене. – Жандарм оторвал взгляд от рапорта. – Ну-с, любезнейший, здесь вам не село Спасское! Вы нарушили инструкцию внутреннего распорядка исправительно-арестантского заведения! Вы знаете, что за это бывает?