Старые истории
Шрифт:
Анна Павловна смотрелась кавалерист-девицей: в эластичных брючках, хромовых сапожках, в своем надоевшем бархатном пиджаке, которому износу не было, и лихом красном кепарике с длинным козырьком. Дело в том, что дочка-студентка, забравшая для тех же самых нужд ее «колхозные» монатки и резиновые сапоги, не удосужилась их вернуть, что было обнаружено только сегодня утром, чуть свет. Поэтому Анна Павловна срочно вытянула с антресолей свои «лошадиные» брюки и сапоги, с которых только и успела шпоры снять.
Народные массы же сочли ее костюм вполне вероятным.
Разобрали ведра, распределили грядки, разбились по парам и двинули. На том конце поля у леса трудились две сгорбленные фигурки в серых халатах, по-видимому, местные. По краю поля бегал быстрый картофелекопатель, подготавливая фронт работ. Агрономша Зина давала последние указания Коле Жданову — бригадиру.
Анне Павловне предложили в пару Катю Прокушеву из бухгалтерии, но Прокушева в ужасе отказалась, заверещала на весь русский простор:
— Не буду я с ней, она рекорды ставит! Я паду!
Анна Павловна встала с Устьянцевой.
— Анна, ты правда рекорды ставишь? — спросила Светлана.
— Не, я просто скорая. — Анна Павловна натянула резиновые перчатки, потом нитяные, согнулась, крякнула и принялась за дело.
— Ты бы еще варежки меховые сверху напялила! Упаришься ведь, — посочувствовала Устьянцева.
— Мне сегодня руки чистые нужны, — сказала Анна Павловна.
— Что-то я картошку от комков плохо отличаю, — пожаловалась Устьянцева.
— Сейчас подсохнет, видна станет, — успокоила ее бывалая Анна Павловна. — Ее же только что вырыли.
Солнышко грело, ветерок обвевал, работалось с приятностью. Наполненные ведра ссыпали в мешки, которые оставляли стоять за собой, они торчали по краю поля, как редкие зубы стариков, а бригада двигалась неумолимо все вперед и вперед, к лесу, у кромки которого поле обрывалось, и до этого леса было ой еще как далеко.
— Жданов, мешки давай, — заорала Анна Павловна. — Ссыпать уже некуда. По паре мешков бросили и успокоились!
— Сейчас подвезем, — сказал, подходя, Коля. — Эй, — закричал он народу, — больше четырех ведер в мешок не сыпать, а то нам в машину не забросить!
Дамы всех возрастов немедленно одинаково захихикали, и тут уж досталось Коле Жданову и его четверке грузчиков за неосторожное замечание по первое число. И насчет силы прошлись, и насчет слабости. И жен их пожалели, и понедоумевали, откуда детишки взялись. И помощь свою предложили, и обещали никогда с ними не связываться. Мужики погогатывали, женщины посмеивались, в общем, работа шла.
— Пока нет мешков, ссыпайте в кучи, а потом в мешки переложим, — предложил Жданов.
— Еще чего? —
Подошла Зина-агрономша проверить качество уборки и осталась довольна. А тут на поле выпер и грузовик с мешками. Он именно выпер, потому что несся почем зря по еще не убранной картошке, вминая ее в землю.
— У, зараза, — закричала Зина и замахала кулаками. — Пьяная сволочь, ну я тебя поймаю, я тебе устрою!
— Ваш, что ли? — спросила Анна Павловна.
— Кабы наш. Тоже из шефов. Приедет как на пикник, зальет глаза с утра, а работы — хрен. Я этого гада никак с бутылкой не поймаю, мне бы только его поймать.
Зина раскраснелась от гнева и была очень хорошенькой, что немедленно отметили про себя Анна Павловна с Устьянцевой и переглянулись с пониманием.
— А чего вы с ним цацкаетесь? Зачем надо его с поличным ловить, когда и так ясно, что пьяный? Составить протокол, штрафануть — и все дела, теперь с этим просто, — посоветовала разумная Устьянцева.
— Так для этого мне милиционера сюда надо доставить. А у меня время есть? Да и кто работать будет? Все шофера в разгоне.
— Ну а с бутылкой застанете, — заинтересованно сказала Анна Павловна, — что сделаете?
— По башке ею ему врежу.
— Ну что же, это дело, — согласилась Анна Павловна.
— За что мы ваш институт любим — работаете хорошо. Как дело до шефов доходит, так мы вас просим. Только вот транспорта у вас нет.
— Транспорта у нас нет, — подтвердила Анна Павловна. — Грузовики нам ни к чему.
— А я вас по прошлому году помню, — улыбнулась Зина.
— Я вас тоже. У нас какая норма на сегодня?
— Мы со Ждановым так подсчитали, что вам надо по рядам до леса дойти, а потом обратно. В два часа школьники приедут, им немного оставите.
— Ясно.
Зина пошла дальше, а женщины снова заработали.
— Картошка неважнецкая, — сказала Устьянцева.
— Да, мелковата.
— Вроде и погода стояла, а мелкая. Сколько тут с гектара, интересно?
— А ты знаешь, сколько надо?
— Нет.
— И я нет.
— Не может быть, чтобы ты, Ань, чего не знала.
— Ты где-то права. Я знала. Но забыла. Но, думаю, тут все равно ниже всяческой нормы. Все выбирай, горох на корм скоту пойдет.
— Да я выбираю, неужто чего оставлю, жалко ведь.
— Что интересно, Светка, я когда в студенчестве на картошку ездила, уставала как собака. И в корзины складывать, и в мешки пересыпать. А ведь молодые были, сильные. Сейчас — хоть бы хны. Мы вон уже сколько с тобой прошли, а усталости никакой. В чем дело?