Степь

Манасыпов Дмитрий Юрьевич

— А ты не ошибаешься, тебе точно я нужен?

— Никогда не ошибаюсь, мой мальчик.

Королева встала. Она не была маленькой, даже наоборот. Ростом, не смотря на небольшой каблук, ему не уступала нисколько.

Фиолетовая ткань, мягкая и летящая за ней, расстилалась по паркету. Королева прошлась по залу, не смотря на Енота. Остановилась, машинально поправив сгоревшую наполовину ароматическую бумажку. Показалось ли, или пальцы ее чуть подрагивали? Полноте, подумалось Еноту, с чего вдруг ей нервничать?

— Скажи мне, мальчик, что творится

в чистых землях?

— Мне кажется, что ты и сама все знаешь.

— Хм… А ты прав, но ведь так интересно знать точку зрения человека с той стороны. Поделись тем, что знаешь, неужели это так сложно?

— Что именно тебе хочется узнать?

— Что знают про нас.

— Ничего не знают. — Енот нисколько не покривил душой. — Я сам никогда бы не поверил в твой город, не окажись здесь. И мне не особо здесь нравится. Жду не дождусь, когда смогу уехать.

— Уехать? Ну да, уехать. Ты знаешь про мозговую чистку, Енот? Нет, как я понимаю. Ах, милый Михакк, такой добрый, такой душка. Ни слова не сказал о нашем обычае во время карантина, после которого снова никто не будет знать о Иркуеме.

Енот сглотнул слюну.

— Ну, это не так больно, как то, что было с тобой на Арене, мой мальчик. Так что не стоит переживать. Да и организм твой должен выдержать, не закипеть в самый ненужный момент. Ах, этот твой организм, Енот. Ты же не станешь мне врать про себя, не так ли?

— Что именно я не буду врать?

Королева снова села напротив него. Подперла, как и совсем недавно, подбородок руками.

— Про странное скопление мышц, костей, хрящей и прочего анатомического театра, расположенного у тебя под кожей. Ты не глуп и вполне понимаешь, о чем я.

— Зачем я тебе нужен?

— Зачем… хороший вопрос. Ты уже исключил возможность того, что мог просто понравиться мне? Я же женщина, как мне не вздыхать по твоим подвигам во время Игры… Нет, не веришь?

Енот покачал головой. Жить ему, предположительно, оставалось очень немного. Запах кофе, начавший доноситься откуда-то из глубины зала, щекотал не только обоняние, но и нервы. Совсем как недавно в Степи.

— Ты не доверяешь людям, Енот?

— Ты не человек.

— Почему? — она удивилась. — Руки, ноги, голова, что не так? Я бы доказала тебе что еще и женщина, но уволь, мой милый мальчик, ты прав. Такие особи, как ты, меня не впечатляют даже на легкий флирт. Так что ты не прав, Енот, я человек.

— Ты мутант. Высший мутант.

— А ты кто? Подарок рождественского деда? Воплощение ожившего Мэдмакса? Или самый обычный человек, у которого рассечения основных кровеносных сосудов заживают практически сами по себе, и который, пусть и не шутя, но крошит в капусту самых страшных противников. Я просила не врать мне, ай-ай…

— Ты знаешь, кто я такой, я знаю кто ты, что дальше? Зачем ты преследовала меня во снах?

— Зачем… ты нужен мне, Енот, на самом деле нужен.

— Еще пять минут назад я бы поверил в то, что ты хочешь со мной переспать и зачать какого-то героя,

явно равного если не Мэдмаксу, так хотя бы Верону Смертобойцу. — Енот усмехнулся. — Сейчас, ты уж извини, как-то не очень верится в такой расклад.

— А ты наглец… — тонкие светлые губы растянулись в хищной улыбке. — Не боишься вот так шутить?

Енот посмотрел на нее.

Он покривил душой, сейчас оно стало понятным совсем, практически полностью. От нее можно было бы сойти с ума, не будь аура Королевы такой опасной. Громадные глаза, тонкие, чуть брезгливо поджатые губы, черные узкие брови, вытянутый и хищный нос. Никогда ему не нравились такие женщины, но сейчас внутри снова что-то дрогнуло, заставив кровь побежать быстрее.

— Боюсь немного, не без того. Зачем я тебе нужен?

— Каков подлец… — она снова улыбнулась. — Если расскажу, так неужели тебе станет легче?

— А вдруг? — Енот потянул воздух носом. Кофе, скорее всего, скоро должен свариться. — Хотя бы не придется просто голову ломать.

— Действительно… — женщина снова села, аккуратно разгладив фиолетовые складки на коленях. — Это тоже верно. Хочешь, значит, правду… могу рассказать. А, что скажешь?

— Вход золотой, выход два?

— Скорее все десять. — Королева показала врачу, принесшему кофе, на стол. — Молоко тебе нужно?

— Не откажусь.

— Нахал… доктор, он меня даже не боится.

— Боится… — Врач остановился. Клюв маски повернулся в сторону Енота. — Запах не обманет. Все его реакции сейчас работают уже на половине возможностей, и все это просто бравада. Страх ощущается в поте молодого человека и в том, что сейчас выделяют его надпочечники.

— Видишь, Енот, медицину не обмануть. Ну так, юный нахал, пей кофе. И пока не бойся.

— Бояться придется потом? — Кофе пах просто одуряющее.

— Возможно, — она отхлебнула из чашки, показав мелкие желтоватые зубы. — Ты хочешь что-то спросить?

— Хочу. Почему Алая королева, если красного нет совсем?

— Почему Алая?.. — она поставила чашку на стол. — Смотри.

Страх пришел запоздало, когда фиолетовый вихрь взметнулся, и он не успел даже дернуться, и улетели в сторону тонкие кожаные перчатки. А черные длинные ногти-когти оказались прямо у его лица, и теперь, по-настоящему, вошли в кожу, проколов ее самыми кончиками-иглами.

Енот застыл и увидел…

Деревенька стояла себе лет уже двадцать. Даже старики успели появиться, из тех, кто сам мало что может сделать. Но таких в ней ясное дело, было очень мало. Ни время, ни место, все не то. Да, куда спокойнее, чем у соседей в Степи, там, говорили некоторые, так совсем плохо. Крестьянские общины и фермы только у городов, чтобы удрать за стены, если что случится. А у них тут, у Камня, тишь-гладь да божья благодать. Редко кто найдет деревню, спрятавшуюся в лесах. Да и те разрослись так, что пойди в них отыщи кого-то, кто не хочет, чтобы его нашли.