Степь
Шрифт:
Надеяться на попадание в блок управления автоматическими пушками она даже не думала. Главное убрать караульных раньше, чем они смогут помешать ребятам попасть в «мертвую» зону орудий. Женщина выдохнула, выбирая спуск. «Ведьма» мягко, но сильно лягнула ее в плечо. Один из бойцов тут же пропал со стены. Винтовка сухо кашлянула еще раз, убирая второго.
Со стороны усадьбы загрохотало, раскатисто и глухо, полетели хорошо заметными огненными плевками трассирующие. Семерка выругалась. Задумка Бирюка не удалась.
Женщина сплюнула, стараясь поймать в прицел третьего на стене. Где он, где, зараза? А… вот ты, дорогой.
— Да твою же мать! — Бирюк высунулся из-под стены, выстрелил. Змей возился у стены, на ходу меняя первоначальный план. Ничего другого им не оставалось. В рюкзаке ученого, аккуратно обернутый в ткань, лежал прямоугольник взрывчатки. Сделал ее сам Змей еще вчера. На всякий случай… вот он и представился.
Бирюк смог сбить со стены двух прибежавших охранников, но потом в дело включились пушки. Со стороны холма, где оставалась Семерка, выстрелов больше не было. Когда яркие точки ОФЗ [22] пролетели в ту сторону, бородач про себя помолился по ее душу.
Сейчас всем троим пришлось вжаться в стену, лишь изредка огрызаясь в сторону противника, прочно сидящего на стене. Спасало одно — ее же выступ, не дававший возможности кинуть гранату. Те отлетали от твердого карниза и летели в сторону. Паритет — одни наверху, другие внизу. Ни взад, ни вперед. Только у «гарнизона» Хамзы в наличии и время, и дополнительные силы, а у Бирюка с товарищами ни того, ни другого.
22
ОФЗ — Осколочно-фугасно-зажигательные боеприпасы крупнокалиберного автоматического оружия. Прим. автора.
Тело одного из часовых, патрулировавшего наружный периметр и не успевшего уйти за стену, несколько раз вздрогнуло, принимая в себя пули от его бывших товарищей. Еще живых. После выбитой из него информации толку от парня с грубой кожей на лице больше не оказалось. Бирюк убил его ударом ножа под лопатку, а сам с товарищами распластался по жесткой колючей земле, прикрываясь им как щитом.
— Фейчаф… — прошипел Змей через зубы, сжимающие шнур запальника. — Отфодим ф фторону.
Они отползли, стараясь не шуметь. Змей щелкнул пальцами, заставив Бирюка присмотреться к нему очень внимательно. На кончиках указательного и среднего заплясал огонек. Но удерживать его чистильщику давалось с явным трудом. По лицу и заметно отросшей бородке пробежали капли пота. Но конец шнура зашипел и вспыхнул, огонек бойко побежал в сторону заложенной взрывчатки.
Место для закладки Змей выбрал верно, подогнав прямоугольник точно под один из углов, над которым торчал выступ для охранников. И не прогадал.
Грохнуло не особо громко, но результат превзошел все ожидания. Стена завалилась внутрь, стуча падающими блоками. Кто-то из часовых, находившихся в защитном выступе наверху, орал от боли. Крик поднимался все выше, поднимаясь вверх откуда-то из-под невидимых из-за пыли и дыма кусков ограждения. Не воспользоваться моментом и просто помереть — сейчас
Он смог пробежать до «мертвой зоны» попадания автоматических молотилок раньше, чем они среагировали. И это навело Бирюка на определенные мысли. Вряд ли, если залпы не поспели за ним, установки действительно полностью механизированные. Электроника для таких игрушек сложная и дорогая, и даже местных преступный царек вряд ли позволил бы себе такое. А, значит, что? Да то, что где-то, не так уж и далеко, за гашеткой и поворотным устройством сидит человек. Ну, или мутант, роли особой это не играло. Осталось только найти его и покончить с опасностью. Помог случай в виде отползающего в укрытие охранника.
При падении со стены парень сломал себе обе ноги и сейчас пытался убраться внутрь усадьбы, надеясь на силу рук. Бирюк не дал его надеждам осуществиться.
Сапог бородача вдавил голову часового в липкую от прошедшего дождя грязь. Бирюк оглянулся, не заметив кого-то из других охранников. Со стороны дома его закрывала совершенно глупая статуя голой бабы с обломанными руками, а пушки сюда уже точно не доставали.
— Где сидит стрелок из орудий? Говори!
— А не пошел бы ты?
Бирюк пнул по перелому. Раненый заорал и тут же замолк, ощутив приставленный к голове ствол.
— Говори, живым оставлю.
— Лестница идет за домом.
— Вход внутрь оттуда тоже есть?
— Есть.
— Спасибо.
Убил он его быстро, прострелив череп. Врать нехорошо, но не врагу.
Дело оставалось за малым — успеть добраться до указанного мертвецом каземата, выжить и разнести его к черту. Вот только сказать или подумать всегда куда проще, чем сделать.
Охрана дома начала стрельбу через бойницы. Змей и Михакк отвечали, прикрываясь обломками стены. Бородач прислушался, стараясь понять: сколько стволов сейчас против них? Выходило, что пять. Хотя рассчитывали даже на меньшее количество. Если, конечно, никто сейчас не заходит парням в тыл.
Он двинулся в сторону временно замолчавших орудий. Побежал, низко пригибаясь к земле и стараясь спрятаться за чем-либо. Повезло, двор у Хамзы не пустовал. Несколько больших фургонов, полуразобранная бронемашина, орудием которой к счастью никто не успел воспользоваться, тюки, сваленные прямо на землю. Бирюк порадовался про себя безалаберности хозяина и тому, что бежать осталось всего ничего. Нужная ему лестница уже замаячила впереди, и он поднажал, пролетев оставшиеся метры.
Да, каземат. Сделанный глупо и дилетантски. Успел ли кто-то внутри рассмотреть смазанную темную тень, взмахнувшую рукой? Бирюк над этим задумываться и не собирался. Граната влетела в щель, как специально сделанную под ее металлическое яйцо. Грохнуло, плеснуло наружу пылью и дымом, криков практически не было.
С замком, запирающимся изнутри, Бирюк не церемонился. Просто на время заменил магазин на другой, в приемнике которого нагло выглядывали красные головки бронебойных патронов. Вбежал внутрь, водя по сторонам стволом. Пусто.
Мешок в серой форме, еще стонущий и булькающий кровью, прочертила короткая очередь, заставив замолчать. Бирюк подошел к механизму управления пушками и выругался. Воспользоваться ими в собственных целях уже не выйдет. Осколки повредили и оптику прицела и рукоятки с гашеткой.