Степь
Шрифт:
— Нам сюда, — доктор остановился перед утопленной в стену стальной дверью. — Проходите.
Дверь плавно отъехала в сторону. Енот для вида даже не стал удивляться. Смысла в этом не было ни капли. Если его догадки верны, то известного про него материала хватит для того, чтобы он остался внутри этих стен навсегда. Так что корчить из себя простачка, ни разу не видевшего действия механических дверей?
Внутри оказалось так же темновато, как и в коридоре. Приглушенный оранжевый свет ламп, закрытых дутыми колпаками темного стекла не дал возможности рассмотреть все и сразу.
Про
Ровным рядком, закрепленные на толстых резных досках, на него смотрели невидящими глазами головы. От входа и на глазок он смог насчитать около семи. Остальные уходили куда-то вглубь вытянутой залы, теряясь в клубах дыма, плавающих под не очень и высоким потолком. Густо тянуло смолистым духом от поленьев, лениво потрескивающих в большом камине. В курильницах, торчавших повсюду, сладко и тяжело пахли длинные плоские бумажки. Вытягивались вверх, к потолку, огоньки восковых свечей. Стелился сладкий запах табака из Эмирата и сгорающего где-то неподалеку гашиша в курительной трубке. Самое главное Енот обнаружил в последнюю очередь. Оторопел, дернулся, желая сбежать отсюда с диким криком испуганного мальчишки. И не из-за интерьера.
— А вот и наш новичок… — голос, бархатный и ласковый, заставил Енота вздрогнуть. — Добро пожаловать.
Он еще не рассмотрел хорошенько говорившую женщину, хотя и так знал то, как она выглядит. Вплоть до цвета лака на длинных, больше похожих на когти ногтях. Фиолетовая тяжелая ткань сразу бросалась в глаза, напоминая о снах. Енот остановился, не решаясь шагнуть вперед, рассматривая сидящих близко к нему игроков в карты. Да-да, тут вовсю шла игра.
На красную, с золотым шитьем парчу только что шлепнул со злости прикуп сероватокожий детина с одним глазом. Вместо второго на злой небритой роже красовался странный прибор, делающий его похожим на богомола.
— Все, я вышел, — серокожий встал и повернулся к Еноту. — Тем более что вам, ваша милость, есть чем заняться.
Енот проглотил слюну. Как бы его не интересовали оставшиеся два игрока, каких он прежде не встречал, сейчас стало совсем хорошо видно: кому принадлежит голос из его кошмаров последних ночей. И странно, что он не предполагал реальности ее существования.
Прищурившийся низкий человек, сутулый и щуплый, поправил на поясе кобуру, глядя на него. Черная униформа тяжелых корпусов Эмирата и эполет с шитьем на левом плече говорили сами за себя. Ноги силы Иркуема явно росли и оттуда.
Третий из игроков, решивший выйти, одноглазый и четырехрукий серокожий биосолдат, потрясал своей мощью. Похожий на удивительно стройного и подтянутого медведя, покрытого легко носимой броней, он глядел на Енота с одним желанием, легко читаемым во взгляде: убить. Или убить и съесть, кто их, генномодифицированных знает?
А вот прямо за его выставленной на стол рукой, больше смахивающей на бревно, сидела ОНА. И смотрела на чистильщика странными
— Проходите, дорогой гость… — промурлыкала Алая королева. — Не стойте столбом, мы вас уже заждались. Доктор, как наш пациент?
— В прекрасном состоянии, ваша милость, — врач сел на освободившийся стул. — Потрясающая регенерация организма, осмелюсь доложить. Хотя я и излагал это в недавней записке…
— Да-да, я помню. — Королева продолжала обволакивать Енота всеми своими тембрами. — Да что ж такое, что ты там стоишь, красавец. Давай-ка, садись. Есть, сдается мне, хочешь? Ты уж прости, что перешла на «ты», м-м-м?
— Конечно, — он наконец-то сел. — Спасибо.
— Да полноте тебе, ничего такого, — королева отмахнулась. — Ты же оказался победителем, прошел всех и все, да еще и остался жить после всего этого. Как тут не помочь? Хотя… откуда мне знать, что говорят у вас про таких, как мы? Правда, мой дорогой… Енот, правильно?
Глаза у нее оказались не бесцветными, как подумалось в самом начале. Просто очень светлые и серые глаза, с хорошо заметными алыми точками по самому краю радужки. Внутри Енотовой головы сильно толкнуло изнутри, заставляя лихорадочно начать вспоминать что-то очень важное и связанное именно с такими вот точками.
— Да, Енот.
— Ой, ты не удивляйся, я ведь, как-никак, но королева… пусть и очень маленького королевства. Что для меня стоит узнать то, как зовут одного из сопровождающих моего любезного Михакка, да еще и спасшего не менее любезнейшего моему сердцу Горностая.
Рука в перчатке погладила лежащую рядом горжетку из соболей. Мягко и ласково, чуть задерживая пальцы, точь-в-точь как кошка, показывающая свое право. Чем-то она и сама напоминает кошку, и это заставило Енота занервничать еще сильнее.
— Горностай, да… — протянул он. — В Степи заведено помогать попавшим в беду.
— Да ты что? — непритворно удивилась Королева. — А ты смешной.
— Эта тварь убила Скорпиона, — рыкнул биосолдат. — Я бы его…
— Кто бы сомневался в том, что ты его и далее по списку, а, Стерх? — ее голос дрогнул, со странным оттенком легкого презрения. — Только здесь мне решать, кого и как, ты же это помнишь. А твой Скорпион был тупым и недалеким ублюдком, не способным ни на что, кроме как убивать более слабых. И Енот это хорошо показал там, в Лабиринте.
— Ваша милость, простите, — здоровяк наклонил голову. — Я виноват, зарвался.
— С кем не бывает. Хорошо, иди пока и проверь караульных, что ли. Доктор, вы пока останьтесь, сделайте мне кофе. Джафар, вы же поможете моему доктору, у вас так получается варить кофе…
Эмиратец и доктор молча встали и удалились. Биосолдат, недовольно ворча, скрылся за дверью. Енот поискал глазами кого-нибудь еще, но в зале оказалось полностью пусто.
— Ну, здравствуй, Енот… — женщина, сидящая напротив, или непонятное существо в ее облике, улыбнулась ему. — Я так долго тебя ждала.