Стиль барса
Шрифт:
– Мне кое-что удалось все же выяснить, – решил приободрить своего клиента Китаец. – Ваша дочь не у Тяпы.
– Это он вам сказал? – недоверчиво спросил Крестовский.
– Да, – уверенно произнес Китаец.
В трубке послышался судорожный смех. Крестовский явно был на взводе.
– Не смешите! – глухо проговорил он.
– Я отвечаю вам за это. Тяпа сам боится, что его не сегодня-завтра укокошат.
– Вы говорите о нем, как об агнце божьем, – с язвительной горечью произнес Крестовский. – Или он предложил вам больше?
– Олег Васильевич, – внушительным
– Да-да, – снова рассмеялся Крестовский, – мы тут с вами треплемся о профессиональной этике, в то время как моя дочь…
Китаец услышал стон, потом нечленораздельное бормотание, которое, по всей видимости, должно было сыграть роль громоотвода, дабы Крестовский не разрыдался.
– Олег Васильевич, держите себя в руках. Знаю, это нелегко… но поверьте, вам обязательно позвонят. Мы ведь с вами решили, что вы до поры до времени будете выполнять все требования похитителей. Они просто маринуют вас… Для того, чтобы вы были посговорчивее. Вас хотят сломать. Иначе я не могу объяснить молчание этих мерзавцев. Наберитесь терпения. Если что, звоните. – Китаец говорил рублеными фразами, ему казалось, что их ритм заключал в себе что-то воинственно-мужское, способное развеять тоскливый дым мучительного ожидания.
– Хорошо, – подавленно выдохнул Крестовский. – Но хоть какие-то наметки есть?
– Говорить что-либо рано… – уклончиво ответил Танин, – но я делаю все от меня зависящее…
– Да не рапортуйте вы, как пионер! – оборвал его Крестовский.
– Еще раз повторяю, – немного повысил голос Танин, – все от меня зависящее я делаю. Если вам позвонят, а я уверен, что так оно и будет, не забудьте потребовать, чтобы вам дали поговорить с дочерью.
– Я сделаю это.
Попрощавшись с Крестовским, Китаец отложил трубку и посмотрел на Лизу. Ее наряд был загваздан, а в одном месте порван, но она потихоньку приходила в себя и уже начала улыбаться. Сбросив пиджак, при помощи интенсивных поглаживаний себя по рукам она пробовала справиться с мурашками.
– Лиза, ты же знаешь, где ванная, – мягко улыбнулся Китаец.
– Ага… – легко вздрагивая, кивнула Лиза.
Китаец прошел в спальню, принес свой махровый халат.
– Вот, держи.
Лиза неловко приняла из его рук халат и растерянно посмотрела на него. Потом вдруг лукаво улыбнулась и в свойственной ей беззаботно-провоцирующей манере сказала:
– Спинку не потрешь?
Китаец шлепнул ее по заднице.
– Хороший знак, Лиза… Ты приходишь в себя.
– Вот только головка бо-бо. – Лиза скроила страдальческую гримасу.
Китаец принес из кухни, где на столе по-прежнему красовалась банка икры и прочие атрибуты их недавнего с Бухманом пиршества, аспирин «УПСА» и стакан с водой. Лиза растворила пару таблеток и залпом выпила. Потом принялась развязывать завязки на кофте. Китаец сделал вид, что ничего не замечает.
Пока она плескалась в ванне, Китаец переоделся в домашние джинсы и рубашку и, достав из бара коньяк и две рюмки, устроился в глубоком кресле. Выпив рюмку, он взялся за телефон.
– Что, мамуся, совесть замучила? – раздался в трубке звучный баритон Игоря после того, как Софья Петровна соединила его с Китайцем.
– Я чувствую себя страшно виноватым, – с иронией отозвался Танин.
– Где ты шляешься?
– Нас вчера сцапал Тяпа, – засмеялся Танин. – Не поверишь, но в его лице у меня появился еще один клиент.
– Вот как? Рад за тебя, – хихикнул Бухман, – а вот я, мамуся, сегодня утром на такси на работу добирался. За меня не порадуешься.
– Игорь, прости, так получилось… – еле сдерживая смех, сказал Танин.
– Одним «прости», мамуся, не отделаешься, – усмехнулся Игорь. – Старушка-то моя хоть цела?
– Даже помолодела, – пошутил Танин.
– Постой, ты сказал «нас сцапал». Так ты был не один?
– С крошкой Ли Зи, – вздохнул Китаец.
– С ней все в порядке? – встревожился Бухман.
– Опека малолетних твое новое хобби? – поддел Бухмана Китаец. – На мое самочувствие тебе наплевать!
– Эх, мамуся, вижу, Тяпа тебе нервишки потрепал…
– Лиза в ванной… Жива и здорова. Вчера она перебрала, а так все нормально.
– И что же ты намерен делать с моим бедным «Опелем»?
– Подогнать его к стенам твоего офиса часика через два. Мне еще нужно привести себя в порядок.
– Через два, так через два.
– Игорь, у меня к тебе тут вопрос имеется. – Китаец прикурил от своей видавшей виды зажигалки.
– Валяй.
– Ты мне давеча рассказывал страшные истории из будничной жизни авторитетов.
– Да-да, припоминаю, – в таком же ироническом ключе ответил Бухман.
– Меня интересуют судьбы перечисленных тобой авторитетов.
– Я ж тебе сказал, что их грохнули. – Бухман сделал паузу и продолжил: – Борода погиб первым из них. Его взорвали в собственном «Мерседесе». Следующим был Петруха. Застрелили на даче. К делу, конечно, не относится, что дача сия скорее напоминала виллу. Причем убивший его, судя по тому, что выстрелов было не один и даже не три, а целая автоматная очередь, наверняка не был киллером. Я имею в виду – профессионалом. Толмача расстреляли на выходе из его офиса. Он занимался газом. То же самое: обычная автоматная очередь. Подъехала битая-перебитая «БМВ», в ней ребята… Косяка замочили дней десять назад. Подстерегли в подъезде, когда он к своей зазнобе направлялся. Думаю, начался великий передел сфер влияния.
– Но это же не авторитеты себе подобных грохают…
– Нет, уверен в этом.
– Тяпа нанял меня, чтобы я нашел того, кто стоит за всеми этими смертями. Он сам трясется, хотя еще гарцует. – Китаец выпустил облачко дыма к потолку.
– Он поступил весьма разумно. Только вот…
– Ты сомневаешься в моих способностях?
– Больно уж силы неравны, – вздохнул Бухман, – тот, кто так цинично убивает авторитетов, не будет церемониться с детективом.
– У меня нет выхода. – Танин заложил ногу на ногу, продолжая пускать дым. – Я должен с этим разобраться. К тому же Тяпа знает о Ли Зи. Я не могу рисковать ее жизнью.