Стиль барса
Шрифт:
– Ну бля, ваще, в натуре, Леонидыч, я че, совсем ослеп, что ли? – Сергей опустил сжатые в кулаки руки на стол.
– Ты ошибся, – зыркнул на него Заватов, – пошли, пусть мать собирается.
Он развел руками, встал и пошел к столику Тяпы, Серый двинулся следом. Вскоре они все вчетвером поднялись из-за стола и вывалились в вестибюль. Серый остался рядом с охранником, а остальные трое отправились на свежий воздух.
Когда двери зала за ними закрылись, Инна чуть не плача принялась складывать вещи в сумочку. Покончив с этой работой, она сунула руку под скатерть, нащупала там визитку, внимательно на нее посмотрела, опустила в сумку и с облегчением щелкнула
– Ты че, меня лохом задумала выставить? – услышала она горячий грозный шепот.
Серый принялся вываливать содержимое сумочки прямо на пол. Сопровождая зычным хохотом каждый разбивающийся о кафельный пол предмет из женского арсенала, он то и дело взглядывал на ошарашенную таким наглым вероломством Инну, которая наблюдала за этим варварством, прикрыв ладонью рот.
Обнаружив визитку, Серый едва не запрыгал на месте. Он со злобным торжеством посмотрел на притихшую и запуганную Инну.
– В прятки решила поиграть, б… такая? – ухмыльнулся он и сделал к ней шаг.
Инна не успела завизжать – карающая длань Серого стопудовым камнем легла на ее шею.
– А-а, – хрипела она.
– Что ты ему успела наплести, паскуда? – Серый сдавливал ей горло, одновременно тряся ее. – Отвечай, гнида, а то урою! Ну? – Видя, что Инна все еще сопротивляется, отказываясь говорить, Серый разомкнул лапищу и несколько раз наотмашь ударил Инну по лицу.
Из одной ноздри у нее потекла светло-красная струйка крови.
– Ща те весь нос распотрошу, – заорал он, – будешь говорить?
Кровь капала на черное Иннино платье. Она страшно побледнела. У нее кружилась голова и сердце екало от страха.
– Интересовался Тяпой, сказал, что хочет узнать, где он живет. Я ему сказала, что за городом и еще – про ангар. Но где он находится, сказала, что не помню, – сдавленно произнесла Инна, уставившись в пол и хлюпая разбитым носом, – он частный детектив, ищет какую-то девушку…
– Сука! Какого хрена трепалась с ним? Часом не забыла, за чей счет живешь? Я с тобой знаешь, что сделаю? – В глазах Серого запылал садистский огонь. – Ты у меня попляшешь! Так тебя отмудохаю, что превратишься в одну большую дырку. – Он развязно захохотал, изо всех сил сунув кулаком Инне в пах, потом разжал пятерню и схватил ее за то, что иные из ее клиентов, дядечки вполне интеллигентные и явно начитавшиеся библейской «Песни песней», восторженно именовали сказочным садом. Инна вскрикнула. Удар прямо в лицо заставил ее отлететь к стене. Она хлобыстнулась головой о кафель и осела на пол. Сознание на миг покинуло ее, смешавшись в радужное кольцо парящей сумятицы. Поэтому прозвучавшие звериным рыком слова Серого, не содержавшие, впрочем, ничего, кроме диких угроз и ликующего свинства, прошли мимо нее.
Реабилитированный в своих подозрениях, он вышел из туалета в таком же приподнятом настроении, в каком герой Ван Дамма в «Инферно», прихлопнув двух милых братишек, издевавшихся над своим престарелым больным дядей, взрывал «язычников» и убивал членов преступного семейства наркодельцов. Кивнув охраннику, Серый вышел на улицу. Не доходя до хозяйского «Мерседеса», остановился у заватовской «БМВ». Он молча, с торжествующей ухмылочкой протянул тому отобранную у девушки визитку.
– Молодец, Серый. – Заватов покрутил в руках визитку. – Сыщик, значит… – с тайной угрозой произнес он.
Серый
– Какого хрена ты пропал? – нетерпеливо спросил его хозяин.
– Да этой сучке Инке мозги промывал – натрепалась сыщику о тебе. Где у тебя дом, где ангар…
– Какому сыщику? – вскинул удивленный взгляд изрядно пьяный Тяпа.
– А вон Михаил идет, он тебе все расскажет.
К «Мерседесу» действительно шел Заватов. У него было несколько озабоченное лицо.
– Вон его «Опель», – сказал он, усевшись рядом с Тяпой на заднем сиденье. – Там у него одна шлюшка сидит, очень даже ничего, – плотоядно усмехнулся он, – думаю, этот Шерлок Холмс поедет следом за тобой.
– Да я его… – размахался было руками Тяпа.
– Не надо, Юра, нервничать. Поезжай к ангару – развлечешься. И своих предупреди по мобильнику, что, мол, гость едет. Расколешь, кто его нанял и для чего. – Он бросил на Тяпу выразительный взгляд.
– А ты не дурак… – Тяпа прищурил свои младенчески наглые глаза. – Только не зарывайся! И не командуй!
– Да я ж для нашего – твоего и моего – блага стараюсь, – заискивающе посмотрел на Тяпу Заватов.
– Хвалю. – Жестом купца, разомлевшего от спиртного и лакейского подобострастия, Тяпа потрепал Заватова по плечу.
ГЛАВА ПЯТАЯ
– Не пойму, чего они межуются. – Китаец курил уже третью сигарету с того момента, как увидел в дверях ресторана Тяпу, одного из его телохранителей и Заватова.
Лиза спала сном праведницы, так что реплика Китайца прозвучала вдвойне риторически.
– Ты часом не притворяешься? – Он приподнял ее лицо за подбородок.
Нет, Лиза не притворялась. Стоило Танину отпустить ее подбородок, ее кудрявая вздорная головушка упала ей на грудь. Наконец вылезший из «мерса» Заватов направился к своей «БМВ». Еще через минуту серебристая громада, в которой сидел Тяпа, тронулась с места. Заватов, к удивлению Китайца, не стал сопровождать своего приятеля – его «БМВ» свернула в сторону на первом же перекрестке. Немного притормозив, чтобы увеличить дистанцию, Китаец устремился за серебристым «мерсом». Лиза глубоко вздохнула, буркнула что-то нечленораздельное и опять погрузилась в сон.
Плавно покачиваясь на мягких рессорах, серебристый «мерин» направился в сторону Ленинского района. Чем дальше он отъезжал от центра города, тем быстрее двигался. Миновав Трошинский мост, «Мерседес» еще прибавил и несся теперь со скоростью больше девяноста километров в час. Бухмановский «Опель», надрывая двигатель, не без труда выдерживал необходимое расстояние. Китайцу приходилось лавировать в редком потоке машин, рискуя лоб в лоб столкнуться с двигавшимся во встречном направлении транспортом. Дороги в Тарасове были не лучше, если не хуже, чем в других городах России. Если на своем «Массо» Китаец особенно и не старался объезжать все выбоины и надолбы, то на «Опеле» приходилось еще и следить за состоянием дорожного покрытия, чтобы не влететь в слишком уж глубокую яму.
Танин уже начинал было подумывать, что Тяпа едет за город, но серебристый «Мерседес» на последнем перед выездом светофоре свернул направо, к Елшанке. Когда-то Елшанка была пригородным поселком, а теперь, когда город разросся, влилась в Ленинский район. «Мерин» сильно сбавил скорость, старательно объезжая особо грубокие рытвины на асфальте. Проехав поселок, за которым, как было известно Танину, располагалось несколько промышленных и торговых баз, «Мерседес» снова свернул направо, на довольно узкую дорогу, идущую между бетонными заборами.