Стив

Смирнова Ирина

— Юй… Госпожа? Предупредите, пожалуйста, чтобы за Марисоль присматривали с учетом того, что она инопланетная девушка и выросла в семье, где все решали мужчины. Ну сделайте мысленно гендерный переворот, а?!

На меня внимательно посмотрели, а я, встретившись с пристальным взглядом Юйши, встал и принялся изучать травинки, демонстративно дожидаясь ответа. Если разозлится и попробует снова ударить, вот правда же, поймаю за руку и зажму тут, между заборов! Или удушу, или изнасилую, не знаю даже. Устал я за сегодня от того, что меня, не понятно за что, целый день избивают!

— Хорошо, Стийв, я предупрежу.

Я снова попытался встретиться

взглядом с Юйшей, но на меня уже не смотрели, удаляясь по тропинке в сторону одного из домов. Тикусйо! Ну что я опять не так сделал-то!

Юйша

Мое солнышко неожиданно ни словом не возразил против моего решения, внимательно меня выслушал и задумался о чем-то на минуту. А потом выдал:

— Предупредите, что Марисоль инопланетная девушка, не привыкшая принимать решения самостоятельно.

Как я понимаю, это был выстрел в сторону Джей, забывшей запереть девчонку перед посадкой и не проследившей, чтобы эта кундейка мелкая пристегнулась. Мальчишка прав, и своей помощнице я намекнула, что радость от встречи с семьей не должна блокировать доступ к разуму. И, в принципе, он еще раз прав, переживая, что моя тетушка примет его сестру за разумную женщину, чему немало может поспособствовать ее беременность. Это на нашей планете нет такого понятия «залет от изнасилования», потому что мужчины не залетают, а женщин не насилуют. Для Венги беременность — это важный и продуманный шаг, который обсуждают со старшими, тщательно выбирают отца ребенку, планируют бюджет семьи с учетом того, что какое-то время женщина не сможет трудиться с полной отдачей, а потом вообще год будет занята только малышом. И обязательно создают фонд для оплаты обучения, если ожидается девочка. На простых смертных, в отличие от аристократов, деньги с неба не падают, их копить надо. На все. И на технику, и на редкие семена, и на учебу в Университете.

Тетушка — редкая умница, но наверняка будет подсознательно оценивать эту девчонку по местным меркам.

— Хорошо, Стийв, я предупрежу.

И я быстро направилась к своему дому, уже очень хотелось скорее обнять и мать, и Ийнни. А вот моя любимица, Айнийка сейчас должна уже была уехать в лагерь. Ну ничего, завтра-послезавтра съезжу, навещу и передам подарки. Пусть перед подружками похвастается очередными нарядами.

Стив

Деревушку со всех сторон окружал лес, но сзади он был неширокий, и за ним было озеро — мы оттуда прилетели. Впереди, сразу за выстроившимися полукругом домиками, было огромное поле, а справа — цветущий сад. Но мы пересекли площадь и пошли по тропинке, между заборов налево.

У дома, напротив которого мы остановились, фасад был такой же ступенчатый, как и у дома Юйшиной тети, только в середине двухэтажка, а по бокам — одноэтажки. И из дерева была сделана только центральная часть, а две пристройки — такие же обмазанные чем-то белым, как и остальные домики вокруг. Из чего я мог сделать два вывода. Первый — нормальные деревянные постройки тут доступны только элите, и второй — семья моей женщины в этой деревушке по положению на втором месте. Вроде бы мелочь, но приятно, на самом деле.

Юйшайра сразу двинулась к правой пристройке, у которой сбоку была отдельная дверь. Меня вроде бы никто не приглашал, но я нагло вошел следом — в конце концов, я же вроде как инопланетная бестолочь, меня еще учить и учить. Пороть меня за такой пустяк не будут, но стоять во дворе и ждать, пока обо мне вспомнят, не хотелось. К тому же их местные

аналоги наших деревенских кур, старательно делающие вид, что клюют червяков, абсолютно не внушали мне доверия. Они чем-то неуловимым напоминали индюков, а с этими птицами у меня не очень складывались отношения еще с раннего детства. Драпал я от них как-то, сверкая пятками и развивая сверхзвуковую скорость, по всей деревне.

Прихожая была маленькая-маленькая, мы с Юйшей с трудом в ней уместились. Я быстро сбросил с себя сандалии и, под пристальным взглядом Юйшайры, опустился на колени и помог ей снять обувь. Климат Венги на нее повлиял очень расслабляюще — на корабле она еще сама умела разуваться.

На четвереньках ползти я не захотел и, встав с коленей, вошел за Юйшей в большую светлую комнату. Слева было огромное окно, занавешенное тяжелой шторой — такого плана висели в комнате у моих родителей — плотные, почти не пропускающие свет. Только мама любила темные тона, а тут все в комнате было светлых серо-голубых оттенков.

С двух сторон от окна стояли высокие шкафы, полки одного из них были заставлены дисками с книгами и видео, а на втором красовались различные безделушки. Наметанным глазом я сразу выделил парочку довольно редких, представляющих антикварную ценность, причем не только на родной им планете, но и по всей галактике. Интересно, сама Юйша понимает, какое богатство пылится у нее на полке?! Иех, сюда бы каталог моего отца… Наверняка в этой свалке найдется еще пара-тройка древностей.

Напротив двери стоял стол и два кресла, а за дверью, вдоль стены, пряталась кровать и прикроватная тумбочка. Расстеленный на полу ковер очень напоминал тот, что был в каюте Джейнни. Я сразу вспомнил свое полное впечатлений утро и так и оставшийся без ответа вопрос.

Юйша:

Какое это счастье — вернуться домой, в оплот стабильности и неизменности, упасть на кровать, прямо на покрывало, и, закинув руки за голову, откровенно любоваться привезенным из очередного путешествия сувениром, пока он внимательно изучает мою комнату.

Мое солнышко издал странный звук, как будто в горле запершило.

— Госпожа… — Да, это обращение так до сих пор и вылезает из моего мальчика со скрипом. — Вы же мне так и не сказали, как я должен был поступить правильно… — и глазками привычно стрельнул, зараза мелкая!

Только я приготовилась ему ответить, как дверь открылась, и в комнату влетел ураган, с радостным криком обнявший меня за шею:

— Юйшайра!!!

— Айнийка, я тоже рада тебя видеть, моя маленькая!! — Соскочив с кровати, я быстро закружилась по комнате, крепко удерживая сестренку за руки… Несколько лет назад она бы уже у меня летала, но оторвать от пола двенадцатилетнюю крепенькую телочку намного сложнее, чем тростиночку, какой она была совсем недавно.

Весело смеясь, мы вместе упали на кровать.

— Мама и Ийнни накрывают праздничный стол, тетя Айлэйн и Шуйлли в саду, попозже придут, а папа в поле с Тойном.

Мой отец такой же отличный агроном, как и брат. Только Тойну двадцать один, а отцу пятьдесят два. Но он все еще в отличной форме, и я точно знаю, что мама по-прежнему его использует без всякого зазрения совести. А новенького наложника, Ийку, которого я ей подарила на пятидесятилетие в прошлом году, она неофициально отдала Ийнни. Ну и правильно, раз ей он не нужен, то пусть хоть сестренка мальчика попользует. В семнадцать лет уже можно иметь своего собственного мужчину, а не таскать их у старших женщин.