Странники вселенной
Шрифт:
– Семеныч старше тебя раза в три, а то и больше, – продолжал воспитывать Вовку Чертогонов. – И пример с него брать нечего. Далеко не весь его словарный запас можно использовать в приличном обществе.
– Замаял ты, Николаич, со своими нравоучениями, – поморщился Владимирский. – Сам-то тоже не институтская девица.
Вовка хохотнул, за что снова получил подзатыльник, уже покрепче.
– За что?! – оскорбился он.
– В воспитательных целях, – ласково пояснил полковник. – Чтобы старших слушал.
Вовка насупился,
– Глянь-ка, действительно к морю вышли. А может быть, и озеро здоровое.
– Да я уж вижу. Только странно, почему мы его сверху не видели, когда летели.
– Ничего странного. Все в дыму было, вот и не заметили. Всего-то надо было на несколько километров дальше пролететь.
С каждым шагом рассеивались последние сомнения, впереди действительно раскинулось безбрежное море. Уже слышался легкий шелест прибоя, море лениво накатывало свои волны на камни. Наверное, прошлой ночью здесь все бурлило и кипело, по всей видимости склон вулкана сполз прямо в воду, сюда же устремился и основной поток лавы. Сегодня же все здесь выглядело довольно мирно и спокойно.
Вовка первым подбежал к полосе прибоя и поморщился.
– А вода-то какая грязнющая! – воскликнул он. – У нас река рядом с химкомбинатом и то чище.
– Этот вулкан все дерьмо из себя сюда выплеснул, – ответил Владимирский. – Чего же ты хотел?
Услышав всхлип Юли, все обернулись.
– Эй, Рыжик, ты чего? – удивился Чертогонов.
– Вертолет, – всхлипнула девушка. – Его нет.
Ее слова вернули всех к печальной действительности, друзьями вновь овладело уныние.
– М-да, – тяжело вздохнул полковник, оглядывая округу. – Видать, сгорела машина вместе с ящиком.
Вовка подошел к подружке, взял ее за руку и сказал:
– Да ладно, Юлька, не реви. Выберемся.
– Правда выберемся? – спросила девушка, взглянув на спутников.
– Надежда умирает последней, – философски заметил Чертогонов.
Полковник мрачно усмехнулся и сказал:
– Пошли отсюда. Хватит гарью дышать. Да и соседство с этой горой не очень приятно. Не ровен час снова свое хайло разинет.
– Жерло, ты хотел сказать, – поправил его Чертогонов, покосившись на ребят.
– Я хотел сказать, что здесь нам делать больше нечего, – жестко ответил Владимирский. – А у тебя сегодня день борьбы за чистоту речи, что ли?
– Куда почалимся? – спросил Вовка и тут же поправился, перехватив недовольный взгляд Чертогонова. – То есть я хотел сказать, куда пойдем?
– Вон на тот мыс, – указал полковник на полуостров, выдававшийся в море в нескольких километрах от них.
– И чего мы там делать будем? – продолжал спрашивать парнишка.
– Обустраиваться. Черт его знает, сколько времени нам придется здесь прожить.
Кивнув девушке, полковник ободряюще похлопал ее по плечу и сказал:
– Ничего, Юленька. Что-нибудь придумаем.
Девушка перестала
Путешественники направились вдоль берега к полуострову. Ничто здесь не указывало на признаки какой-либо цивилизации – с одной стороны простиралось бескрайнее море, с другой к самому берегу подступали дикие джунгли во всей своей первозданной красоте. Приглядываясь к деревьям, путешественники не могли опознать ни одно из них, здешняя растительность даже отдаленно не напоминала земную.
У путешественников складывалось впечатление, что они вообще единственные живые существа на этой планете, не считая полчищ москитов. Мало того, что они не встретили ни одно животное, не было видно никаких следов, ни единой тропки, а местами попадались такие буреломы, что приходилось продираться сквозь заросли в обход.
К вечеру они вышли на полуостров и выбрали себе место для лагеря на крутом берегу. Рядом журчал большой ручей, его воды низвергались с крутого обрыва и разбивались о скалы внизу, перехлестываясь с волнами.
Вовка напился из ручья, затем растянулся на траве и устало произнес:
– Пожрать бы сейчас. У меня с голодухи уже ни руки ни ноги не шевелятся и внутри все трясется.
– Сегодня банкета не предвидится, – ответил Владимирский. – Терпи до завтра.
– А что завтра будет? – с ехидцей поинтересовался Вовка. – За соседней пальмой «Мак-Дональдс» откроется? Так, блин, и язву заработать можно.
– Ресторан там откроется, – сердито сказал полковник. – Только тебя туда вряд ли впустят. Поднимайся, будем шалаш строить.
– Это дело, – одобрил Чертогонов. – Не хотелось бы вымокнуть, как прошлой ночью.
Вовка тяжело вздохнул и принялся подниматься, всем своим видом демонстрируя, что утомленнее и несчастнее его нет никого во всей вселенной.
– Хорошо бы костер развести, – сказала Юля. – С ним как-то веселее.
– Хорошо бы, – согласился Чертогонов. – Но вряд ли это у нас получится. Дрова-то мы найдем, а вот чем огонь разжигать будем?
– Так, может, это… дерево потрем, – предложил Вовка.
– Задницей, что ли? – с усмешкой спросил полковник.
Юля прыснула смехом, прикрыв рот ладошкой. Вовка метнул в ее сторону сердитый взгляд и проворчал:
– При чем тут задница? Возьмем два кусочка дерева и потрем друг о друга, как туземцы делают. Я могу.
– А может, нам тебя по затылку треснуть, чтобы искры из глаз посыпались, – предложил полковник.
– Вам бы все шуточки, – обиделся парнишка. – Я же дело говорю.
– Чтобы огонь трением добыть, Вова, тут опыт немалый нужен, – сказал Чертогонов. – Да и древесина для этого годится далеко не всякая. Мы, конечно, озаботимся этим вопросом, но чуть позже. А сейчас давайте-ка все-таки строить шалаш, сумерки уж надвигаются.