Страж могил
Шрифт:
Только людей нигде не было видно.
– И ехали когда, тоже никого не видели, – поделился Армид. – Одни только дети играли.
– Помолчи! – сжала руку старика Нелти. Она что-то услышала.
Где-то в отдалении… словно шум ветра… или гул моря…
– Туда… – потянула она Армида. – Люди там… Там все люди…
9
Голосов было много, разных голосов – молодых и старых, торопливых и рассудительных, громких и чуть слышных, звонких, сиплых, тягучих, надтреснутых. Люди говорили все разом,
– Надо послать гонца к Королю, просить у него помощи!
– Какое ему до нас дело! Он занят тем, что сторожит Кладбище.
– Охотника! Нужно звать охотника!
– Ну и где ты его сейчас найдешь?
– Сами отобьемся, если что. Неужели не справимся? Вон нас сколько!
– Ага! Справился один такой!
– Да ладно вам страх нагонять! Ничего с нами не будет, стороной нас обойдут.
– А если не обойдут?
– Спрячемся.
– В лес надо уходить! За реку! Переждем опасность и вернемся…
Селяне спорили, кричали, ругались, не обращая внимания на приближающихся гостей.
– Видно, что-то случилось, – сказал Армид, вглядываясь в галдящую толпу, собравшуюся на ровном пустыре за амбарами, рядом с фуражной ямой. Он уже заметил несколько знакомых лиц, но не они ему были сейчас нужны. Армид, вытянув шею, высматривал старосту – мельника Гетса, уважаемого всей округой человека, в меру богатого, разумного и приветливого.
– А ты наблюдателен, – усмехнулась Нелти.
Армид не ответил на колкость, только дернул плечом, словно муху сгонял.
Они остановились в нескольких шагах от тесной толпы, на открытом месте возле небольшого навеса. Их заметили, на них оглядывались. Старика перевозчика здесь хорошо знали, помнили, ждали, а вот его попутчицу видели впервые. Кто она? И что это у нее с глазами?
Селяне с интересом разглядывали пришлую простоволосую женщину с кошкой на плече; по одежде, по манере держаться пытались угадать, чем она занимается, пихали локтями соседей:
– Не знаешь ее?
– Первый раз вижу.
– Глаза у нее какие-то чудные.
– Да она, вроде бы, слепая.
– И кот… Смотри, как сидит. Я сперва думал чучело. Но глазищи-то! Глазищи-то какие! Прямо горят!..
Нелти слышала почти всё…
Мало-помалу гул голосов стихал. Люди выговорились, выплеснули эмоции. Теперь они были готовы слушать.
– Все всё сказали? – прокатилось над толпой. – Хорошо, теперь скажу я… – Говорящего не было видно, но Армид узнал этот голос, похожий на скрежет жерновов. – Чего вы испугались селяне? Зачем прибежали сюда, словно цыплята под клуху? Зачем меня позвали? Или думаете, что простой мельник скажет что-то, о чем вы сами не знаете?
– Ты наш староста, Гетс! – крикнул кто-то в толпе.
– А ты наш кузнец, Ваер! И что с того?
– Скажи, что сам думаешь? – раздались сразу несколько голосов.
– Скажу! Молчать не стану, не привык! – Гетс откашлялся, прохрипелся. – Зря вы дома бросили, вот что я думаю! Зря хлеб не убираете, траву не косите, за детьми не смотрите. Все
– Вот и я говорю! – поддержал старосту чей-то могучий голос. – Отобьемся! Вон нас сколько!
– А ты, голова горячая, поостынь, – чуть спокойней сказал Гетс. – А то амбары искрами подпалишь.
В толпе раздались неуверенные смешки. Люди, вроде бы, немного успокоились, чуть расступились. Но расходиться не спешили.
– Говорят мне, что тут с нами Армид-перевозчик…. – Староста раздвинул людей, шагнул вперед. – Да? Где он?
– Здесь я! – поднял руку Армид.
– Ну вот и ладно, – сказал Гетс, снова обращаясь к селянам. – Охрана обоза, случись что, нам поможет. Не так ли, Армид?.. Так что нечего тревожиться.. – Он медленно шел сквозь толпу и старался не смотреть в глаза людям, так как опасался, что они заметят его тревогу. – Возвращайтесь домой… Занимайтесь делами… Как обычно… Все будет хорошо…
10
Гетс и Армид встретились как старые друзья – обнялись, поцеловались, долго хлопали друг друга по плечам, выбивая пыль из одежды. Мимо них шли люди, хмурились, покачивали головами, переговаривались негромко. Речь старосты их успокоила, но не намного. Да и ненадолго.
– Это Нелти. Собирательница душ, – представил Армид свою попутчицу. – Она хочет отправиться на болото.
– На Гадючье болото? – переспросил Гетс, глядя на женщину – на ее страшные невидящие глаза, словно присыпанные гнилой мукой.
– Да, – ответил Армид. – Но ты ее не переубедишь, даже не пытайся. Не трать даром слова.
– Он правильно говорит, – улыбнулась Нелти.
– Я ничего не могу указывать собирательнице, – развел руками Гетс. – Так же, впрочем, как и перевозчику.
– Это мудро, – сказала Нелти. – Ведь я же не учу мельника молоть зерно…
Они еще какое-то время стояли небольшим островком в людской реке, перебрасываясь ничего не значащими словами. Время от времени кто-нибудь из селян останавливался рядом с ними, здоровался с Армидом, разглядывал незнакомую женщину с большой черной кошкой, спокойно сидящей у нее на плече, пытался завести разговор со старостой. Но тот лишь недовольно отмахивался:
– Не сейчас. Я все высказал, что хотел. Поговорим как-нибудь в другой раз…
Когда толпа рассеялась, Гетс пригласил их в свой дом. Нелти хотела была отказаться, сославшись на свое дело, но староста взял ее за руку и сказал, что одно слово собирательницы может помочь всей деревне.
– Хорошо, – сказала Нелти, все еще колеблясь.
– Вы наверное проголодались, – добавил Гетс. – Сейчас самое время поужинать. Думаю, кошке тоже перепадет что-нибудь вкусное.
И Нелти, больше не раздумывая, приняла приглашение.