Страж могил
Шрифт:
Он не сразу сообразил, как можно показать направление слепой женщине. И она, понимая его затруднение, встала рядом, вытянула перед собой руку, спросила:
– Туда?
– Нет, – он неуверенно взял ее за кисть, потянул вправо. – Вот туда надо.
– Это прямой путь? – спросила Нелти.
– Да.
– Что там впереди? Есть какие-нибудь препятствия? Леса? Реки?
– Нет… Там луга до самого болота. Только овраги местами.
– Может быть проводишь меня?
– Нет! – Крестьянина испугало такое предложение. Он отступил
– Хотя бы немного, недалеко.
– Скоро вечер, – пятясь, сказал крестьянин. – Я лучше пойду домой…
Нелти не стала его задерживать. Теперь она знала направление, а этого было достаточно.
Впрочем, вскоре нашелся и попутчик.
Маленькая девчушка нагнала собирательницу уже в дороге, поздоровалась. Нелти кивнула ей, поинтересовалась:
– Куда это ты собралась?
– А у нас теленок здесь пасется, – жизнерадостно поделилась девчушка. – Я за ним иду.
– Неужели мама тебя одну за ним послала?
– А у нас нет мамы. Она умерла.
– А папа?
– А папа сейчас болеет, он ходить не может.
– И не страшно тебе одной идти к болоту?
– А я не к болоту иду. Мне к оврагу надо. А болото дальше. Я туда не хожу, туда нельзя…
Овраг оказался не так далеко, как хотелось бы Нелти. Они с девчушкой расстались, не успев познакомиться, но, тем не менее, обсудив множество занимательных вещей и подружившись. Они даже договорились встретиться, когда будет такая возможность.
– Знаешь, – сказала Нелти на прощание, – когда я была девочкой, я однажды пошла туда, куда ходить было нельзя. И едва не умерла.
– Ты, наверное, была совсем маленькая, – снисходительно сказала говорливая девчушка. – А я уже взрослая, я все понимаю.
– Мне тогда тоже так казалось, – вздохнула Нелти.
14
Огерт кричал, дергался, пытаясь вырвать ногу из объятий мертвяка. Остолбеневший Гиз немо разевал рот. Нелти визжала, закрыв руками лицо…
Это продолжалось всего несколько мгновений, но они завязли в этих мгновениях, словно мухи в густом меду.
А потом время стремительно ускорилось.
Нелти подавилась визгом и открыла лицо.
Гиз метнулся вперед, выкрикнул:
– Отпусти его! – прыгнул к мертвяку, ударил его ножом в руку, полоснул по натянутым сухожилиям, каким-то образом догадавшись, что именно их и надо перерезать, чтобы разжались черные пальцы, похожие на птичьи когти.
Огерт рванулся изо всех сил, нога его высвободилась, и он, потеряв равновесие, полетел на землю.
Мертвяк зарычал, перевернулся и встал на четвереньки…
15
Болото было уже близко. Нелти чувствовала его тяжелый ржавый запах, она ступала по мягким кочкам, поросшим осокой, она отчетливо слышала комариный звон и дружное кваканье лягушек, а в шуме ветре угадывала
– Почти пришли, Усь, – сказала она сидящей на плече кошке.
Дальше нужно было двигаться осторожней. Впереди могли оказаться ямы, полные болотной тины. Да и змей следовало остерегаться.
– Гляди в оба, Усь!..
Все чаще и чаще на пути встречались плотные заросли кустов, продраться через которые было непросто. В таких местах Нелти снимала кошку с плеча, прятала ее за пазуху. Усь не противилась, но нервно дергающийся хвост выказывал ее недовольство.
– Сиди смирно и не вздумай царапаться!..
Под ногами захлюпала вода. Нелти остановилась, наклонилась, придерживая кошку, свободной рукой ощупала почву вокруг.
Сырой мох покрывал землю.
– Еще совсем немного… – пробормотала она, понимая, что дальше идти опасно, но не собираясь останавливаться. – Можно, конечно, и здесь расположиться, но чем ближе мы подойдем, тем легче нам будет…
16
– Каждый собиратель должен понимать, какая ответственная миссия на него возложена, – так Страж Могил наставлял Нелти. – Смысл человеческой жизни – взрастить свою душу, запечатлеть в ней все свои знания, помыслы, деяния, черты характера, оттенки настроений, все то, что составляет личность, что неповторимо и бесценно. А когда человек закончит свой путь, душа его должна перейти в землю Кладбища. И если этого не произойдет, то окажется, что человек зря прожил жизнь…
К сожалению, Страж нечасто разговаривал с другими собирателями. Возможно, поэтому среди них попадались и нехорошие люди. Такие, кто использовал дар в своих интересах, не торопясь избавиться от чужих душ и используя знания мертвых уже людей для собственной выгоды.
– Дар не может изменить человека, – не раз говорил Страж Могил. – Всегда человек меняет себя сам. А дар – это все равно что рука. Ею можно убивать, а можно лечить. Все зависит лишь от самого человека…
17
Впереди была вода. Справа и слева – топь. Идти можно было только назад, но Нелти не собиралась возвращаться. Она подобралась достаточно близко. И она чувствовала – рядом кто-то был.
Усь тоже это чувствовала. Навострив уши, кошка сидела на плече у хозяйки и медленно поворачивала голову, словно за кем-то следила.
Нелти была уверена, что вокруг них сейчас движется светящаяся полупрозрачная фигура, похожая на клок тумана.
– Не уходи, – она протянула руку в сторону, куда смотрела кошка. – Я здесь, чтобы помочь тебе.
Призраки не воспринимали человеческую речь. Зато они чувствовали эмоции.
– Я не боюсь тебя, я знаю, как тебе плохо… – приговаривала Нелти, подманивая призрака ближе. – Страж давно ждет тебя, я отнесу тебя туда, где покой…
Холод тронул кончики ее пальцев. Присосался к ним, уже не имея возможности оторваться от живого тепла.