Стриптиз

Хайасен Карл

Вернувшись в свой офис, Мордекай заметил, что секретарша явно обрадовалась его приходу, что случалось весьма не часто. Она повела его в приемную и показала ожидавшего там нового клиента. Мордекаю пришлось собрать всю свою храбрость, чтобы решиться подать ему руку.

– Я Шэд, – представился посетитель. – Мы с вами говорили по телефону.

Он был крупным и угловатым, с головой, начисто лишенной всяких признаков растительности, одет в куртку, какие носят танкисты, брюки из снаряжения парашютистов и черные ковбойские сапоги. Руку Мордекая

он стиснул так, что едва не сплющил ее.

Секретарша Мордекая торопливо вышла. Мордекай опустился на стул у стола и жестом пригласил посетителя сделать то же самое.

– Холодильник у вас имеется? – спросил Шэд.

Вопрос оказался настолько неожиданным для Мордекая, что он, смешавшись, переспросил:

– Холодильник?

Открыв принесенную с собой коричневую хозяйственную сумку, Шэд извлек из нее пакетик с неповрежденной алюминиевой фольгой и драматическим жестом сунул его под самый нос Мордекаю. Затем снова порылся в сумке и достал стаканчик йогурта «Деликейто фрути» пониженной калорийности.

– Черничный! – победоносно провозгласил он, снимая с него обертку.

– А, это вы! – наконец-то понял Мордекай. – Который с каким-то там насекомым.

– С тараканом, – строго уточнил Шэд, пододвигая к нему через стол картонный стаканчик. Мордекай тщательно осмотрел его, но ничего не обнаружил.

– Он там? – спросил Мордекай, с некоторой опаской указывая пальцем на безупречно гладкую поверхность молочного продукта.

– Само собой, – с ноткой самодовольства в голосе ответствовал Шэд.

Мордекай поднял стаканчик и посмотрел его на свет, однако так ничего и не сумел разглядеть.

– Знаете, мне все же хотелось бы увидеть его собственными глазами, – сказал он, оборачиваясь к Шэду.

А тот уже протягивал ему ложку.

– Доброй охоты, сэр!

Адвокат заколебался.

– Погодите, – сказал он наконец. – Сначала нужно сфотографировать.

Он нажал кнопку связи с секретаршей и попросил принести фотоаппарат. Через минуту секретарша сообщила, что в фотоаппарате кончилась пленка.

– Надеюсь, хоть холодильник-то у вас есть? – спросил Шэд.

– Разумеется.

– И хорошо бы мне получить от вас расписку.

– Вы не доверяете мне? – обиделся Мордекай.

– Пока нет, – чистосердечно признался Шэд.

– Не беспокойтесь. Мы подпишем договор.

– Ладно. Но расписку вы мне все-таки дайте. Ведь тут, – Шэд ткнул пальцем в сторону стаканчика с йогуртом, – все мое будущее. Моя пенсия.

Мордекай принялся объяснять клиенту, какие шаги надлежит предпринимать в подобных случаях. Когда он заговорил о своем гонораре, у Шэда отвисла челюсть.

– Сорок процентов? Это столько вы дерете?!

– Это общепринятая цифра, мистер Шэд. Вы можете проверить в других местах.

– Сорок процентов, мать твою растак и разэтак!

– Большинство адвокатов берут именно столько – плюс-минус.

– Да неужели? – Шэд, набычившись, наклонился к нему через стол. – А

вот в прошлый раз тот парень взял с меня тридцать три процента. Плюс расходы.

– Видите ли, говоря о сорока процентах, я включаю в эту сумму и все издержки, – неловко пояснил Мордекай. Ему совсем не хотелось выслушивать подробности «прошлого раза», но информация была нужна. – В нашем разговоре по телефону вы, кажется, упомянули о крысе...

– Ага. Вот такая была здоровенная. – Шэд руками показал размеры. – Сижу это я в «Биф-н-риф», знаете, там, в Уилтон-Мэнорз, приносят мне мой бифштекс – «Риб-Ай Спешэл», их подают в закрытой посуде, – я его открываю, а она там! Потом говорили о моральной и психологической травме.

Мордекай попытался представить себе эту картину, и ему стало нехорошо.

– Вы выиграли дело? – слабым голосом спросил он.

– Да все к тому шло, но... Что-то там случилось, я точно не знаю. В общем, хотите – верьте, хотите – нет, другая сторона... как это... вчинила встречный иск, и мой адвокат сказал, что лучше бы мне не трепыхаться. Тем все и кончилось. – В голосе Шэда звучала горечь. – Я ни хрена не стал платить этому сукину сыну – это уж само собой. Так мы договаривались.

– Да, обычно это оговаривается в подобных соглашениях. – Ощутив под ногами знакомую почву, Мордекай почувствовал себя более уверенно. – Судиться с крупной фирмой – дело непростое. Да и недешевое.

– По телефону вы сказали, что они постараются уладить дело по-тихому.

– Думаю, что да, но за это мне придется побороться. Я ведь не собираюсь получать мои сорок процентов просто за красивые глаза. Если мы выиграем – значит, я их честно заработал.

Вообще-то говоря, Шэд ожидал от него большего оптимизма. Несколько обескураженный тоном Мордекая, он подумал: пожалуй, надо было выбрать другого адвоката.

– Сколько времени стоит йогурт? – спросил он.

– Честно говоря, не знаю.

– Тогда узнайте. Когда это дерьмо, – Шэд потряс перед носом адвоката стаканчиком с йогуртом, – начнет портиться, тут только нос затыкай: воняет так, что обои со стен облезают.

– Если потребуется, мы его заморозим, – деловито пообещал Мордекай.

– Это вам не завтрак, – продолжал Шэд, – а вещественное доказательство, так что уж лучше вы глаз с него не спускайте... А что вы говорили мне о каком-то вашем докторе?

– Он хороший человек. Я и раньше прибегал к его содействию. Вам следует как можно скорее обратиться к нему и делать это почаще.

– А кто будет платить?

– Не беспокойтесь, – отечески улыбнулся Мордекай. – В итоге за все заплатит компания «Деликейто». А пока что нам нужно получить все необходимые медицинские подтверждения.

– Вот уж куда в жизни не ходил – так это к докторам, – заметил Шэд. – Нутром чую, что мне это не понравится.

– Но ведь нам необходимо официальное подтверждение ваших физических страданий. Это поможет установить нанесенный вам ущерб.