Студент 2
Шрифт:
— Витька, — мгновенно шепнул я на ухо ему, — смотри, твой клиент!
— Где?.. А, вижу. Точно! Наш контингент, работаем!
И он заблажил погромче про часы и сигареты. Цветастый Монте-Кристо услышал, не торопясь подвалил к нам.
— Здорово, — свысока бросил он. — Это у тебя, что ли, «Сейко»?
— Это у меня, — с неуловимой дерзостью ответствовал Витек. — Смотри, пока не разобрали!
И он предъявил часы на металлическом браслете с защелкой.
Тот скептически хмыкнул, но какой тут скепсис? Не придерешься. Он крутил, смотрел и так и сяк, едва
— Смотри, смотри, — подзадоривал Витька. — Ничего не высмотришь! Натуральные, не лицензия какая-нибудь там. Мэйд ин Джапан чисто!
Модник промолчал. Хвалить, видать, не хотел, а хаять не за что. Ни к чему не придерешься.
— И сколько? — наконец, соизволил сказать он.
— Сто тридцать, — без запинки выстрелил словом Витька.
— Ха! Сказал, как в лужу перднул. Да я такие же за сто найду!
— Так в чем вопрос? — Витек ехидно ухмыльнулся. — Иди, ищи. Фуфло какое-нибудь корейское или сингапурское. Может, и найдешь. А это чистая Япония. Ну ты же видишь, разбираешься в этом деле, я вижу!..
Покупатель промолчал, но и не отказался. Я угадал, что он размышляет. И хочется, и колется. Уже представляет себя с этой роскошью на запястье, но сто тридцать рублей!..
— Ну, за сто возьму, — наконец, изрек он.
— Не-е, земляк, — закуражился Витька. — Так дело не пойдет. Сто тридцать, как сказано.
Тут они принялись торговаться, и видно было, что этот процесс Витьке доставляет настоящее удовольствие. В переговорном процессе он был как рыба в воде.
Пока эти двое дебатировали, я вдруг испытал некое необъяснимое беспокойство, которого поначалу сам не понял. Что бы это значило, а?
Я огляделся, но ничего такого не заметил. И все-таки чуйка сигналила, что здесь что-то не то…
Глава 3
Я окинул взглядом окрестности, пытаясь понять, что же вызвало беспокойство. Да вроде бы ничего! Все как обычно. Но почему тревога?..
Продолжая озираться, я заметил правее микроавтобус УАЗ-452, в просторечии «буханка». Вернее, не столько автобус, сколько фургон: остеклена была только зона вокруг двух передних сидений, а все остальное — цельнометаллический кузов. Самый обычный, скромный, ничем не выделяющийся автомобиль. Тем не менее, он привлек внимание, и я упорно смотрел на него, пока Витек доторговывался с «гавайцем» и еще впаривал ему сигареты… Кончилось тем, что пижон приобрел несколько пачек «Винстона» и «Лаки Страйк», ну и часы, разумеется.
— Видал?! — счастливо воскликнул Витька, потрясая пачкой четвертных и червонцев, когда покупатель удалился. — Вот они, плоды упорного труда!
Ответил я невнимательно, так как увидел, что к УАЗу с дальней от меня стороны подошел спортивного вида молодой человек, чистенько и скромно одетый: легкие туфли, отглаженные светлые брюки, голубая рубашка с короткими рукавами. Короткая стрижка, темные волосы. Небольшие аккуратные усики. Сквозь стекла кабины я увидел, как он остановился. Зачем?.. Вроде бы с кем-то там говорит. Кивнул, энергично обошел машину спереди — к водительскому
Я смотрел, как этот молодой человек… Ну как молодой? Лет тридцать-тридцать пять… Так вот, этот парень ловко прыгнул за руль, завел двигатель, машина сделала резкий разворот, оказавшись к нам правым двудверным бортом.
Во всем этом было что-то не случайное, но оно еще не складывалось в цельную картину. Картинки паззла близко подошли друг к другу, но не сомкнулись. Мысль моя заметалась…
И в этот миг я услышал с другой стороны рев мощного мотора.
Мгновенно повернувшись влево, я увидел движущийся по внутриквартальному проезду военный грузовик ЗИЛ-131 с закрытым тентованным кузовом.
И паззл сомкнулся.
Догадка обожгла меня.
— Витек, — негромко позвал я.
— А?
— Сдается мне, что мы накануне грандиозного шухера… — я навскидку процитировал киноперсонажа, и не успел закончить фразу, как по рынку пошло волнение — прямо как ветром дунуло. Иные из местных обитателей, самые, должно быть, чуткие, подхватились и устремились кто куда.
Дверь «буханки» распахнулась, из нее рванулись милиционеры, стремительно разбегаясь влево-вправо, то есть создавая линию охвата рынка. А из грузовика так же проворно — видна была их обученность в этом деле — стали выпрыгивать и устремляться на прочесывание солдаты внутренних войск. Малиновые погоны. Были они без оружия, только на поясных ремнях зачем-то болтались штык-ножи. Естественно, в ножнах.
Тут и Витек обалдел, рот разинул:
— Ух ты! Глянь…
— Вперед! — рявкнул я, пресекая ненужные речи.
Я прямо физически ощутил, как обострилась моя логика. Как бритва, она двумя резкими взмахами рассекла реальность.
Дом! Девятиэтажка. Туда.
Живая изгородь!
Скверик меж толкучкой и домом основательно зарос всякой древесно-кустарниковой дичью. Минимально маневрируя, можно было проскочить незамеченными. Это метров пятьдесят. Шесть-семь секунд. Только пулей!
На рынке вздыбилась лютая суматоха, гомон, отчаянные выкрики…
— Витек! Ходу!!!
Он тоже смекнул, молодец. Мы уже мчались меж кустов, я первым, он за мной. Гомон толпы за спиной нарастал. Голубые рубашки милиционеров мелькали за зарослями как ошметки неба, внезапно упавшие на землю.
Двадцать метров. Десять. Дорога. Вновь кустарник. Крыльцо. Дверь. Все!
Задыхаясь, я влетел в подъезд. Витька — за мной, споткнулся о порог, чуть не налетел на меня.
— Н-ну!.. — хрипло проорал он, — Ну, Базилевс, ты голова!..
— Можно даже сказать, кибермашина! — я хлопнул его по плечу, успев вспомнить, что слова «компьютер» в нашем обиходе тогда еще не было. — Между прочим, проблема еще не решена.
— Это почему?
— А потому, что менты не дураки. Они наверняка могут подъезд проверить. Даже допускаю, что они нас видели. Хотя… Ну да что там гадать! Видели, не видели…
— Так делать-то что?
— Пока идем вверх, а там видно будет.
— Ну так давай на лифте!..
— Нет. Чем меньше шума, тем лучше. Идем вообще беззвучно!