Ступень вторая
Шрифт:
— Эээ, Серый, ты ничего не путаешь? Она как раз о себе сейчас радеет. Мы ей не запрещали ни с кем встречаться, но она хочет стать женой главы клана в перспективе.
— Скажем, определенного главы клана, — пустил шпильку Серый. — С которым у нее может не сложиться после того, как ты отберешь то, ради чего Глазьевы ее берут.
— Это не наши проблемы, — равнодушно ответил я. — Нам нужен второй целитель. Вот это проблема.
— А если Ермолина потом попытается вернуться?
— Зачем она нам?
— Она единственный в мире носитель уникальной методики, —
— Значит, методика умрет вместе с ней. Лучше так, чем постоянно ожидать удара в спину.
— Опутать клятвами?
— Любую клятву можно обойти, если хорошо подумать. — Я вздохнул. — Серый, ты просто не представляешь, на что способен целитель в полной силе. Давать такое оружие Ермолиным нельзя, поэтому давай закроем эту тему.
— Закрыть можно, — согласился он. — Но от того, что мы ее закроем, ничего не изменится: Глазьев придет уже этим вечером.
— До вечера много чего может случиться…
— Ты что, собираешься Глазьева помножить на ноль? — Серый аж затормозил, вызвав возмущенное бибиканье машин сзади. — Ярослав, не смей!
— Сдурел? Мне нужен лояльный целитель, а не такой, у кого будет месть на первом плане, — отрезал я. — Мы справимся без Ани. Да, она была ключевым персонажем. Но была. Сейчас о ней можно забыть. Считай, что она для нас умерла. Ты вообще не о том думаешь. Если Глазьевы прониклись важностью целителей, они и нам могут не дать развивать своих. Тимофея нужно обвешать артефактами с ног до головы. Сегодня займусь.
— Ермолиной, вон, одного хватало, — проворчал Серый. — И ничего — мальцевское покушение пережила.
— Кстати, нужно не забыть этот артефакт изъять. Это собственность клана, а не подарок. С чем пришла, с тем и уйдет. Кроме увеличения резерва — этого я при всем желании не смогу отнять ни у нее, ни у Полины.
Настроение было похоронным, что у меня, что у Серого, поэтому я решил поначалу пройтись вдоль забора и отдать последнюю дань памяти пока не упокоенным химерам. Горели они ярко и быстро, оставляя после себя небольшие кучки пепла, которые разнесутся первым же ветром, проникнувшим под купол. Двигались мы бодро и, как ни странно, до обеда полностью очистили весь участок между куполом и оградой.
В результате я немного взбодрился, жизнь перестала казаться такой уж гадкой: в конце концов, у меня и без ритуала Ступеней есть такие знания, которых больше ни у кого здесь нет. Да, магия не раскроется настолько, насколько могла бы, но пару Ступеней на волевых усилиях пройду. Жаль, конечно, что не узнаю, на что способен Императорский ритуал, но и без него я стану одним из сильнейших.
В доме нас ждали. И не просто ждали: Ольга Даниловна приготовила королевский обед. Продукты мы, конечно, привозили, в первую очередь, для заключенных под куполом, но повариха никогда нас не забывала, я даже предложил Серому начислять им зарплату с момента вступления нами в право собственности. Тот неохотно, но согласился. Уверен: согласился по большей части именно из-за кулинарных талантов Ольги Даниловны, чтобы такое сокровище осталось у нас, а не уплыло на сторону. Все-таки
Пока мы ели, я расспрашивал главным образом Алексея Ивановича, как самого сведущего в том, что и где располагалось. Но единственное, что он сказал полезного — то, что рабочие помещения были все в подземной части. Находился ли там кто на момент трагедии, он не знал.
— Туда мало кто по лестнице ходил, — пояснил он. — Все больше лифтом пользовались. Он двигается бесшумно. А двери открываются в самый неожиданный момент.
— Ага, — поддержала Ирина. — Еще входа не видно. Стоишь — и вдруг у тебя за спиной кто-то неожиданно появляется. Жуть.
Сережа, сидевший рядом с ней в почти собачьей позе, согласно кивнул и что-то рыкнул.
— А ты не стой без дела, — сурово сказал Алексей Иванович.
— Лифтом поедешь? — спросил Серый уже меня.
Я покачал головой. Разбираться с чужими артефактами не было ни времени, ни желания. У меня на все про все часа два. Потом нужно ехать к Мальцевым, предварительно собрав нашу команду. Толку от занятий теперь вообще нет, но пока нельзя показывать, что что-то изменилось. Кстати, Мальцев-то наверняка знал о Ермолиных давно, но тоже придерживал информацию.
Разговор прервался, потому что меня накрыл вызов от Дамиана. После перехода на Ступень защиту я не ставил, напрочь забыв о такой необходимости, потому что оттуда меня никто больше не беспокоил. От неожиданности я даже ответил.
Дамиан выглядел плохо, почти так же плохо, как Айлин в наши последние встречи. На то, чтобы создавать себе улучшенную внешность сил у Дамиана не было, а настоящая его сейчас указывала, скажем прямо, на дорогу к гробу. Добралась, значит, Илинель до него.
Злорадства я не ощутил: Айлинга этим не вернешь, а то что Дамиан перед смертью отстрадает по полной — ну так он знал, на что шел, когда покусился на магов. Дал бы Илинель место Айлинга, ей бы пришлось дать клятву и она не смогла бы отправить проклятие на Дамиана. Правда, ее это бы не защитило от смерти.
— Смотрю, твое проклятие отразилось на тебя, — заметил я, видя, что Дамиан не торопится начинать.
— Если бы, — пробурчал он. — Это все сучка Илинель. Предала меня в точности, как когда-то тебя. Никому в этой жизни верить нельзя.
— А разве не ты пытался не так давно ее убить?
— Это был всего лишь превентивный удар, и если бы он достиг цели, я бы не балансировал сейчас на грани жизни и смерти. Меня удерживает только слаженная работа двух целителей. Проклятие они остановили, но вывести не могут.
— Если бы ты не отправил на нее проклятие, она бы не стала мстить.
— Я знал, Мальгус, что ты в курсе! — торжествующе сказал он. — И не просто в курсе, а поучаствовал.
Прозвучавшее имя ничего не затронуло внутри. Оно больше не было моим. Оно было именем того, кого Дамиан недрогнувшей рукой отправил на казнь. Сам убивать не стал, устроил красивое зрелище. Тоже, наверное, назвал превентивным ударом для тех, кто удивлялся.