Ступень вторая
Шрифт:
Подогнав артефакт под себя, я надел его на палец и сразу же прикоснулся к аквариумному созданию. Тому катастрофически не хватало маны: еще немного — и начнется усыхание, а с ним — утрата знаний. Пришлось быстро подзаправить оживившуюся медузу, а уж потом смотреть, что мне досталось.
Досталось много. Но знания были так себе, с грязноватым душком. Применяя подобное, сам со временем пачкаешься, меняя чистоту магии на ее вседозволенность. Мелкие семейные тайны Вишневских меня не волновали, а вот информация о химерах наверняка полезна, жаль, что времени изучать
Я подошел к аквариуму, открыл небольшое боковое окошко и протянул руку, в которую тут же скользнула оторвавшаяся от основного тела медузка. Была она теплая и пустая — идеальное хранилище для будущих знаний. По руке она растеклась так, что стала совершенно незаметна, но я ей приказал собраться опять в медузу и отправил в карман брюк, чтобы не повредить.
Поднимался из подземелья я быстро, нигде не задерживаясь. Серый меня караулил у входа, и при моем появлении на его лице показалось такое облегчение, что я чуть не расхохотался. Вообще, сейчас меня распирал кураж и уверенность, что все получится.
— Едем к Ермолиной, — скомандовал я. — Время до Мальцевых есть. Я, кажется, придумал, как решить проблему. Только действовать надо быстро. Прям бегом.
— Кажется или придумал? — проворчал Серый, но рванул к входной двери едва ли не быстрее меня.
Мы попрощались с обитателями дома и чуть ли не наперегонки бросились к ограде. Серый молчал до тех пор, пока мы не оказались в машине и не отъехали от купола.
— Что собираешься делать?
— Изъять у Ермолиной знания и передать Тимофею, — уверенно ответил я. — Ты ее отвлечешь, чтобы я мог это проделать незаметно.
— Если собираешься бить по голове, то лучше взять Глаза, — деловито предложил Серый. — У него какой-никакой, а опыт в этих делах есть. То есть точно не до смерти стукнет.
— Бить не собираюсь, — усмехнулся я. — Мне просто нужно, чтобы она не видела, что я что-то делаю. Почувствовать не почувствует.
— Ага… Удачно я ауру снял с этого мутанта, — внезапно оживился Серый. — Можно ей показать и попросить совета.
— Точно, так и сделаем, — согласился я.
— Печатка у тебя появилась приметная, — внезапно сказал он.
— Вишневского, — согласился я. — Думаешь, опознают?
— Мальцев — сто пудов. Уверен, он каждый вражеский артефакт до последнего камушка изучил. Я б на твоем месте убрал.
На моем месте снимать артефакт ни в коем случае нельзя было, потому что медуза тогда сразу впитается в меня и получит доступ к моей памяти. При мысли о такой возможности стало неуютно.
— Мальцев знает, что мы герб Вишневского забрали. Я ему скажу, что снял с трупа врага — может, напротив, порадуется, что труп спалили без остатка?
Мумию главы клана я пока не тронул: не до того было, да и, возможно, при нем могли быть другие управляющие артефакты.
— Все равно лучше не светить. Слишком нехорошие слухи ходили про Вишневских. Или… — Он бросил на меня короткий взгляд, а потом вновь вернул его на дорогу. — Или изъятие возможно только с
— Умный ты человек, Серега, — усмехнулся я. — Да, возможна однократная передача, после чего артефакт перестанет работать.
Делиться с ним инфой о возможностях основной медузы я не стал, потому что твердо решил ее испепелить так же, как и мелких ранее. Изучить сначала все, что там есть, вытащить то, что может понадобиться — и выжечь в лаборатории Вишневского все до белого пепла. Иные способы ведут туда, откуда нет возврата.
— А у Ермолиной останутся знания?
— Нет, я ж сказал: у нее изыму, передам Тимофею. Клонировать не получится.
— Жаль, — загрустил Серый. — А то бы наштамповали целителей.
— И клинику бы открыли, — в тон ему вздохнул я. — С косметологическим отделением, о чем так мечтает Ермолина.
— И откроем, — усмехнулся он. — Исполним заветную женскую мечту, так сказать. А что Ермолина к клинике отношения иметь не будет — так на все воля божья.
Вера Серого в мои способности придавала уверенности и мне. На самом деле, я не был столь убежден, что смогу использовать в должной мере. Хорошо бы провести испытание, но на ком? Не лезть же к Серому в голову? У каждого должно быть право на собственные секреты. Во всяком случае до тех пор, пока они не собираются вредить нашему клану.
— Так, — сказал Серый, — когда машина остановилась у старой квартиры, — у тебя где-то минут сорок до того, как нужно будет ехать и всех собирать. Успеешь.
— Посмотрим, — уклончиво ответил я. — Ты же понимаешь, что я не знаю, сколько по времени получится.
— Сразу полевые испытания, — неодобрительно сказал Серый. — Да еще чужой технологии.
— Можешь предложить другой вариант?
— Знаешь, если даже ты ей просто вычистишь знания, уже хорошо будет, — он расплылся в злой улыбке. — Ибо нефиг.
В квартире оказались обе сестры Ермолины, что, с одной стороны, осложняло задачу, а с другой — давало фору во времени, потому что за Полиной не нужно было заезжать.
— Ты прям молодец, Полина, — заявил Серый сразу, как мы вошли в квартиру. — В последнее время с таким усердием занимаешься.
— Аня говорит, что если не заниматься, то сильного мага из меня не получится. А я хочу быть сильным магом. — Полина ответила с улыбкой, но взгляд ее вилял, останавливаясь где угодно, только не на нас. — Ярослав, ты почему сегодня в школе не был?
— Да проблемы в поместье, — ответил я, решив не сообщать, что там я если и появлюсь теперь, то только на экзамене. — Но ты же мне расскажешь, если я что-то важное пропущу?
— Конечно. — Полина покраснела, как будто уже утаивала это важное.
— Чай будете? — спросила Аня, отвлекая внимание от сестры.
— Да мы по делу… — намекнул Серый.
— А дело как-то помешает выпить чашечку? — удивилась Аня, которая явно не собиралась нас пропускать дальше кухни.
Странное дело, квартира моей матери, в которую Ермолину пустили пожить ради ее безопасности, а распоряжается Аня уже так, словно жилплощадь ее собственная.