Ступень вторая
Шрифт:
— Опасной пакости там много, — наконец согласился Мальцев. — И одну из них ты таскаешь на пальце, как малолетний дебил, коим ты, впрочем, и являешься.
— И какая это опасность? — напрягся я проглотив оскорбление.
Неужели Мальцев в курсе, что делает этот артефакт?
— Конкретно не знаю, но слухи ходили такие, что я бы на твоем месте убрал бы эту пакость так далеко, как мог. Потому что, если ее увидят на твоем пальце, неприятности тебе гарантированы. И я не шучу. Ходили слухи, что с помощью этого артефакта Вишневский мог контролировать людей.
— Серьезное заявление. Это вообще реально, если ты не менталист? — делано удивился я.
— Не знаю, Ярослав, не знаю…
— Ну вот, Игнат Мефодьевич, хотел сделать вам приятное, не уничтожил печатку вместе с владельцем, а напоролся на выговор.
— Так-таки мне? — закхекал он. — Поди, себе потрафить хотел?
— Не без этого, Игнат Мефодьевич, на печатке же герб нашего клана.
— Заведи другую, мой тебе совет.
— Спасибо, так и сделаю, — ответил я. — Фотографию вам переслать?
Уточнять, какую, не понадобилось. Мальцев заулыбался так похабно, словно я предлагал ему скинуть свою коллекцию фоток голых баб.
— А скинь, пожалуй, — мечтательно согласился он. — Труп врага — лучшее зрелище. Смотрел бы и смотрел.
— Вы еще скажите, что труп врага не воняет, — фыркнул я.
— И скажу. Молод ты еще, Ярослав. Не знаешь, что нет лучшего зрелища, чем поверженный враг. Впрочем, еще узнаешь. Какие твои годы.Одного так ты сегодня точно заведешь. Хе-хе.
Это был явный намек на Глазьева.
— Разве это враг? — позволил я себе усмешку. — Так, глупый человек, который сам себя загоняет в ловушку.
— Даже так? — Мальцев азартно подался ко мне. — Умеешь ты удивить, Ярослав. Я прям-таки хочу верить, что сегодняшние известия меня не разочаруют.
Мы говорили экивоками, никаких имен не называли, и тем не менее оба были уверены, что говорим об одном и том же. Хорошо бы, если б это было так и жизнь не подготовила мне еще одну подлянку.
— Сегодняшние — вряд ли. Слишком мало времени пройдет, но не исключаю. Эх, Игнат Мефодьевич, я вас считал другом, а вы вот знали и ничего мне не рассказали.
— Другом? Пфф, — насмешливо выдохнул он. — Запомни, Ярослав, на нашем уровне друзей нет, только союзники. А мы с тобой даже не они. Ослабление любого клана идет на пользу Мальцевым. Личные симпатии-антипатии работают только при общении, но не тогда, когда делаются дела. Но если ты меня сегодня порадуешь и результат соревнований меня устроит, то возможно, у меня будет к тебе предложение, приняв которое, ты войдешь в круг моих союзников.
— Спасибо за доверие, Игнат Мефодьнвич, — ответил я, спинным мозгом чувствуя грядущие неприятности с еще и этой стороны.
— Я сказал «если», Ярослав, — напомнил Мальцев.
— То, что вы это сказали, уже говорит о вашем доверии.
Мы улыбались друг, словно действительно доверяли. Мальцев даже прослезился и развеял свой купол. Конец идиллии положил Андрей Мальцев, заглянувший на полигон и обрадовавший, что мы ничего пока не начали делать.
— Ярослав, привет, — протянул он мне руку для пожатия. —
Признаться, конкретно про него я напрочь забыл к этому моменту. Но стыдно мне не было: снять проклятие я могу хоть сейчас, но нужно, чтобы Андрей проникся моей важностью.
— Пока не видел нужную персону, — ответил я, пожимая его руку. — Но уверен, что все решится в твою пользу.
— Хорошо бы поскорее.
— От меня не зависит. Как появится, сразу спрошу. Я помню, не волнуйся.
Мальцев заворчал, что мы болтаем, а время идет, и отправил меня на тренировку к ожидавшей в отдалении команде. Тренировка не задалась, потому что задумчивых персон нынче было две: Полина и Диана. Задумчивость второй меня сильно беспокоила, поскольку почти наверняка была связана с загадочными словами деда. И то, что она подходила ко мне только по делу, тоже беспокоило: раньше она не упускала возможности пококетничать, да и просто задеть лишний раз, подразнив Полину.
Мальцев заставил отрабатывать несколько связок дополнительно, да еще проворчал что такими темпами мы его точно опозорим на соревнованиях. Я уверил, что нет, и быстро попрощался, пока он еще что-нибудь не придумал.
— Тим, ты мне сегодня будешь нужен, — сказал я в уже в машине.
— Зачем?
— Консультация нужна по одному вопросу.
— А Аня?
— С ней советовались. Нужен взгляд со стороны. Под другим углом.
Конечно, Полина вроде бы показала, что она на нашей стороне, но говорить при ней прямо я опасался. Вполне возможно, что после перехода в другой клан она вынужденно будет передать имеющуюся информацию Ане, так пусть там не будет ничего лишнего. Почему-то отдавать ее Глазьевым не хотелось. Поди ж ты, не так давно только и думал, как от нее избавиться, а сейчас жалко отдавать. Возможно потому, что она повела себя честно, а у Глазьевых ее точно ничего хорошего не ждет?
Мы высадили ее у нашей старой квартиры, и я вылез вслед за ней.
— Поль, если я предложу вариант остаться, согласишься?
Она покрутила головой.
— Ничего не получится, Ярослав. Аня твердо решила меня забрать. Она считает, что вы на мне отыграетесь. Я в это не верю, но ругаться с ней не хочу. Она — самый близкий мне человек, понимаешь?
— Боюсь, что отыграются как раз Глазьевы. Если будет у них невмоготу, сообщи, попробуем тебя забрать, — предложил я. — Но это будет безвозвратный вариант: принесешь клятву верности.
— Буду иметь в виду. — Она даже слабо улыбнулась. — Мне жаль, что все так заканчивается.
— Поль, ничего не заканчивается, только начинается.
Я ей подмигнул и сел в машину.
— Что с Полиной? — спросил Денис.
— Скоро узнаешь, — буркнул Серый. — Что, в «Клановом вестнике» ничего не нашел?
— Не все же можно узнать оттуда, — ответил Денис. — Иногда приходится и вербально общаться для получения информации.
— Эка загнул, — хохотнул Тимофей. — Но с Полиной точно что-то не так. Ты про нее хотел проконсультироваться? Я могу для нее что-то сделать?