Стужа

Коруд Ал

Фролов задумался:

— Так это же какой перерасход…

— Эмоциональное здоровье дороже. А энергии… Слушай, у вас такой же реактор, плюс ГЭС. Куда вы эту энергию деваете?

Вот тогда в душе Василия поселилось первое сомнение в правильности курса их Администрации.

— И как они будут выживать? Любовь жрать не станешь!

— Пошли.

Они прошли к месту работы инженера. Михалыч включил связь и некоторое время кого-то вызывал. Наконец, на высокочастотном экране при отличной видимости появилось лицо усталой

женщины. Короткая прическа, узкий разрез глаз, высоко поднятые скулы. Внешность дамы была экзотичной.

— Это Лина Ким. Глава биолаборатории номер пять.

Видимо, на лице Фролова проявилось крайнее удивление, Ким поторопилась высказаться:

— Не бойтесь, это не у нас произошла вспышка. Наш отсек постоянно закрыт по причине деятельности, и мы сразу по появлении сигнала дополнительно его загерметизировали.

— Понятно. Но как вы до сих пор дышите?

Фролов знал, что вентиляция также должна быть перекрыта.

— А это наш замечательный механик постарался. Был в рекордные сроки поставлен шлюз, и сейчас чистый воздух поступает к нам снизу.

Василий кивнул:

— Хорошее решение. Сколько вас там всего?

— Моих сорок ребят, плюс некоторое число специалистов, что мы успели спасти. Кстати, трое ваших коллег. Они хотели с вами позже переговорить.

Новости Фролову крайне понравились. Еще спасенные люди. И это специалисты, в том числе еще три спасателя. Это дополнительные три машины. Но затем он вспомнил причину разговора, и его голос заледенел:

— Вы должны в обязательном порядке эвакуироваться.

Ким вздохнула. Видимо, предвидела непростой разговор с командиром СпаСа.

— Василий Иванович. Часть людей уйдет с вами. Но большая часть биологов и некоторые из персонала пожелали остаться на двадцать четвертой и не дать ей угаснуть.

— Но вас слишком мало! Да и реактор. Мы же увезем топливо!

В разговор вмешался Михалыч:

— Только НЗ. Да и второй запасной мы можем приглушить. Если остановим основной, то потом не запустим. Конструкция на такое не рассчитана. То есть потеряем станцию навсегда.

Командир СпаСа помотал головой:

— А зачем она нам?

Механик вкрадчиво заметил:

— Иваныч, ты сейчас вокруг что наблюдаешь?

— Катастрофу.

— Считаешь, что она у нас последняя?

Василий задумался. Всякое может случиться. Впереди еще десятилетия подземного заточения. А предложение местных понятно. Оставить станцию рабочей. Правда, хватит ли для поддержания её работы народу?

— Кроме нас останется большая часть людей из карантина. Да и остальных вы в случае чего увезете уже в следующем году.

Фролов нахмурился. Что еще за намеки?

— Та-а-а-к. Считаете, что нам что-то угрожает?

Завлаб смотрела на него прямо и жестко:

— Пока мы не знаем, но не хотим рисковать еще одной станцией. Я и мои люди

останемся расследовать ситуацию. Следующим летом мы будем готовы ответить вам.

Фролов задумался:

— Но все равно это риск. Хватит ли людей, и что вы будете есть?

Ким недоуменно вскинулась:

— А разве наш механик не рассказал вам, что большая часть оранжерей спаслась. У них замкнутый цикл. Они смогли вовремя закрыться. Жаль много персонала потеряли по глупости, разрешили им уйти к близким.

Фролов представил, как те бы сейчас себя чувствовали, и покачал головой. Так и так всем было несладко.

— Кто еще выжил?

— Несколько обособленных групп. И все внизу. Около биологического очистителя.

— Так, подождите, — Василий кинул на женщину-ученого недоуменный взгляд, — вы же утверждали, что он умирает.

Ким кивнула:

— Основной да. Но у нас отдельно находился исследовательский, для экспериментов. Он как раз в полном порядке.

— Ага, для небольшой группы людей его возможностей хватит. А вы все просчитали!

— Потому меня и выбрали на такую ответственную работу.

Василий не сдержался:

— Угу, только вот ваши коллеги умудрились убить несколько десятков тысяч людей и выключить из пояса крайне важную станцию.

Михалыч стукнул спасателя в спину:

— Не борзей, Иваныч.

Ким тряхнула головой, в ей голосе звякнул металл:

— Мы не снимаем с себя ответственности, командир. И обязательно расследуем обстоятельства произошедшего. Начальник закрытой лаборатории не имел право вести такие исследования. Я его знала лично. Он бы сам никогда не пошел на такой опасный эксперимент.

— То есть ему приказали?

— Скорее всего. Но нужно время. Да и нам следует исследовать вирус точнее.

Фролов живо обернулся к экрану:

— Вы уже занимаетесь этим?

Женщина важно кивнула:

— Разумеется. Не бойтесь, мы выделили отдельное помещение, и оно закрыто полностью. Люди туда не заходят. Исследования идут дистанционно.

— Ты чего, Иваныч, — прошипел в ухо механик. — Лина у нас девушка серьезная.

Фролов задумался, потом решился:

— Мне нужны все данные о спасенных у вас людях. Кто остается и, кто уезжает. И анализы на последних.

Ким живо ответила:

— Мы уже их готовим, командир. Так что вы решили?

— Я подумаю и посовещаюсь со своей командой. У нас принято в таких ситуациях решать сообща.

— Понимаю, это правильно. До свидания.

Экран погас, командир СпаСа повернулся к Михалычу:

— Что еще за сюрпризы ты нам приготовил?

Пожилой механик и одновременно член тайной организация «Сеть» деловито подал термос.

— Чайку? Он у нас особенный.

— Зубы не заговаривай.

Михалыч не спешил, сначала выпил половину чашки и только затем, поглядывая на кэпа,сделал заявление: