Судьба
Шрифт:
Покрутив кольцо в обратную сторону, штифты уползли обратно в дверь. Легонько постучав по ней, стараясь сделать это очень осторожно, чтобы урки не услышали, она поняла, что дверь сделана из толстого прочного листа железа. Зачем делать в ванную комнату сейфовую дверь, Юля не знала, но у неё тут же родилась идея, как ей спастись от уродов, якобы спасших её с детьми из магазина. Оставалось придумать как остаться с детьми в ванной комнате, в одиночестве.
Ужасно хотелось вымыться полностью, отскоблить въевшуюся грязь, привести наконец-то себя в порядок, но делать это для наркоманов, что хотят её изнасиловать, Юля не собиралась, обойдутся. Вода в кране действительно была, но ужасно холодная, намочив уголок полотенца, Юля принялась протирать себя, каждый раз вздрагивая от холодной влаги, огляделась в ванной. Свет маленького фонарика, освещал не большое помещение, тусклым светом, но Юля привыкла к полутёмным
Вечно мыться не получиться, а закрыться одной без детей, чтобы спасти себя, такое ей даже в голову не приходило. Поэтому наскоро обтеревшись, с грустным и тяжёлым сердцем, она скользнула незаметной тенью на кухню, где, взобравшись с ногами на кожаный, холодный на ощупь, диван, тихо загрустила в ожидании худшей ночи что у неё была в жизни.
Первым зашёл молодой Слон, побритый крепыш имеющий нахальный характер. Юля предполагала, что первыми будут по старшинству, Академик или Ара, поэтому появление здорового юнца, которого она в душе ненавидела и побаивалась так как из него прямо-таки исходила энергия садиста, удивило её. Она не сопротивлялась, знала, что бесполезно, сил у Слона хватит на десятерых таких как она, вспылит, не дай бог ударит, покалечит, а ей ещё детей спасать.
Пьяный молодчик не церемонился, скинул с неё одежду, на кухне было зябко, и Юля тут же покрылась мурашками от холода.
– Поломали девке целку,
Запеклась на жопе кровь,
Ты не плачь моя девчушка,
Это первая любовь. – смеясь пропел Слон.
Нагло, даже грубо пощупал её обнажённую грудь, после чего заставил встать на четвереньки лицом к спинке дивана. Войти в неё у него сразу не получилось, у Юли от происходящего с ней, холода в помещении, там было сухо как в пустыни, внутренние органы сжались так сильно, что казалось её половые органы от страха и отвращения заросли, словно рана на теле. Долго мучаясь, сделав ей пару раз больно своим эрегированным членом, ткнувшись с силой не туда, Слон начал злиться, грубо пытаясь проникнуть в неё.Юля понимала, что безгранично так длиться не может, в конце концов то эта горилла разозлиться окончательно и отыграется на ней, попросту изобьёт. Хоть это решение давалось с трудом, вывод сделала однозначный, что лучше поможет ему сама, чем её поимеют тогда, когда она будет в бессознательном положении с сотрясением мозга. Преодолевая накативший рвотный позыв от отвращения, она смочила своей слюной влагалище и взяв в руку половой член Слона ввела в себя.
Слон мучил её долго, из-за того, что он чрезмерно перепил, плюс находился под действием сильного наркотика, он никак не мог кончить. Юля, понимая, что впереди её ждёт не один такой наглухо обдолбанный наркотой и спиртным насильник, а внутри уже болело нешуточно, смазка в достаточном количестве так и не хотела появляться. Преодолевая брезгливость и гнев, сперва фальшиво, но затем приноровившись, проявив артистизм стала подмахивать Слону изображая пылкость, издавая громкие стоны страсти. Это подействовало, нахальный молодчик напрягся, схватил её за бедра и прижал к себе, завалившись тяжёлым и потным телом ей на спину, и тут же горячая волна наполнила её.
Помимо отвращения от того, что к её телу прилип липкий пот садиста наркомана, в голове загорелся яркий огонёк, «А какой сегодня день!» она совсем забыла, что может забеременеть, не важно хочет она этого или нет. Естественно это животное не использовало презерватив, а требовать этого было не в Юлином положении. Выскользнув из-под Слона, со словами:
Понимая, что вполне возможно, все её старания напрасны, Юля не мешкая схватила стоящий на краю раковины бутылку с популярным шампунем, открыв вылила содержимое в ванную, оставив совсем немного внутри, тут же запрыгнула в ванную сама. Затем в эту бутылку налила холодной воды, тщательно взболтала содержимое и вставив горлышко между ног поглубже во влагалище насколько это было возможно, обоими руками сжала её, таким образом промывая мыльной водой себя внутри используя бутылку в качестве клизмы. Повторив манипуляцию три раза, дрожа от холода Юля немного успокоилась, и присев на холодный край ванной стала вытирать ноги от воды и пены. Затем приступила к уборке внутренности ванны от шампуня и воды, что вылилась из неё, возвращаться на кухню совсем не было желания, а это хоть какая-то уважительная причина подольше задержаться.
Снаружи, где-то далеко, скорей всего на улице, раздался громкий хлопок, как будто, что-то взорвалось. Повернувшись в сторону приоткрытой двери в ванную, услышала, как за ней в коридоре матерятся её мучители, появились лучи света от фонарей.
– Бах! –
Прозвучал второй взрыв, Юля, поддавшись инстинкту выпрыгнула из ванны и выглянула в коридор, он был пуст, по все видимости, зеки прилипли к окнам, выглядывая источник взрывов.
На цыпочках выйдя из ванной комнаты и никого не обнаружив, стараясь как можно тише Юля скользнула в комнату с детьми. Открыв дверь, где находились дети, Юля увидела следующую картину, на кровати как обычно спал, находясь под капельницей, раненый зек в обнимку со своим странным оружием. В углу комнаты, где она оборудовала импровизированное спальное место из одеял и пледа сидел, подмяв под себя подушки, Ара. На его коленках находился заплаканный Никита, Аня была чуть в сторонке и смотрела со страхом на Ару. Но даже не присутствие в комнате с детьми зверя в человеческом обличие пробудило в Юле монстра, который в мгновения ока поднялся из глубины души, а то, что дети были абсолютно голые.
Первой реакцией было броситься на извращенца и убить его голыми руками, так она бы обязательно поступила бы если бы это произошло в нормальной обстановке. Сейчас вокруг неё находилось враждебное к ней окружение, а её жизнь для сокамерников Ары ничего не стоила. Прикрыв дверь за свой спиной, Юля решительно направилась к лежачему бес сознания зеку на кровати, не отводя от Ары своего взгляда.
Ара удивлённо смотрел на неё, его черты лица исказились, став злыми и он даже открылся рот, чтобы произнести, что-то жёсткое в отношении Юли. Когда неожиданно осёкся, увидев, как Юля вырвала из безвольных рук больного Трейдера оружие с длинным и толстым стволом. Перехватив поудобнее винторез как назывался данный карабин, Юля в два шага приблизилась к Аре и сидящему у него на коленях заплаканному Никите, уверено направила ствол в район груди Ары, положив палец на спусковую скобу. Аня, увидев Юлю, бросилась к ней со слезами, вывернувшись своим худеньким тельцем от здоровенной руки Ары. Немытые ноги Ани, после грязи во время сильного дождя, ведь бежали босиком, некогда было искать обувь в затопленном магазине, которые так и не представилось возможность вымыть, были в яркой, красной крови, стекающей тонкой струйкой по внутренней стороне бёдер.
– Бах! Бах! – два взрыва прозвучали практически синхронно, где-то там на улице, совпав с выстрелом из винтореза.
Нажав пальцем туда, куда обычно нажимают люди в фильмах с оружием, Юля почувствовала, что оружие легонько дёрнулось у неё в руках, но звука выстрела не произошло, лишь лязгнул металл. Юля испугалась, что оружие неисправно или она сделала что-то не так, поэтому винтовка в её руках не выстрелила, но увидев, как завалился Ара, опустив безвольно руку со спины Никиты, поняла, что оружие выстрелило, просто очень тихо.
– Бааанкуй суукааа. – еле слышно произнёс Ара и задёргался в конвульсиях.
Напавшее оцепенение при виде дёргающегося на полу Ары с кровавой пеной на губах, мгновенно слетело, как только Ник оказался в руках у Юли.
– Так дети, посмотрите на меня! – строго сказала Юля,
– Не на дядю, на меня Ник смотри! – жёстко развернув голову Никиты повторила она и продолжила, понимая, что не время жалеть детей;
– Анечка возьми вон ту сумку и плед! Никита давай руку, не смотри на дядю, я сказала! – сама в быстром темпе, не отпуская руку Никиты, метнулась к рюкзаку с едой, который ей дали зеки, хотела прихватить одеяло, но Ара лежал на них, наверняка испачкал в крови, что текла из огнестрельного отверстия на груди.