Судныи? день
Шрифт:
Она снова вздрогнула.
Я осторожно сжал ее колено.
— Просто дыши, дорогая. Все почти закончилось, — я даже не знал, слышит ли она меня.
— Они заперты, — сказал Лео из нескольких кабинок ниже.
— Тогда открой их.
Он зарычал.
— Они цифровые. Мне нужен код.
— Разве ты не технологический гений? — Я продолжал крутить ручку. — Взломай его нахрен.
Он отмахнулся от меня.
— Ты хоть представляешь, сколько времени это займет?
Уинстон назвал мне местоположение, зная, что просто так девочек не достать. Я предупреждал его об играх
Я медленно вытащил металлическую штуку из девушки, морщась от крови, покрывшей ее. Один конец был в форме конуса с четырьмя лепестками, сходящимися к острию на конце. Очевидно, при повороте рукоятки лепестки раскрывались и расходились в стороны, находясь внутри. Я сглотнул желчь, которая подкатила к моему горлу при одной мысли об этом.
Сэди прошла через это.
Она терпела этот ад три года. Я пробыл здесь пять минут и знал, что буду чувствовать тени этого на своей душе до конца жизни.
Я хотел убедиться, что никому не придется пережить это снова.
Я хотел спасти их.
Сэди хотела спастись сама. Она отправила их сюда, зная, через что им придется пройти.
Лео навис над парнем, свернувшимся калачиком на грязи, и схватил его за волосы. — Какой код, придурок?
Мужчина покачал головой.
Лео прижал его к земле.
Парень кашлял и брызгал слюной.
— Нам дали только местоположение. Больше ничего.
Лео пнул его по ребрам.
— Чертовски бесполезно.
— Может, и нет, — я взглянул на нож, который Лео бросил на землю. — Мы можем засунуть его внутрь и выбить замок. Нам просто нужно что-то, чтобы забить его.
Некоторые девушки все еще всхлипывали. Некоторые кричали, чтобы это прекратилось, как будто их тела все еще были в шоке, хотя никто к ним не прикасался.
— А что насчет этой штуки? — Лео указал на устройство в моей руке. — Что это вообще такое?
Нижняя часть рукоятки была тупой и тяжелой. Это был металл.
— Это может сработать, — я наклонился и схватил нож. — И поверь мне, тебе лучше не знать.
Почти час, много ругательств и пота спустя, все кабинки были открыты.
Лео достал свой телефон из заднего кармана. — Я позвоню Чендлеру, и мы отвезем их в убежище.
В убежище. Где была Лирика. Где ее мысли были заняты тем же, что и мои — этим девушкам нужна помощь. Где мы были такими же. Где она ждала с голубыми, как океан, глазами и губами, которые стонали мое имя. Глубокое, физическое желание сжало мое нутро и вытащило мои следующие слова.
— Нет. На этот раз я поеду с тобой.
ГЛАВА 27
Единственный путь к нашему домику пролегал по извилистым дорогам через Аппалачские горы. Это был большой А-образный дом с окнами, выходящими на долину. Почти уверена, что до того, как Чендлер купил его, он был на airbnb (прим. онлайн-площадка
Я думала, что мне нравится быстрый темп нью-йоркской жизни, волнение от незнания того, что произойдет в следующий момент… пока меня не заставили сбавить темп. Теперь я любила сады, библиотеки и долины, поросшие вечнозелеными деревьями.
Было принято давать название домику, по крайней мере, из тех, что я видела. Линкольн назвал наш Hallowed Ground. Это было священно. Зло не существовало в этих стенах.
У нас было десять девочек. Пятерых мы только что отправили обратно в мир, домой, к своим семьям, а Лео и Грей были в пути с еще пятью. Я не была настолько наивна, чтобы поверить, что Братство — единственная организация, занимающаяся торговлей людьми. По нашим сведениям, каждый год жертвами торговли людьми становились более четырех миллионов человек. Хотя Братство внесло свой вклад в это число, оно не было ответственно за все это. Существовало множество других групп, таких как мафия и картель. Именно поэтому Лео искал сайты, предлагающие человеческие жизни на выбор, и выслеживал их. Со времен Багрового греха он был одержим этим.
Спасение пяти или десяти за раз казалось незначительным по сравнению с огромной суммой в четыре миллиона, но я была довольна тем, что внесла свою лепту, неважно, большую или маленькую. Мы с Линком кормили их, одевали и оказывали им медицинскую помощь, если она была необходима. Когда мы заслужили их доверие, я занялась другими их ранами, теми, которые не были видны снаружи. Я рассказала им свою историю — ну, не всю. Я не стала раскрывать свою истинную личность, но рассказала им, как меня похитило Братство, как я пыталась сбежать и чуть не была изнасилована, и как меня спасли и освободили. В течение нескольких месяцев я подсознательно романтизировала Грея для этих женщин. Они называли его героем.
Однажды я подарила ему в подарок часы с надписью с определением этого слова. Потом я где-то прочитала, что герой пожертвует собой, чтобы спасти мир. Злодей сожжет весь мир, чтобы спасти тебя.
Что заставляло человека жертвовать собой ради спасения всего этого?
Я вышла обратно, чтобы посидеть на крыльце и подышать свежим воздухом.
И позвонить Татум.
Мне нужно было услышать ее голос. Прошла почти неделя с тех пор, как я с ней разговаривала. Мне нужна была моя лучшая подруга, даже если мы и не могли поговорить о том, что произошло во дворце.
Она не ответила, оставив меня наедине со своими мыслями и массивным ротвейлером, дремавшим у моих ног. Кому нужна система безопасности, когда есть Люцифер? Линк сказал, что это его собака, но он никогда не отходил от меня.
Я перешла от контактов к заметкам. Грей подарил мне этот телефон на день рождения в один год. Единственный номер, на который мне разрешалось звонить, был его, но он набил его фотографиями из моего прошлого. Это был самый добрый подарок, который мне когда-либо делали. Теперь номер был другим, но я сохранила телефон и все, что на нем хранилось.