Суматоха
Шрифт:
Пока Мейсон закрывал дверь, Каролина по-хозяйски направилась к его столу. Ее улыбка беззастенчиво говорила о том, что весь мир принадлежит ей. Вероятно, скоро так и будет, подумал Мейсон.
– Ты не спросил, почему я вернулась раньше времени, – сказала Каролина, изучая бумага.
– Разве не потому, что соскучилась?
– Папа сообщил мне по телефону вчера утром, нет, сегодня утром. Я совсем запуталась из-за перемены во времени, даже не уверена, какой сегодня день. В четверг утром по сингапурскому времени, вот когда
– Он так сказал?
– Полагаю, это моя ошибка. Я наслаждалась тем, что дразнила тебя, я дала тебе возможность увлечься. Но я намеревалась сказать «да», и ты это знал. – В общем, я приняла меры, чтобы прилететь сюда и все выяснить. А затем я получила от отца факс про женщину, с которой ты проводил время.
Каролина достала из сумочки лист и положила на стол. Мейсон сразу узнал фотографию, хотя та лежала вверх ногами, а он стоял в десяти футах от нее.
– Я ошибаюсь, или это та самая, которая испортила мне туфли рыбным дерьмом? – процедила Каролина.
– Не рыбным дерьмом, а ферментированным рыбным продуктом. Я думал, с тех пор ты уже поняла разницу.
Лицо Каро осталось спокойным.
– Не шути со мной. Я слишком устала, чтобы воспринимать юмор. Ты должен понять несколько вещей. Я не против твоих забав в другом месте, даже в трущобах. Но я не потерплю огласки, не потерплю никаких оскорблений, и ты не будешь спать с кем попало. Если ты хочешь моих денег, а мы оба знаем, что хочешь, то как следует все запомнишь.
– Взгляни на фотографию. Думаешь, я собираюсь с ней встречаться?
– Хорошо. – Каролина расстегнула верхнюю пуговицу на блузке. – Надо это отметить, пора, как говорится, пригласить к столу.
Она расстегивала пуговицы в быстром стриптизе, она уже шла к нему, стягивая сливочный шелк по дороге. Поведя плечами, она спустила бретельки вниз, потом взяла его руку и потянула к своей груди, внутрь кружевного лифчика. Ее соски под его ладонью были вялыми. Совсем такие, как…
Мейсон отдернул руку.
– Сейчас не время и не место, Каролина. Не говоря уже о том, что я не пожарный насос.
Она без всякого сожаления начала застегивать пуговицы.
– Все знают, что ты кой, дорогуша. Включая тебя самого.
– Думаю, после твоего заявления мой статус ясен всем. – Он поглядел на часы. – А теперь, если ты меня извинишь, у меня деловой обед.
– Ничего такого в календаре не записано. Я смотрела.
– Это случилось в последнюю минуту. Я договорился о встрече с моим соседом по комнате из Гарварда. Я бы взял тебя с собой, но ты на самом деле выглядишь усталой. Выспись, дорогая, а завтра мы с тобой поговорим.
Он на миг прижался к ее щеке и вышел, пока она застегивала блузку. Проходя мимо секретаря, он дал указания:
– Крис, скажите Полу, чтобы встретил меня у выхода. И убедись, что мисс Викершем отправлена.
– Да,
Удивительное дело, но лифт был пуст, и он вздохнул с облегчением. Бывшего однокашника Мейсон, конечно, выдумал. Ему просто хотелось избавиться от Каро прежде, чем возникнет отвращение к ней или к себе самому.
А этого он позволить не мог, ибо предварительные данные по финансовому состоянию компании лежали в верхнем ящике стола и выглядели далеко не симпатичными. Без денег Викершемов не обойтись, не выполнить мечту отца, над чем Мейсон бился столько лет.
Пол распахнул перед ним дверцу машины, и они в полном молчании выехали на запруженную в час пик улицу.
– Куда, сэр?
– Туда, где потише. К горе Рейнир.
На это уйдет несколько часов, Каролине не удастся его выследить. Телефон в машине звонил, но Мейсон не отвечал. С Сэм он поговорит перед сном, они обсудят планы на предстоящие выходные. Может, он возьмет ее в плавание, может, они даже переночуют на судне. Только море и звезды.
Пол свернул влево.
– Ты неправильно едешь, – сказал Мейсон.
– Там пробка, сэр. Передавали сообщение. Мы избежим неприятностей, если поедем из центра другим путем.
– Хорошо.
– Я люблю ездить через центр города, а вы, сэр? Что-то Пол сегодня больно разговорчив.
– Пожалуй.
– Здания такие интересные. Вы когда-нибудь задавали себе вопрос, почему часть центра города преуспевает, а другая нет?
– Полагаю, это связано с историей.
– Возможно. Но Сиэтл начался с Пайонир-сквер, и все же этот район будто притягивал к себе неудачи вместо успехов. Даже в прежние времена.
– Богатые всегда селились на холмах, что позволяло уйти от болота и лихорадки. Срабатывал инстинкт. Почему ты заговорил об этой ерунде, Пол?
– Сделал кое-какие наблюдения, сэр. Например, в Гонконге есть районы, которые выглядят преуспевающими. Но, бывает, все меняется. Нечто весьма интересное случилось с новым банком, вторгшимся в один район. Дела там у бизнесменов шли хорошо, пока не возникло современное здание. Однако начавшийся спад имел одну странную особенность, затронув лишь те предприятия, которые были расположены на определенной линии. Новое здание с острыми углами и множеством окон уподобилось сверкающему ножу, а большинство предприятий-неудачников оказалось на его острие. Интересно, правда?
– Дерьмо. Я знаю, что ты делаешь, Пол, и не одобряю. Куда мы едем, черт побери?
– Аврора-авеню. К Рейн.
– Ты уволен.
– Да, сэр. Пожалуйста, сидите и попробуйте взглянуть на ситуацию разумно.
Впрочем, Мейсону ничего другого и не оставалось, не прыгать же на ходу из машины. Поэтому он сидел, кипя от злости.
К его удивлению, Пол свернул с Аврора-авеню, миновал здание Эдоуба и поехал по берегу к участку. От любопытства Мейсон даже забыл о своем плане выскочить из автомобиля.