Свеча в буре
Шрифт:
***
Йим и Хонус сидели в своем лагере и смотрели на освещенную луной реку. Тучи бледных насекомых летали над водой, словно одушевленный туман. Время от времени рыба подпрыгивала, чтобы поймать одно из них. Хонус ткнул пальцем в костер, и его пламя разгорелось ярче.
– Ты действительно думаешь, что я добрый, – спросил он, – или просто сказал это, чтобы подшутить над мальчиком?
– Ты убийца, – ответила Йим. – Если хочешь сохранить Равновесие, ты тоже должен быть добрым.
Хонус улыбнулся и покачал головой.
–
– Ты дразнишь меня?
– Нет, – сказал Хонус, – не дразню. – Он снова ткнул пальцем в огонь. – Я все еще поражен тем, что ты сделала для этого мальчика.
– Не стоит, – ответила Йим. – Я просто заглянула ему в глаза и увидела, что его беспокоит. У тебя та же способность. Ты мог бы сделать то же самое.
– И все же между нами есть разница, – сказал Хонус. – Мне это никогда не приходило в голову.
Они погрузились в легкое молчание и некоторое время наблюдали за рекой. В середине течения был небольшой островок, и он привлек внимание Йим.
– Этот островок напоминает мне тайное место Кары, – сказала она.
– Что за тайное место?
– Кара нашла способ ускользнуть из гостиницы «Мост», – ответила Йим. – Она заплывала на остров в реке. Она отвела меня туда на второй день нашего знакомства. Это было тихое место.
Хонус улыбнулся.
– Это похоже на то, что сделала бы Кара. Я так понимаю, Кронин об этом не знал.
– Совсем нет. Она подглядывала за вами, пока вы разговаривали на мостике.
Улыбка покинула лицо Хонуса.
– Я помню тот день. Мы говорили о мрачных вещах.
– Кара знала, – сказал Йим. – Она считает, что лорд Бахл захватит Аверен.
– Кронин уверен, что он попытается это сделать, – ответил Хонус.
Йим почувствовала внезапную прохладу, как будто сейчас день и облако заслонило солнце. Она взглянула вверх, но увидела лишь звездное небо. Но впечатление осталось, и она почувствовала недоброе присутствие. Йим задрожала, осознав, что одновременно бежит от опасности и приближается к ней. Ей хотелось признаться Хонусу, что она боится и не знает, куда обратиться, но она придержала язык. Как Сарф, он точно знает, куда обратиться, подумала Йим, ощущая всю тяжесть своего положения.
9
Когда на рассвете Гатт отправился в путь, он был воодушевлен уверенностью, что Карм благословила его видением. Это был самый верный знак того, что он идет по истинному пути. Его лошадь тоже казалась наделенной божественным предназначением: она мчалась по шоссе так, словно знала о важности миссии своего хозяина. Перед полуднем Гатт проехал мимо гостиницы «Мост». Вид ее подстегнул его к дальнейшему путешествию.
***
Йим двигалась по дороге гораздо медленнее. Она устала после плохого ночного сна. К тому же полузабытые сны не давали ей покоя. Один из них был особенно тревожным. В нем Хонус лежал на пустой поляне. Его лицо было серым под татуировками, а глаза, не мигая, смотрели в небо.
– Йим, ты хочешь отдохнуть?
– Нет. Я должна идти дальше, – ответила Йим. Затем она вздохнула. – Да. Мне нужно отдохнуть.
Хонус
– Как хорошо, – сказала она. – Ты шел впереди меня. Как ты узнал, что я устала?
– По звуку твоих шагов.
Йим посмотрела на Хонуса и улыбнулась.
– Какие еще секреты ты разгадал?
– Очень мало. Ты остаешься загадкой.
– Я сомневаюсь в этом.
– Я знаю, что ты родилась в Облачных горах и что твой отец был торговцем. Остальное – тень, пока я не купил тебя в Дуркине.
– Мой отец не был торговцем. Он пас коз и отдал меня на воспитание, когда я была совсем маленькой. Мое детство было во многом похоже на твое. Меня растили, чтобы я служила богине. Как я уже говорила, я – Избранная.
– Но я не знаю, что это значит, – ответил Хонус.
– В ту ночь в храме, когда я ослабила защиту и ты заглянул мне в глаза, мне показалось, что ты понял.
– Я не мог понять того, что видел, – сказал Хонус. – Я ощутил только святость.
– Я не святая, – ответил Йим. – Я просто послушник. Я как Сарф – инструмент в руках Карм.
Хонус ничего не сказал, но вид у него был неубежденный.
– Ты действительно хочешь услышать историю моей жизни? – спросила Йим. – Что ж, я расскажу тебе. Мое детство было тоскливым. Мудрая женщина обучила меня искусству, которое, по ее словам, должно было быть полезным. Она была строгой женщиной. Суровой, но не жестокой. Я жила у нее, пока Провидец под видом торговца не повез меня на юг. Это было четыре луны назад. По дороге мы попали в засаду. Он был убит, а я попала в рабство. Остальное ты знаешь.
– И как Избранная, Кармаматус, что ты должна делать?
Йим была так поражена смирением в голосе Хонуса, что ей захотелось все ему рассказать. Но она подавила этот порыв и ответила:
– Как прикажет Карм.
***
Физическая подготовка Гатта облегчила ему второй день езды. Он подстроился под ритм движения своего коня, и теперь человек и животное двигались как одно целое. У Гатта уже не болело седло, и те, кто наблюдал за Сарфом на скачущей лошади, считали его опытным наездником. Дорога, по которой он ехал, соответствовала той, что он видел в своем видении. Он ехал по той части, что пролегала между скалистыми холмами и рекой Йорверн, когда из придорожной хижины вышел юноша. Когда Сарф галопом помчался к нему, мальчик помахал рукой и крикнул:
– Хонус!.
Гатт тут же пришпорил коня, и тот остановился в нескольких шагах от мальчика. Когда всадник застыл на месте, мальчик смог лучше разглядеть татуированное лицо сарфа.
– Ты не Хонус.
– Нет, – ответил Гатт. – Я его друг. Ты его видел?
Мальчик улыбнулся.
– Он останавливался у нас две ночи назад.
Гэтт тоже заставил себя улыбнуться.
– Я рад это слышать. Значит, я скоро найду его.
Мальчик кивнул.
– А Йим был с ним?
– О да! Она...