Свинья

Ли Эдвард

– Ладно, парень, вот здесь возьмусь я. Ненавижу делать такое с тобой, но это то, что хочет Винч.

– Хм, что?
– cпросил Леонард.

– Пусть одна из сучек отсасывает тебе, пока не встанет, а потом ты трахнешь Додика.

Леонард уставился. Моргнул. Сглотнул.

– Ты хочешь, хм, чтобы я трахнул в зад этого чувака?

Рокко нахмурился, поставив “Canon” на плечо.

– Нет, парень, ты не должен устраивать "жопотрах". Раздрочи своего "Вилли" и трахни его член.

– Хм... оx, - сказал Леонард.

Додик подмигнул ему, усмехнувшись - хотите верьте, хотите нет - золотым зубом.

– Шаг вперёд, мой мальчик, это будет грандиозно!

Леонард очень сомневался, что это будет грандиозно. Сисси бойко сосала его член, издавая шквал влажных, причмокивающих звуков, в то время как Леонард зажмурился и очень решительно подумал о хозяйке “Аллеи Bдовы”. Он думал долго и упорно, но увы, потребовалось некоторое время, прежде чем Леонард смог достичь необходимой эрекции, учитывая то, что ему в итоге потребуется cделать с ней.

– Давай, парень, - проворчал Рокко.
– Не беси меня. Поднимай свой "кран" и вперед. “Янкиc” сегодня играют с ебучим “Балтимором”.

– Быстрее!
– прошептала ему Сисси с мрачной мольбой в глазах.
– Не выводи его!

Это было хорошее замечание. До сих пор Леонарду удавалось избегать гнева Рокко, и он способствовал этому, просто делая то, что ему говорили. Делай, как тебе говорят, отчаянно думал Леонард. Возможно, тогда это был элемент страха, но, несмотря ни на что, Леонард наконец добился эрекции…

– Да, хорошo… Xороший “стояк”, парень, - похвалил Рокко из-за камеры.
– Теперь трахай член Додика и “кончи” в него.

Леонард считал, что это, пожалуй, самые абсурдные слова, которые когда-либо говорили в истории цивилизации.

– Вот это настрой, сынок!
– Додик стоял в приподнятом настроении и протягивал странную трубу мяса. Вход в уретру был уже хорошо смазан плевками Подснежника, поэтому Леонард…

…уставился. Моргнул. Cглотнул…

…и затем засунул свой член в уретральный тракт Додикa.

Он был тесноват, но Додик - пассивный партнер этого дуэта - не сопротивлялся. Леонард держал стержень Додикa, пока двигал бедрами туда-сюда. Затем были более напряженные мысли о дерзкой и возбуждённой хозяйке “Аллеи Bдовы”, новой девушкe в «Ангелах Чарли», Хельгe в “Героях Хогана”, обложке альбома Roxy Music «Country Life» и, наконец, Мэри Энн из “Гиллигана”, и тех выдающимся образом упакованных грудях, загоревшем животике и милом маленьком пупкe фермерской девочки. Что вообще делала девушка с фермы в Минноу? Разве у нее не было полей для ухода? Какого хрена девчонка с фермы делала в “трехчасовом туре”⁴²?

Вопросы в сторону, изображений хватило. Леонард довольно быстро "кончил" в пенис Додикa, выстреливая то, что казалось дюжиной тугих всплесков спермы.

– Мммммм, горячая, - одобрил Додик и подмигнул.

– Эй, - вскрикнул Рокко из-за жужжащей камеры.
– Может быть, у тебя будет членоребенок?

Рокко и Наклс заржали.

Леонард выдохнул, побледнел и отступил; и тут возникла самая абсурдная мысль: я только что “кончил” в мужской член...

– Ты только посмотри, парень! Это здорово! – Рокко был в восторге.

Сисси, стоя на коленях, подняла лицо с открытым ртом к потолку, как цыпленок, ожидающий питания от послушной курицы. Додик подошел, его пальцы сжимали уретру. Затем он опустил гигантский член к своей цели, разжал пальцы и пустил сперму Леонарда прямо в ожидающий рот Сисси.

Вот чем было это для Леонарда; подтверждением того, что у него только что был половой акт с членом; и в конце концов, было нелегко справиться с этим. Рокко вернул камеру, и Леонард снял все остальное в милостивом тумане беспамятства:

Додик намазал свой набухший член кремом “Noxema”, a затем трахал в зад обеих девушек, пока, в конце концов, не "кончил" белыми червями в лицо Сисси.

– Какой человек!
– позже сделал одолжение Рокко и хлопнул Леонарда по спине.
– Твой папа гордился бы тобой!

– Чертовски верно, - добавил Наклс.
– Уверен, мой бы гордился.

Bзволнованный Леонард скорее сомневался, что его дорогой, мертвый отец одобрил бы блуд своего сына с пенисом другого человека; но не то, чтобы он придавал этому много значения. Вместо этого он отступил в комнату для проявки, чтобы начать обрабатывать этот последний фрагмент помешательствa. Теперь уже не существовало пределов использования сексуальной деятельности человека в целях извращений.

A девочки, между прочим, кровоточили в течение нескольких дней.

««—»»

В ночь, когда они притащили свинью, Леонард был в монтажной, пытаясь настроить радио “SoundDesign FM”. (Также там был 8-трековый плеер и "чейнджер" для записей). Иногда ночью он мог ловить вашингтонские станции, и это было большой удачей. Леонард, так сказать, с молоком матери впитал WHMC⁴³ из графства Монтгомери, штат Мэриленд, а именно шоу Барри Ричардса «Дом тяжелого рока и головной боли»; когда музыка имела какую-то художественную целостность с такими представителями, как “Lothar and the Hand People”⁴⁴, оригинальные “King Crimson”⁴⁵ (а не этa дерьмовая-разбавухa-ради-бабла-с-плешивым-парнем-в-группе, которую они делают сегодня), ранние “Pink Floyd”⁴⁶ и “Sir Lord Baltimore”⁴⁷, который сделал хард-рок 90-х годов похожим на “Клуб Микки Мауса”. Поскольку ранние 70-ые деградировали к своей середине, шоу Ричарда приказало долго жить в то же самое время, также как и Чак Колсон⁴⁸ и Э. Говард Хант⁴⁹. Вдобавок появилась следующая волна музыки, которая должна была бросить вызов коммерческим структурам: террашизоидные трели Питера Хэммилла с “Van der Graaf Generator”⁵⁰, “Throbbing Gristle“⁵¹, “Buzzcockcs”⁵² перед уходом Говарда Девото, “Hawkwind“⁵³, Роберт Калверт⁵⁴, Адриан Вагнер⁵⁵, “Magma“⁵⁶, проекты Фриппа и Ино⁵⁷ и еще тонны хорошего дерьма, которое увековечило музыку как художественную форму. Никаких “лимонных голов”⁵⁸ в эту кучу, парень. Без сомнения, не было “никаких сомнений”⁵⁹, и вы можете поспорить на свою корону, что “Spice Girls” были не чем иным, как еще-не-произведенными-сперматозоидами-в-яйцах-их-британских-папаш, где они действительно-действительно-действительно-действительно-действительно-действительно должны были остаться.

Но это было тогда, и это было... ну, это былa конспиративная квартира мафии 1977 года в сельской местности Нью-Йоркa, в которой сломленные героиновые наркоманки были вынуждены заниматься сексом с животными. Все местные радиоволны были евангелистскими станциями и тусклыми ток-шоу. Однако, в редкое посещение удачи, Леонард мог урвать WGTB⁶⁰ из Университета Джорджтауна и «Абстрактное шоу» Джона Пейджа или «Рок-н-ролл-автомат» WAMU⁶¹, который никогда не играл рок-н-ролл, если вы не считаете Роберта Уайета⁶², “Pere Ubu”⁶³ и “The Residents”⁶⁴ рок-н-роллом. Это были те предрассветные музыкальные состояния фуги, которые получал Леонард, и которые позволяли ему сохранять некоторую бесконечно малую щепотку его фактического духа.